Кристина Баккилега – Мифы о русалках. От сирен и Мелюзины до нингё и Ариэль (страница 1)
Кристина Баккилега, Мари Алохалани Браун
Мифы о русалках. От сирен и Мелюзины до нингё и Ариэль
Информация от издательства
Оригинальное название:
The Penguin Book of Mermaids
Благодарим за помощь в подготовке издания Сарали Гинцбург, Оксану Данчевскую, Сергея Дмитриева, Диану Кикнадзе, Екатерину Костину, Кристину Осипову
All rights reserved including the right of reproduction in whole or in part in any form.
This edition published by arrangement with Penguin Classics, an imprint of Penguin Publishing Group, a division of Penguin Random House LLC.
Introduction, notes, and selection copyright
© 2019 by Cristina Bacchilega and Marie Alohalani Brown
© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2024
Введение
Наши любимые истории о русалках и прочих водных духах
Это отрывок из стихотворения Генриха Гейне «Лорелея» (1823), в котором можно найти наиболее типичные, пережившие века черты русалок. Они изображаются как прекрасные и таящие в себе угрозу создания, которые завлекают мужчин на смерть в глубинах вод. В соответствии с распространенным на Западе каноном Лорелея предстает в одеждах, украшенных драгоценными каменьями, свои золотые локоны она расчесывает золотым гребнем и распевает сладостные песни, соблазняя чарующими звуками беспомощных моряков. К финалу стихотворения Лорелея исполняет свою жуткую миссию, и моряк вместе со своей лодкой идет на дно. «И всякий так погибает от песен Лорелей»[2].
Считается, что история о Лорелее возникла в начале XIX века как местная легенда, предупреждавшая об опасности и звуках эха у высокого утеса Лорелей на реке Рейн в Германии. Версия, появившаяся до того, как Гейне создал свое знаменитое стихотворение, повествует о прекрасной деве: обманутая своим возлюбленным и обвиненная в колдовстве, она бросается со скалы в зеркальные воды Рейна, и эхо ее имени слышится до сих пор[3]. Лорелея не желает жить без любимого, ее выбор – смерть и воссоединение с ним в глубинах вод. Однако ее история, ее верность и романтическая любовь быстро забылись; в музыкальных и поэтических сочинениях[4] Лорелея оказывается скорее символом и воплощением женственности – это русалка неземной красоты, которая волшебным голосом сирены завлекает мужчин в свои сети.
Скульптурное изображение Лорелеи на реке Рейн.
Русалки… Кто они? Как выглядят? Чем отличаются от сирен? Кем приходятся другим водным существам из разных стран? Какие культурные традиции, религиозные представления и народные поверья легли в основу сюжетов, повествующих о встречах людей и русалок? Почему даже в XXI веке мы продолжаем рассказывать истории о странных и пугающих русалках и прочих водных духах?
В нашей книге мы не пытаемся дать точные ответы на эти вопросы, однако она поможет лучше понять сегодняшний интерес к русалкам, ведь в нее вошли десятки сказок, которые возникли в разное время у разных народов. Избранные истории ближе познакомят читателей с русалками «европейского происхождения». Эти сюжеты могут послужить толчком для более глубокого изучения места русалок в современной массовой культуре и их связи с морскими родичами из разных стран и эпох. Эти сюжеты открывают нам истинную культурную значимость народных сказаний, ибо с русалками и прочими водными духами в нашу жизнь входят как гендерные проблемы, так и вопросы, связанные с сексуальностью, правом на собственное мнение, познанием окружающего мира и духовностью – это касается прежде всего племенных легенд, но не только их. Иными словами, составители этой книги стремились предоставить читателю шанс насладиться многообразием приключений земных и водных созданий и поразмыслить о нравах разных стран и народов в разные времена.
В этой книге собраны как фольклорные, так и литературные сказки. Краткие предваряющие тексты помогут читателю сориентироваться во временны́х и культурных особенностях повествования, также мы старались подчеркнуть, что устные легенды живут не только в прошлом. Определенные трудности, с которыми мы столкнулись при подготовке книги к публикации, заключались в том, что легенды и сказания о русалках существуют у многих народов мира, говорящих на самых разных языках. Кроме того, взаимодействие людей с русалками и прочими духами и водными обитателями происходит разными способами и в разных обстоятельствах. Разумеется, ни одна книга не может отразить весь спектр культурных и национальных особенностей, но мы стремились максимально расширить и обогатить наши представления о сущности русалок и об их роли в разных культурах. Двадцать сказок из нашей книги впервые переведены на английский язык с эстонского, греческого, гавайского, илоканского, итальянского, японского, кхаси, персидского и испанского языков. Сказки о русалках часто адаптируются с учетом предпочтений конкретной аудитории, поэтому в нашей книге приведены две современные литературные версии «Русалочки» – японская и американская.
Есть нечто тревожащее в созданиях, чьи тела состоят из человеческих и нечеловеческих половин. Независимо от того, в пресных или соленых водах обитают эти существа, они ставят перед нами вопрос о том, что значит быть человеком и что находится за пределами нашего антропоцентричного мира. С точки зрения физического строения эти существа одновременно и похожи, и непохожи на нас. Они спят, едят и дышат в тех средах, которые людям практически недоступны, хотя могут поселиться и среди людей, избавившись от своей нечеловеческой части тела или скрывая ее. Границей между их миром и миром нашим служат берега водоемов, где мы можем столкнуться с этими существами, или корабли, на которых мы бороздим их водное царство. Мы, люди, плохо ориентируемся в этих «между» и «среди» – пограничные состояния вызывают у нас тревогу. Мы любим наш хорошо организованный мир, предпочитаем устоявшийся порядок вещей и четко прописанную классификацию всего живого. Да, и еще мы любим контролировать наш мир. И все же нас странно манят те, другие существа, так напоминающие наше отражение. Мы можем прикоснуться к такому существу рукой, но постичь его разумом мы не в силах.
Водные существа настолько притягательны для нас, что даже мысль о них вызывает беспокойство. Однако еще больше тревожит нас соблазнительный образ русалки. Во многих историях именно эта соблазнительность становится причиной того, что люди полностью теряют контроль над собой и собственной жизнью. Объятия водного духа часто оказываются смертельными. Утащит ли нас русалка на глубину и утопит там или подарит новую жизнь? Если каким-то чудом мы выживем в подводном царстве, станем ли мы пленниками русалок или их друзьями? А если русалка или морская дева выйдет замуж за человека, будет ли этот союз долговечным или их непохожесть быстро приведет к взаимному отчуждению?
Двойственное отношение к русалкам и прочим водным духам мы готовы перенести и на их тела, которые, как правило, выглядят привлекательно, но иногда могут быть пугающими. Пожалуй, наиболее сильное впечатление производит составленное из двух частей тело русалки – это получеловек-полурыба, ее формы очень женственные, но непривычные нашему глазу. Описание нижней, рыбьей, части тела обитателей вод носит весьма обобщенный характер, хотя здесь имеются интересные исключения. В Океании рассказывают о морских обитателях с нижней частью тела как у морского дельфина; в легендах Амазонии встречаются существа с половиной тела пресноводного дельфина, дюгоня или ламантина. Прочие морские жители или водные духи могут быть полупресмыкающимися – частично драконами или водяными змеями. Гибридное строение в некоторых случаях является признаком сверхчеловеческих, божественных сил, как у мифического Оаннеса, или становится свидетельством их отсутствия, как в мистификации «Русалка Фиджи».
Независимо от того, заключено ли в этих гибридных созданиях священное или звериное начало, полулюди-полузмеи и полулюди-полурыбы неизменно оказываются чудовищами, поскольку их среда обитания – вода, источник жизни и таинственная стихия, в которой люди научились передвигаться, но жить в которой им не дано. Мы говорим «чудовище, монстр», помня, что это слово восходит к латинскому monstrum, которое означает «знамение» или «страшное существо» и внушает ужас и благоговение. Согласно представлениям современной культурной теории, «как конструкт и проекция монстр существует только в прочтении, по своему происхождению monstrum означает “то, что выявляет, предостерегает”»[5]. Таким образом, двуединые морские создания служат предостережением для людей, своего рода запрещающим знаком – «не переступать границы», – и одновременно становятся искушением переступить их.
Эти предупреждающие и завлекающие знаки появляются в виде бесчисленных комбинаций гендерных, половых, расовых, видовых, онтологических и духовных различий. Например, уничижительное определение мифических сирен как истинных «блудниц, талантливых в игре на музыкальных инструментах и сладком пении», которые «губят любого, кто проплывает мимо», имело широкое хождение в античной Греции и Древнем Риме[6]; в Британии в эпоху раннего Нового времени «русалками» называли проституток[7], и это также свидетельствует в пользу того, что женщины, преступившие границы гендерной нормы, рисковали быть причисленными к чудовищам. И наоборот, способность устоять перед искусительной властью сирен считалась признаком мужества и героизма – вспомните Одиссея. Рассказы о русалках и прочих водных духах заставляют нас задуматься о том, к какому полу можно отнести то или иное существо.