Крэйг Алансон – День Колумба (страница 4)

– Мой муж в Милликонаке, а дети в Бангоре с сестрой. Я никуда не поеду, – отбрила Сюзи, пошевелив для убедительности винтовкой.

– Как хочешь, – сдался я без особого сопротивления. Мне, честно говоря, не улыбалось оставаться в одиночестве. – У тебя и Стана есть винтовки, сидите в лесу за домом и следите за дорогой. Деб, ступай на выступ скалы – знаешь, где это? Сообщи Сюзи и Стану, если увидишь, что кто-то едет в нашу сторону. Мы с Томом побудем с Пушистиком.

Пушистик оказался неразговорчивым типом. Том и я пытались общаться жестами, показывали на себя – хомяк сидел с каменным лицом. А когда попробовал сменить позу, скорчил болезненную гримасу. Мы заметили у него на бедре кровь. По крайней мере, кровь у инопланетян оказалась красного, а не зеленого, синего или еще какого-нибудь дикого цвета. Я медленно приблизился, расставив руки и показывая, что у меня нет ножа.

– Нам надо осмотреть твою рану, – громко и внятно произнес я, как положено говорить с иностранцами. Нельзя забывать, что иностранцы глупы, поэтому с ними следует говорить внятно и громко, иначе они ничего не поймут.

Хомяк отпрянул, насколько позволяло пространство, и прижался спиной к полке. Я указал на свое бедро, потом на его, окунул палец в кровь на полу и поднял его, чтобы тот увидел ее. Качая головой и окровавленным пальцем, я медленно произнес:

– Ты ранен. Это плохо.

– Биш, – неуверенно сказал Том, – может, ты зря трогаешь кровь этого существа?

– Я думаю, это безопаснее, чем трогать кровь человека. У тебя есть бинты?

– Да, в шкафчике есть аптечка. Бумажные полотенца тоже есть. Марджи покупает их оптом в хозяйственном магазине.

Рана хомяка оказалась неглубокой. Я протер ее, промыл стерилизованной водой, отчего пленник опять скривился, обильно смазал антисептиком и наложил повязку. Он стал смотреть на меня другими глазами, словно не ожидал встретить цивилизованное существо. Даже причмокнул губами, словно в поцелуе.

– Может, он пить просит? – предположил Том.

Марджи и воду покупала оптом. Мы достали три бутылки, Том и я напились из горлышка. Я открыл третью бутылку и поднес ее к губам хомяка. Он выдул полбутылки, глядя мне прямо в глаза, отчего у меня по спине поползли мурашки. Потом носом указал на свой нагрудный карман. Я очень осторожно открыл клапан на магнитной застежке и достал предмет, смахивающий на питательный батончик. У него не было привычной яркой упаковки батончиков «Ура!», знакомой мне по службе в армии, – только зеленая пластиковая обертка с белой надписью на незнакомом языке. Я открыл обертку с противоположной от себя стороны. Глупо, конечно. Что, если это была какая-то взрывчатка и нарушение обертки было равносильно выдергиванию чеки из гранаты? Но ничего не произошло. Я осторожно понюхал батончик – запах был как у смеси сахара, мускатного ореха и опилок. Точно продукт питания. Я отломил кусочек и скормил его хомяку. Тот долго-долго жевал. Похоже, их энергетические батончики такие же жесткие, как наши. Примерно за десять минут хомяк схарчил половину батончика и запил его водой, но, когда я предложил новый кусок, покачал головой. Мне тоже всегда хватает половины нашего батончика – челюсти устают. Стараясь укрепить межпланетное доверие, я завернул остаток рациона в обертку и засунул его обратно в карман пленника, где лежали еще два непочатых батончика. Пушистик улыбнулся или попытался изобразить улыбку. Улыбку без понимания контекста можно легко принять за угрожающий оскал. Зубы хомяка мало отличались от человеческих – белая эмаль, два передних зуба больше, чем у человека, но не выступают гротескно, как, скажем, у бобра. С близкого расстояния я рассмотрел, что шерсть на лице хомяка была тонкой, покрывала всю кожу, хотя мех в целом был тоньше и короче, чем волосы в мужской бороде.

– Ты слышал? – спросил Том. – Вроде кто-то зовет…

Мы оставили дверь погреба чуть приоткрытой, чтобы услышать, если нас окликнет Сюзи, но достаточно закрытой, чтобы через нее не проходил сигнал передатчика, если он вживлен в хомяка. Я надеялся, что этого хватит. Том вышел наружу. Было слышно, как он переговаривается со Станом.

– Они говорят, буксир прибыл, – объявил Том, сунув голову в погреб.

Оставив хомяка на цепи в бомбоубежище или погребе, мы поспешили за Томом через двор в заросли.

– С северо-запада прилетел. Я инверсионный след заметила, – сообщила Деб. – С ходу направился в центр города. Похоже, ты прав, Джо, хомяки вызвали эвакуаторов.

– Надеюсь, что боевая задача для них важнее розыска пропавшего солдата. – В том случае, если инопланетный корабль подберет потерпевших аварию хомяков и улетит, я планировал погрузить Пушистика в фургон мороженщика и на всех парах дуть по шоссе на юг, пока мы не найдем воинскую часть или Национальную гвардию, чтобы передать им пленника. – Давай выйдем на выступ скалы. Оттуда лучше видно.

То, что мы увидели, нам не понравилось. Новый инопланетный корабль – точно такой же на вид, как старый, – кружил над городом на высоте ста пятидесяти метров. Он, похоже, отрабатывал схему поиска, из открытых пусковых контейнеров выглядывали носы ракет. Сверкнула вспышка, загрохотал гром, и в центре города вырос столб дыма.

– Они взорвали свой поврежденный корабль, – объявил я очевидную истину. – Интересно.

– Почему? – спросила Деб.

– Думаю, они решили не оставаться. По крайней мере, в этом месте. – Я указал на город. – И не хотят, чтобы мы ковырялись в их технологиях. Если бы планировали остаться, привезли бы с собой ремонтников.

Корабль поднялся выше, завис и медленно направился в нашу сторону. Не точно в нашу – на восток, после чего полетел вдоль реки.

– Дерьмо дело! – Стан сплюнул на землю. – Как видно, поймали сигнал от того барахла, что мы выбросили по дороге.

Я постарался успокоить народ.

– Без паники. Именно поэтому мы выбросили вещи Пушистика из фургона, а сам хомяк сейчас сидит под слоем бетона и земли за стальной дверью. – После того как пленника спустили в погреб, Стан накрыл капот и выхлопную трубу фургона свинцовыми подушками, чтобы уменьшить тепловое излучение. – Если только у них нет способа отследить нас до сарая Тома, искать им придется долго: то ли мы здесь, то ли укатили по шоссе дальше.

Стан и Деб пытались убедить нас не прятаться у Тома, а еще до появления корабля-спасателя уйти от Томпсон-Корнерс на как можно большее расстояние. Я наложил на идею вето, потому что не знал, как быстро прилетит корабль и смогут ли свинцовые подушки должным образом подавить сигнал маячка. Мы даже не знали, используют ли инопланетяне радиоволны. Они могли пользоваться какой-нибудь более экзотической технологией. Если хомяки были в состоянии отслеживать сигнал, неважно, как далеко мы отъехали бы – на один километр или на пятьдесят. Они нас все равно нашли бы. Погреб или бомбоубежище Тома – лучший способ спрятать технологически продвинутого инопланетянина. Успех моего плана зависел от действий пришельцев.

Инопланетный корабль медленно прошел вдоль реки, затем, ускорившись, двинулся над шоссе в нашу сторону. Описав два круга, он опустился, исчезнув из вида, за кронами деревьев. На мгновение, одно спокойное мгновение, все напоминало обычный октябрьский день в сельской части штата Мэн. Дом у Тома и Марджи был ладный, за ним – несколько рядов сложенных в поленницу дров. Готовясь к Хэллоуину, Марджи, как и в прежние годы, привязала к фонарному столбу несколько стеблей кукурузы. Во дворе была установлена Мадонна в ванне, украшенная…

Ой, вы же темные люди и, поди, не знаете, что такое «Мадонна в ванне». Берется старая ванна, наполовину торчком закапывается в землю, снаружи ее красят белой краской, изнутри – голубой, затем в импровизированную нишу, как в грот, ставят статую Богоматери. Получается своего рода домашний алтарь. В наше время можно купить готовый, из бетона, но это жульничество, Бог не фраер и заметит, если ты поленился приложить усилия. Большинство людей обкладывают нишу камнями или сажают вокруг нее цветы. У Марджи статую окружают яркие хризантемы, а может, не хризантемы – я не шарю в цветах. Богоматерь уже стояла там, когда Том и Марджи купили дом, они только цветы посадили. Марджи статую на праздники наряжала. На Рождество надевала на нее колпак Санта-Клауса. Перед Хэллоуином святая Дева Мария красовалась в наряде джедая в комплекте с сияющим лазерным мечом, прикрученным к ее руке Томом. Надеюсь, у Бога все в порядке с чувством юмора.

На той стороне дороги росли сосны, много сосен, за ними простирались поля и виднелась река. Погожий солнечный день, если бы не столбы дыма, поднимавшиеся от горящего картофелехранилища и уничтоженного чужого корабля. И если бы не другой корабль, снова взмывший в небо на триста метров и зависший на месте.

– Ага, – сказал я. – Они точно нашли фигню, которую мы выбросили из машины, и кого-то высадили подобрать ее. Корабль в небе обеспечивает прикрытие людей на земле. Том, нас от них отделяют всего… – я сосчитал на пальцах, – шесть, нет, семь построек, правильно?

– Десять, – поправил Том. – Ты не учел дома Макдональда и Берджеса, что стоят в стороне от дороги. И фруктовый киоск на старой бензоколонке, покинутый еще двадцать лет назад. Итого десять мест с разными строениями и гаражами. Они будут прочесывать каждый двор. Потребуется немало времени.