Кристианна Брэнд – Смертельный номер (страница 26)

Послышались резкие команды, отряд стражей веером расступился, открыв небольшую сводчатую арку, их начальник приподнял занавес, закрывавший ее, концом меча. «Муха» вползла внутрь.

По размерам комната напоминала ванную из бедных районов, где можно еле-еле протиснуться от ванны к раковине. В центре стоял деревянный столик, а на деревянном стуле, зажатый между стеной и столом, сидел огромного роста молодой человек. Таких Лео Родду видеть еще не доводилось. На нем был безупречно сшитый темно-синий костюм и галстук выпускника Винчестерского колледжа. Руки, сиявшие бесчисленными перстнями, он скрестил на груди. В обрамлении черных роскошно вьющихся волос задумчивое лицо его было столь величественно благородным, что казалось прекрасным. На миг принц поднял голову, осмотрел Лео Родда с головы до ног и снова опустил подбородок на грудь. Незаметный человечек, сидевший по левую руку от него (там, где в ванной должна была располагаться раковина), встал и подвинул Лео стул. Все молчали.

На столе стояла миниатюрная золотая клетка, а в ней дрожала крохотная птичка. Клетка была украшена полудрагоценными камнями, бирюзой, рубинами и маленькими белыми жемчужинками. Принц повел рукой. Дверца клетки распахнулась, заводная птичка наклонилась и подхватила клювиком сигарету, изящно протянула ее Лео Родду и, в восторге от своей учености, стала трогательно высвистывать мелодию Au Clair de la Lune^{18}. Секретарь его высочества подал Лео зажигалку, протиснулся обратно на свое место, полистал блокнот и неожиданно спросил:

— Мистер Родд?

— Не кто иной, — ответил Лео. К черту, решил он про себя, меня не так-то легко вывести из равновесия. — А этот джентльмен, — он указал сигаретой на принца, — эль Эксальтида?

В уголках блеклых губ секретаря мелькнула еле заметная усмешка. Он слегка склонил голову:

— Не кто иной.

Эль Эксальтида продолжал внимательно изучать свой галстук. Секретарь еще раз перелистал страницы блокнота и заговорил.

На чистом, но довольно бесцветном и упрощенном английском он объяснил, что эль Эксальтида озабочен тем, что в отеле произошло убийство. Эль Эксальтида прочел сообщения об этом в зарубежной прессе и беспокоится, что это может повредить туризму в его стране. Дело должно быть немедленно раскрыто, а фирма «Одиссей-тур» должна незамедлительно увезти своих клиентов с острова.

Мистер Родд заверил принца, что фирма будет этому чрезвычайно рада, не говоря уже о том, что ее упомянутые клиенты будут просто счастливы.

— С другой стороны, эль Эксальтида считает, что у нас должен остаться… заложник.

— Понятно, — сказал Лео. — Что же, надеюсь, мне будет здесь совсем неплохо. — На самом деле ему было очень даже не по себе.

— Эль Эксальтида изучил дело. Он высокого мнения о некоторых замечаниях инспектора Кокрилла из Скотленд-Ярда. Его высочеству кажется, что у дела существует единственное решение.

— Я уверен, это говорит о том, что оно найдено, — заметил Родд.

— Мистер Родд, инспектор Кокрилл заявляет, будто видел вас лежавшим на пляже в течение тех часов, когда могло быть совершено убийство. Вы лежали под тентом, однако голову держали на солнце, закрывшись листом бумаги. Эль Эксальтида считает, что на самом деле инспектор Кокрилл видел только… лист бумаги.

Ту же мысль высказал Лео Родду накануне сам инспектор Кокрилл.

— Считает ли эль Эксальтида, что под бумагой меня не было?

— Эль Эксальтида спрашивает: зачем ложиться под тент так, чтобы высовывать голову на солнце и потом накрывать ее чем-то вроде бумажного колпака, если тент специально рассчитан на то, чтобы прятаться от солнца?

— Я англичанин, — ответил Лео. — Пусть скажет спасибо, что я укрылся не носовым платком с узелками по всем углам.

На огромных руках принца сверкнули драгоценные камни, но глаза его остались спокойны.

— Эль Эксальтида считает, — невозмутимо продолжил секретарь, — что вас вообще не было под тентом. Что вы дождались, пока ваша жена уснула, а потом быстро пробрались по пляжу к отелю.

— Оставив там бумажный колпак, чтобы обмануть тех, кто не спал?

Принц протянул руку и подтащил к себе блокнот секретаря. Серый человечек ждал с почтением и готовностью, пока принц неторопливо что-то писал, затем перевел:

— Мы полагаем, что в то время вы никого, кроме своей жены, обманывать не намеревались. Все остальные знали, что вы имеете — прошу прощения — интрижку с мисс Баркер. Мисс Баркер на пляже не было.

— Она была с инспектором Кокриллом.

— С вашего места под тентом этого не могло быть видно.

— Понятно. Значит, я поднялся в отель, чтобы встретиться с ней? Не встретил ее — зато встретил мисс Лейн?

Алмазы снова сверкнули и заискрились, но ни искры оживления или понимания не отразилось на мрачном задумчивом лице.

— Эль Эксальтида полагает, мистер Родд, что вы направились к комнате вашей леди, возможно, позвали ее. Ваш голос услышала мисс Лейн: ее номер находится рядом с номером мисс Баркер. Она вошла в комнату мисс Баркер и увидела в ней вас. Вы держали…

— Постойте, дайте самому догадаться. Я держал красную шаль мисс Баркер?

— Это предположение. Вы взяли шаль и держали ее. Мисс Лейн была в вас влюблена. Она не стала вас шантажировать за деньги, не могла и надеяться, что таким образом заставит вас полюбить себя. Но она была ревнива и могла шантажировать ради того, чтобы вы, наоборот, кого-либо разлюбили. Например, она могла угрожать вам, что, если вы не прекратите свою интрижку с мисс Баркер, то она расскажет обо всем вашей жене.

— Этим она бы не многого добилась, — сказал Лео. — Моя жена уже обо всем знала.

— Безусловно, она знала, что между вами флирт. Но понимала ли она, что на этот раз вы собираетесь оставить ее?

— Вы, оказывается, знаете обо всем? — усмехнулся Лео, наклонился к подставленной ему пепельнице из резного нефрита и стряхнул пепел.

— Об этом все знали, мистер Родд… кроме вашей жены. Мисс Баркер рассказала об этом мистеру Сесилу, мистер Кокрилл слышал, как она это говорила… и был еще один подслушивавший. Задолго до того, как пришли вы, мисс Баркер, услышав шаги на нижней террасе, сказала: это спускается Лео!

Если бы я собрался оставить свою жену, то, в любом случае, вряд ли пошел на убийство, чтобы на неделю-другую скрыть это от нее.

— Никто не считает, что вы убили эту девушку из расчета. Она вам угрожала. Вы последовали за ней в ее номер, умоляя, возражая, возмущаясь — это нам не известно. Она села за стол, перед ней лежал блокнот с компрометирующими записями и нож. Она возражала вам, говорила ужасные вещи о мисс Баркер, к примеру. Вы пришли в ярость, схватили нож и ударили ее. Шаль вы все еще держали, и кровь брызнула на нее. Вам пришлось бы отвечать за кровь на шали, поэтому вы постелили ее на кровать и положили мисс Лейн… — Секретарь сложил по-мышиному серые лапки. — Таковы, мистер Родд, предположения принца.

— Понятно. А каким образом, по его мнению, я как ни в чем не бывало пробрался обратно на пляж и юркнул под свой колпак на глазах у изумленной публики?

— Эль Эксальтида полагает, что если вы и спустились, то лишь на верхнюю террасу, переждали там и подошли к жене, когда та вместе со всеми уходила с пляжа в отель. Эль Эксальтида понимает, что миссис Родд не из тех леди, которые трубят всем и каждому о том, что ее муж пошел на свидание с другой женщиной. Такая леди обо всем будет молчать — сначала из гордости, а потом, когда совершилось убийство, из…

— Из практических соображений?

— Из преданности, — сказал «серый секретарь» с легким поклоном.

Принц повел рукой, и драгоценная птичка протянула Лео еще одну сигарету, после чего снова залилась самовосхваляющим пением. Секретарь встал, подал англичанину эмалированную зажигалку и скользнул обратно.

— Вы наверняка заметили, — мягко сказал Родд, закурив сигарету, — что у меня всего одна рука.

Эль Эксальтида снова сложил руки на груди, но теперь поднял голову и прямо посмотрел на Лео. В ответ Лео столь же пристально остановил взгляд на требовательных темных глазах могущественного собеседника.

— Его высочество замечает почти все, и он не мог не обратить внимания, что удар ножом был нанесен правой рукой, — стал объяснять Лео Родд. — Направление удара — сверху вниз и справа налево. Но у меня нет правой руки. — Лео опустил взгляд на пустой приколотый к рубашке рукав. — Мне ампутировали ее после того, как я упал с велосипеда в Англии. И впервые с тех пор как это произошло, у меня есть повод этому порадоваться. Итак, вся версия рушится. — Он встал. — Если позволите, теперь я пойду. Скажите «экзальтированному», что мне было очень приятно с ним побеседовать. Он кивнул на золотую клетку: — И передайте ему мое восхищение, ибо не удивлюсь, если эта милая вещица была придумана джентльменом по имени Фаберже. Если так, то это произведение просто бесценно, хотя, конечно, из награбленного предками, но все равно прелестная штучка.

— Рад, что она вам нравится, — ответил принц и добавил голосом, подобным сладкой черной патоке: — Присядьте! — В патоке были растворены стальные опилки. Лео сел. — Я вижу, мистер Родд, вы разделяете мой интерес к objets d’art?^{19}?

— Я практически не разбираюсь в этом, — признался Лео. — Но надеюсь, что Фаберже отличить могу.

— И я надеюсь, что можете. Однако эта вещица изготовлена мастером из порта Баррекитас. Он делает их из позолоченного серебра, что намного дешевле. —* Принц щелкнул пальцами и сказал секретарю: — Возьмите эту безделушку и отнесите в карету мистера Родда. Я пришлю за вами, когда вы мне понадобитесь. — На смущенные протесты Лео он поднял огромную сверкавшую перстнями руку: — Вам придется простить меня, сеньор. В наказание тиранам их окружают исключительно те, которых невозможно уважать. Мне так приятно было поговорить с тем, кого уважать можно.