Кристиан Бэд – «Персефона». Дорога в ад 2 (страница 88)

Бо кивнул.

— Сумеем сами достать?

Хатт в воздухе создал голограмму кучи, крестиком обозначив место, где обнаружил Симменса.

Парни подогнали шлюпку.

Рэм молча смотрел как они, чередуя напряжение на щитах, пытаются отбросить самый большой кусок «иглы».

— Как можно раздавить шлюпку? — спросил Рэм в никуда. — Там же три слоя обшивки…

— Температурные «швы» не выдержали, я думаю, — сказал Бо. — Даже если бы мы раньше успели — я бы его всё равно не достал. Он сначала горел.

— А капитан? — вскинулся Рэм. — Его же спасли! Там же ещё страшнее всё было!

— Вот то-то и оно, что страшнее, — кивнул Бо. — Официальная версия, что колония борусов обеспечивала мозг кэпа кислородом, а Хаген говорит, что тогда бы уцелело и тело. Метаболический расчёт не бьётся с этой версией, понимаешь?

— Нет, — мотнул головой Рэм.

Им объясняли именно так. Что капитан заразился мозговыми паразитами, борусами. И они, не желая погибать вместе с носителем, поддерживали жизнь мозга, пока тело кэпа горело в катере.

— Есть процессы метаболизма, — тихо-тихо сказал Бо. — Это совокупность всех химических процессов в теле, то, что поддерживает жизнь. Борусы, конечно, тоже сыграли свою роль. Но скорее всего, капитан горел не так долго и получил ожоги, совместимые с жизнью.

Рэм поднял голову и непонимающе посмотрел на приятеля.

— То есть северяне успели вытащить капитана из горящего катера? Целым и невредимым? — нахмурился он.

— Ну не целым, а обгоревшим и наглотавшимся дыма, но живым, — согласился Бо.

— А голова? — вскинулся Рэм. — Они что, отрезали ему голову? Ещё живому? И заморозили, чтобы поизучать на досуге?

Бо кивнул.

Рэм сжал зубы. Ему хотелось кого-нибудь убить.

Один из кусков «иглы» с грохотом покатился по земле, шлюпке удалось его сдвинуть.

— Пойду я, помогу вытаскивать Симменса, — сказал Бо. — Да и ты — присоединяйся. «Росстань» сигналит, что получила сообщение от «Персефоны». Наши вышли у Дайяра и разгоняются, чтобы прыгнуть обратно. Там три развязки. И если кэп злой — у нас на всё про всё — не больше двух суток.

— На что — на всё? — мрачно спросил Рэм.

— Нужно навести тут порядок! — пояснил Бо. — Неизвестно, кто ещё прячется в этих каменных джунглях на орбите. А «Персефона» идёт назад одна, помощи не будет. Ты же не хочешь, чтобы северяне отсиделись на астероидах, а потом разбежались?

— Ну уж нет… — выдавил Рэм сквозь стиснутые зубы. — Ни одна тварь больше отсюда не выберется!

— Давай за пульт! — велел Бо. — Растащим кучу, выпилим из шлюпки Аури, он там весь теперь как я — наполовину металл. А потом я поговорю с «Росстанью». Система, которую мы с тобой обнаружили, имеет и орбитальные спутники. Нужно проанализировать накопившиеся там данные.

Рэм по-уставному кивнул и пошёл к своей шлюпке. Обернулся.

— А ещё эти, с мозгами в пузе, реликты… Они про оружие говорили, — вспомнил он. — И про Базу контроля. Потрошить — так уж всё!

Бо согласно махнул рукой, и Рэм твёрдым шагом направился к своей двойке.

«Северяне просто не знают ещё, с кем связались, — думал он, кусая губу. — Они решили, что „Персефона“ ушла? Ну-ну… Ничего, мало теперь не покажется никому…»

Линнервальд и щенки

Катер с «Лазара» за Линнервальдом прислали часа через три, когда группа Эмора заверила трусливого капитана, что в окрестностях всё чисто, и никакие «иглы» больше никому на голову не свалятся.

Зато это была очень удобная и даже немного роскошная машина. Где и щенков, и Вения с ребятишками устроили с максимальным удобством.

Выдали пледы, влажные полотенца. Принесли закуски и прохладительные напитки. А для Рао нашли подходящий комбинезон, хотя он один не страдал от своего неприличного вида.

Грантс и в комбинезоне полез развлекать девчонок. А Лес уткнулся в чашку-непроливайку с йиланом и замер, погрузившись в себя.

— А почему нельзя было послать с «Персефоной» нормальный флот? — спросил Эберхард.

Он подсел к регенту. Когда парень ощутил, что Линнервальд больше не сердится, общаться им сразу стало легче.

— Ну а как ты это себе представляешь? — удивился регент. — Чтобы отправить с имперским судном официальную миссию, я должен был заявить о твоём побеге. Только Локьё в курсе, чем я сейчас занят и где мы вообще.

— А он, выходит, даже не стал разыскивать Леса? Ведь с «Мирным» — это же цирк! Зачем он вообще послал этот корабль?

— Возможно, решил преподать урок капитану «Мирного».

— А не проще было его поменять?

Линнервальд улыбнулся:

— Если бы у правителей было достаточное количество умных, честных, умелых людей — мы жили бы совершенно иначе. Капитан «Мирного» предан Анию, этого достаточно. А то что дурак — так и урок он получил соответственно своему разумению. И, обрати внимание, никто его не наказывал — сам виноват.

— Значит, Локьё вообще не рассердился на Леса?

— Даже заявил, что доволен его побегом.

— Но почему?

— Наверное, потому, что много лет назад Аний Локьё, будучи таким же мальчишкой, тоже убегал из дома, чтобы отыскать Землю.

— Но не нашёл?

— Нет. Но он обрёл тогда хорошего друга. Это был будущий эрцог нашего Дома, Эризиамо Анемоосто. Они подружились ещё мальчишками.

— Как мы с Лесом?

— Вроде того. Они были ужасно разными — слабый и изнеженный Эрзо и крепкий спортивный Аний. Но верх всегда брал более слабый. Юный Эрзо рос исключительным менталистом, читающим людей словно книги. Он обманывал и обыгрывал друга. И юный Аний долго мечтал как следует врезать приятелю, пока они оба не поняли, что сильными могут быть только вместе.

— Это да, — кивнул Эберхард. — Без Леса я бы не решился лететь к земле. А без Рао — мы бы не долетели. Но… — Эберхард оглянулся на грантса, кокетничающего с девчонками, и вздохнул. — Какой же он бабник!

— Посмотри на Лессарда, — Линнервальд сдержал улыбку, чтобы младший не понял её как насмешку. — Чем он занят?

Лицо у Леса было совершенно потустороннее.

— Медитирует? — предположил Эберхард.

— А зачем?

— Не знаю, вроде — сейчас всё спокойно. Может, он просто устал и спит с открытыми глазами? Есть же расслабляющая медитация?

— Верно, — кивнул Линнервальд. — Лессард снимает стресс специальными упражнениями. Вы многое пережили в эти дни.

— А Рао? Он значит, тоже? — осенило Эберхарда.

— Конечно. Каждый снимает стресс, как умеет.

Эберхард кивнул. Про себя он ничего не спросил, потому что догадался уже, что рядом с дядей ему наконец стало спокойно. И этим разговором он тоже снимает стресс.

— Смотри-ка? — сказал Линнервальд, отвлекая племянника от саморазоблачительных мыслей. — Вон там! Там когда-то было наше родовое гнездо!

Он указал на длинный изогнутый полуостров.

— А может, мы спустимся на минуточку? — попросил Эберхард. — Или это слишком опасно?

Линнервальд коснулся коммуникатора, запрашивая «Лазар», потом «Росстань».

— Меня уверяют, что безопасно, — сообщил он. — Да и я ничего странного больше не ощущаю. Если опасность и есть где-то рядом — она не на Земле.

Он отдал команду, и катер быстро пошёл вниз, а потом закружился над поросшей невысокими деревьями долиной.