Кристина Майер – Не буду второй - Кристина Майер (страница 4)
Одеваюсь и бегу к задней калитке. Придется делать круг, но зато братья не увидят меня из окна. Страшно бежать в ночь одной, но ещё страшнее участь, которую мне уготовили…
Привалившись к стене, стараюсь немного отдышаться. Куда дальше? В голове всплывает имя сестры, но мне стыдно ей писать и просить о помощи. Диана хорошо ко мне относилась, а я поверила маме и дедушке. Отвернулась от сестры после смерти отца. Винила во всем ее мужа. Если она отвернется, я не обижусь. Достаю телефон. Слезы выступают на глазах. Зарядки один процент! Ко всем несчастьям ещё и телефон разрядился. Печатаю сообщение:
Печатает…
Замираю в ожидании. Гашу экран, чтобы не села зарядка телефона. Загорается экран, легкая вибрация проходит по ладони. Нажимаю на иконку мессенджера, экран гаснет….
Глава 4
Самира
Что дальше?...
Куда идти?...
Там, за пределами этих стен, незнакомый, пугающий меня мир. Я никогда не выходила в город с друзьями, тем более не гуляла одна в ночное время суток. Домашняя девочка, которая была изолирована от общества, должна бежать неизвестно куда.
Я прекрасно понимаю, что за пределами этих стен меня поджидает опасность, большой мир не прощает ошибок, но там я смогу бороться за себя, а здесь я уже проиграла.
Нельзя терять время, меня могут хватиться в любую минуту. Нужно бежать….
И я бегу, не жалея сил. Добираюсь до трассы. В это время машин немного, но они есть. Пряча лицо под капюшоном, иду вдоль дороги. Сколько часов уйдет, чтобы добраться до города? А если меня хватятся братья?...
Безнадежность и страх сдавливают горло. Нужно тормозить попутку, но в каждой темной машине я вижу затаившуюся опасность. Не решаюсь поднять руку и махнуть проезжающему авто. Интернет пестрит трагическими историями, в которых девушек насилуют или даже убивают.
Сколько я уже иду? Час? Два? Может, больше…
Страх гонит вперед, а силы покидают меня. Ноги еле волочу, они не привыкли к таким нагрузкам. Машин стало меньше на трассе, но я напрягаюсь каждый раз, когда свет фар бьет в спину. В любой из этих машин могут находиться мои братья.…
Сердце едва не разрывается от страха, когда впереди меня останавливается автомобиль. Ноги отказываются двигаться. Замерев на обочине, я в ужасе пытаюсь придумать, куда мне бежать.
— Ты в город? — открыв водительскую дверь, спрашивает меня молодой незнакомый парень. Вздыхаю с облегчением. Это не мои братья! — Могу подбросить, — предлагает незнакомец.
Соглашаться страшно, я сильно рискую, но идти больше не могу. Да и братья в любой момент могут нагнать меня.
— Спасибо, — подойдя, тихо произношу.
— Девушка? — удивляется он. — Извини, принял тебя за пацана-подростка. Садись, замерзла, наверное.
Я даже не замечала, пока не села в теплый салон автомобиля.
— Спасибо, — благодарю ещё раз. Парень заводит машину и выезжает на трассу, включает подогрев моего сиденья.
— Меня Антон зовут, — представляется он, улыбается.
— Самира, — говорю с сомнением. Стоит ли нам знакомиться? Раньше я бы ни за что не села в машину к парню.
— Красивое имя, — делает комплимент. Обычная вежливость, а мне приятно. — Сбежала из дома? — спрашивает он. Неужели это так очевидно? Я теряюсь, не знаю, что ответить. Можно ли ему доверять? — Понятно, — резюмирует Антон, так и не дождавшись от меня ответа. — Есть где переночевать?
Негде. Адрес Дианы я не знаю, была несколько лет назад возле ее дома с матерью, но как туда добраться, не скажу.
— А можно у вас телефон зарядить? — не скрывая радости. Тогда, может, и найдется где переночевать.
— Заряжай, — получаю разрешение. Лезу в карман за трубкой, а ее нет. Обыскиваю все карманы куртки, ищу в рюкзаке, хотя точно помню, что клала его в карман. Он мог выпасть, когда я бежала. Вроде и слез не осталось, чтобы плакать, но чувствую, как подкатывает ком к горлу.
— Потеряла, — не спрашивает, утверждает. Киваю головой. — Позвони с моего, — кивает в сторону трубки, лежащей на приборной панели.
— Я номер телефона не помню, — чуть не плача.
— И переночевать тебе негде, — делает выводы Антон. — Домой возвращаться категорически не хочешь?
— Не хочу, — он видит на моем лице испуг, перестает улыбаться.
— А куда путь держишь? — застает врасплох своим вопросом. — Ты же не собираешься жить на улице? — спрашивает он. Как объяснить, что, приняв решение о побеге, я просто не успела подумать о том, как и на что буду жить?
— Хочу найти недорогое жилье и работу, — не очень уверенно. Боюсь, что с моим нулевым опытом у меня мало шансов найти работу.
— А лет тебе сколько? — слышится скепсис в его голосе.
— Восемнадцать.
— Выглядишь моложе, — его неверие задевает.
— Могу паспорт показать, — с вызовом.
— Не надо, — улыбнувшись, произносит Антон.
В машине я согреваюсь. Меня начинает тянуть в сон, но я сопротивляюсь из последних сил. Каким бы приятным собеседником ни был Антон, до конца я ему не доверяю. Мне теперь вообще будет сложно доверять людям.
— Сегодня остановишься у меня, а завтра я отвезу тебя в один приют для девушек, которые оказались в трудном положении, — произносит Антон, когда мы въезжаем в город. — Они помогут с поиском работы и жилья, — озвучивает свой план новый знакомый.
— А нельзя туда поехать прямо сейчас? — ночевать у него мне совсем не хочется.
— Сейчас уже поздно. Приют находится за городом, до него больше часа добираться. Отдохнешь, а утром выдвинемся.
— Назови мне адрес приюта, я сама попробую до него добраться, — хватаюсь за эту идею. Утром сдам серьги, куплю билет…
— Я живу с мамой и сестрой, тебе нечего бояться, — считывает мое беспокойство. Если он говорит правду, могу я воспользоваться его приглашением? Если мои братья узнают, что я провела ночь в его доме.…
— Ты правда живешь с матерью и сестрой? — вглядываясь в профиль его лица.
— Правда, я могу позвонить им прямо сейчас, — тянется за телефоном.
— Не надо звонить, — останавливаю, как только он нажатием включает экран смартфона. Я не даю согласие остаться у него, но и не отказываюсь. Пойти некуда, если меня ночью остановит полиция, у них появятся вопросы. Попасть в руки братьев страшнее, чем остаться в доме Антона.
— Подождешь минутку? Я возьму сестре пончики, она их очень любит, — сворачивает куда-то, спустя несколько минут останавливается возле очень известной кондитерской. Там за столиками сидят редкие посетители, пьют кофе с фирменной выпечкой. Когда-то мама заказывала у них сладости….
— Конечно, — кивнув головой.
Антон уходит, а я наблюдаю за высоким зданием напротив кондитерской. В этой гостинице останавливаются известные политики и бизнесмены. Дедушка как-то праздновал здесь свой юбилей. Я помню, какой оттуда открывался вид…
Возле гостиницы кипит жизнь, несмотря на позднее время. Антон возвращается с большим пакетом сладостей.
— Купил побольше, вдруг тебе тоже понравится, — на его слова неопределенно пожимаю плечами. Вот кто любит и балует свою сестру. А мои братья?.. Отдали меня в рабство мужчине…
Стоило подумать о Караеве, как я увидела его выходящим из гостиницы с молодой красивой девушкой. Вряд ли это жена. Несмотря на холод, девушка очень легко одета: короткое платье из тонкой ткани, распахнутый на груди полушубок и сапоги на голые ноги. Если на ней есть колготки или чулки, я очень удивлюсь. Как только я понимаю, как именно она могла лишиться колгот, мне становится душно.
Жены тебе мало, любовниц тоже, ты ещё захотел наложницу! Словно почувствовав на себе мой взгляд, Караев переводит на нашу машину свой взгляд. Я вжимаюсь в кресло и не дышу все то время, пока мы не исчезаем из поля его зрения.
Как же хорошо, что я сбежала.
Я тебе не достанусь!
Глава 5
Ислам
— Не получится разблокировать счета законным путем, — сообщает Андрей. — Деньги на них поступали через подставные фирмы. Законность большинства сделок поставлена под сомнение, по ним до сих пор ведется следствие.
— Что предлагаешь? — без капли сомнений, что у него уже есть готовый план. Я держу рядом с собой только профессионалов — лучших в своем деле.
— Придется делиться с нужными людьми, — называет ряд фамилий. С помощью этих людей можно быстро решить вопрос, меня не устраивает цена вопроса.
Я на этой сделке не выигрываю ничего, кроме головной боли! Убыточная компания, которую растащили шакалы за три года, не стоит минуты моего времени! Чтобы её реанимировать, придется потратить кучу сил. В первую очередь — вытрясти душу из всего руководящего состава, они не согласятся добровольно вернуть всё, что разворовали. Если получится вернуть со счетов деньги, они покроют лишь небольшую часть расходов. Дешевле продать убыточное предприятие, но пока Алибековы не подпишут документы, мои руки связаны. Они надеются возродить былую империю, вернуться на вершину славы. Зря они обратились ко мне. Если я решу вложиться в компанию, их в моем бизнесе не будет. Хищник не станет иметь дел с падальщиками.
Кстати….