Кристиан Бэд – «Персефона». Дорога в ад 2 (страница 90)

— Да уйди ты со своим компотиком и со своими закусками! — развеселился капитан. — Мясо тащи! Ты же сказал, что у вас почти всё готово для ужина? Зомятина есть на кухне?

— А может, господин командующий желает к мясу листья сырного салата? — выдавил растерявшийся стюард. — Только что доставили из оранжереи?

— Господин командующий не желает, — с улыбкой пояснил капитан, видя, что Дьюпа забавляет, пытающийся выслужиться парень. — Господин командующий — активный вегетарианец.

— А как это? — растерялся стюард.

— Пассивные вегетарианцы едят траву, — охотно пояснил Млич. Присутствие Дьюпа тоже напрягало его, но он уже взял себя в руки и немного расслабился. — А активные — тех, кто эту траву лопает. Кто ест травку? — строго спросил он стюарда.

— Ко-коровка, — выдавил тот.

— Ну вот, а активные вегетарианцы едят коровку.

— А почему? — совсем растерялся стюард. Никакой логики он не улавливал.

Кэп посмотрел на командующего — тот улыбался одними глазами, и решил, что можно продолжать шутить.

— Растения вырабатывают токсины, чтобы бороться с теми, кто их ест. Коровка ест траву и нейтрализует токсины. А потому её мясо — идеальная вегетарианская еда. Та же трава, но без ядов. Так понятно?

Слегка офигевший стюард (ну не может же капитан над ним издеваться?) выглядел ошарашенным.

— Везде токсины? — спросил он потрясённо. — И в персиках?

— Везде! — отрезал капитан. — Брысь уже отсюда! Зомятину тащи!

Когда стюард выскочил из капитанской, Млич вытер, выступившие от смеха слёзы.

— Вот же зомоящер! — наградил парня эпитетом кэп.

— В систему возвращаетесь без поддержки крыла, — вдруг сказал Дьюп очень серьёзно, словно и не помогал только что разыгрывать стюарда. — Пока непонятно, что станет с территориями в секторе Кога-2 и что делать с пленными северянами. Вывозить из сектора их нельзя.

— Но куда мы их денем? — растерялся капитан. — Нам некем охранять эту толпу. Почему нельзя их вывести хотя бы к Сцелусу?

— Долгин не признаёт их существования. — Командующий налил себе воды, больше он ничего обычно и не пил. — Утверждает, что попал в аномалию по свою сторону границы, а вылетел у Дайяра. И никакого нападения на Юг никто на Севере, разумеется, не планировал. Все наши обвинения — провокация и попытка самого Юга развязать войну с Севером.

— А как же те, кого мы взяли в плен у Сцелуса? — нахмурился капитан. — Они же тоже были частью заговора!

— Капитаны этих судов не в курсе всех планов командования. Они выполняли отвлекающий манёвр и про основные силы ничего не знали. Одна надежда — на хатта из самой верхушки, что вы захватили. Нужно вытрясти из него всю информацию. И найти Центр контроля.

— Мы захватили? — удивился кэп.

— Твои люди. Вернёшься — узнаешь. У «собак» есть руководитель, некий центральный мозг. Вот он может кое-что знать и о планах северного командования. Нужны записи переговоров, фамилии, приказы.

— Ну вытрясти-то то мы вытрясем… А что если допросить Долгина с пристрастием? — нахмурился капитан. — В конце концов не психотехник — так психомашина сломает кого угодно.

Командующий посмотрел на капитана ласково. Тот не помнил, как сам вёл себя в схожей ситуации, а вот командующий — помнил. И знал, что даже психомашина не может дать стопроцентной гарантии.

А вслух сказал:

— К допросам Долгин подготовлен отлично. Даже Локьё не смог из него ничего вытрясти. А без постановления суда допрашивать его в психомашине нельзя. Вернее, можно, но результат на Севере не признают. Для суда нужны доказательства. Долгин пока ещё не военный преступник, а заготовка под него.

— У нас есть ещё генерал Санчос, — вспомнил кэп. — Он командовал операцией в районе Меркурия и может кое-что знать о планах Долгина.

— Вот Долгин всё на него и свалит, — кивнул командующий. — Мол, Санчос взбунтовался и решил учудить какую-то дрянь в секторе Кога. А Северная Империя не имеет к этому инциденту ровно никакого отношения. И тогда выходит, что предъявить нам северянам вроде бы нечего: непонятная засада у Сцелуса, взбунтовавшийся Санчос… А нам очень надо бы предъявить. Слишком много наших людей сейчас в заложниках у Севера.

— А приказы какие-то на корабле Долгина были? — осторожно влез Млич. — Документы?

— Долгин не дурак — он уничтожил всё, что сумел, — ответил командующий.

— А Центр контроля — это какой-то управляющий центр хаттов? — капитан записывал на браслет тезисно всё, что придётся сделать. — Думаешь, там сохранилась их переписка с северным командованием?

— Почти уверен. Если мы до него доберёмся, Долгину конец.

— Что ж я сразу не поймал этого гада? — пробормотал капитан. — Я бы его повесил, и дело с концом. Доказывай теперь, что он мерзавец…

— А ты думаешь, чего он от тебя бежать кинулся? — усмехнулся командующий. — Понял, с кем связался, бедняга…

— Да откуда ему меня знать? — перебил капитан. — Где я, а где — заместитель министра?

Дьюп улыбнулся. Он знал, какой торг шёл за голову капитана Пайела, успевшего перейти дорогу многим из высшего командования Севера.

— Слушай, про Центр контроля я понял, — капитан хмурился и ставил пометки в браслете. — А пленных-то мы почему не можем вывезти? Как нам искать этот центр с таким бревном на шее?

— А как вы их планируете вывозить одной «Персефоной»? — удивился Дьюп. — Мы не можем отправить к Земле корабли, кроме тех, что там уже есть. Хаген против.

— Опять? — удивился кэп. — И что теперь за причина? Никакие дикие нас не съели.

— У него там ценная земная колония и научная база… — Командующий повернул голову к двери. Он почуял, что кто-то идёт по коридору, хотя мембранная дверь непроницаема для звуков и запахов. — Хаген боится допускать к Земле значимое количество наших людей, завёл там какие-то тайны. Но Хаген — не человек, по его лицу не прочтёшь…

Дверная мембрана дрогнула и открылась.

«Идущим по коридору» оказался стюард. Он принёс заказанное и наполнил рубку умопомрачительными запахами.

Кэп вдруг понял, что мяса бы он тоже поел, и взял вилку. Наверное, и голод проснулся в нём, наконец?

— Значит, мы должны как-то передержать примерно около 10 тысяч пленных? — уточнил он. — И найти хаттский Центр контроля, сдувая пылинки с земной колонии? Пляска слона в посудной лавке?

— Примерно так, — кивнул командующий и взял с тележки тарелку с отбивными. — И не забудь про оружие. То, что случилось с Дайяром, может быть только следствием применения в районе Меркурия какой-то дряни.

Кэп кивнул и тоже взял себе отбивную. Неразрешимые задачи никогда не портили ему аппетита. Даже наоборот.

Да и отбивные повару сегодня очень удались.

Бо, Дарам, Хаген

Бо не вошёл в научный блок медотсека — он в него просочился.

Заваленный работой Дарам заблокировал дверь и отключил себя от основных средств связи, чтобы члены медгруппы не мешали ему.

Дараму — который вообще-то был доктором медицины, а потом уже всё остальное — давно уже не попадалось такого интересного и разнообразного материала для анализа. Он хотел посидеть над ним без помех, но не тут-то было.

— Нам нужно поговорить, — сказал Бо, материализуясь на пороге каюты.

На корабле, пусть и чужом, опираясь на работу навигационной машины, хатт имел доступ куда угодно, хоть в горячую зону реактора.

Дарам вздохнул. Он видел, что у младшего пригорело. Но врываться вот так? Уж он-то мог бы и предупредить?

Посмотрев на спецбраслет, Дарам понял, что не мог. Что вообще отрубил все контакты.

— Ладно, — сказал он. — Я тебя выслушаю, только давай-ка в темпе? Можно, инфопакетом.

— Нет, — отрезал Бо. — Я хочу говорить словами.

— Хорошо, — терпеливо кивнул Дарам.

Он понял: что-то случилось. И разблокировал инфочат, чтобы узнать корабельные новости.

Пробежал глазами сообщение, что шлюпки подбили над Землёй ещё две «иглы», но регент был цел, и всё вроде бы было в порядке.

Дарам удивлённо поднял глаза на Бо:

— Случилось то, чего я не знаю?

— Шлюпку потеряли, — пояснил хатт. — Аури Симменс погиб.

— Плохо, — отозвался Дарам. — Я могу чем-то помочь?

— Можешь. Капитан сказал, что в его отсутствие приказы пойдут через тебя. Мне нужен приказ на зачистку системы. Мы перетрясём тут каждый астероид. Больше ни одна тварь не выскочит неожиданно.