Крэйг Алансон – День Колумба (страница 3)

– Можно быстренько его перекрасить, – предложил Стан.

– На перекраску этого чуда нет времени, – рыкнул я. Мне фургон тоже не понравился, но, как говорится, что бог дал, с тем и воюем. – Кроме того, хомяки не знают, кто такой Барни. Они могут принять его за свирепого хищника. – Я и сам не поверил тому, что сказал.

– Ох, какого черта, – вздохнула Сюзи. – Глупым мужикам страшно ездить на машине с надписью «Мягкое»? Переживете как-нибудь. Я сама сяду за руль. Джо, каков план действий?

– Вперед! – крикнул я на пару со Станом, когда мы заскочили в фургон и растянулись на полу. Сюзи второго приглашения не требовалось, она надавила на газ раньше, чем мы успели опуститься на пол. Стан выпал бы наружу, если бы Деб не схватила его за шиворот. Том пинком убрал ноги Стана внутрь и захлопнул за собой дверцу. Когда фургон подскочил на ухабе, Том плюхнулся на солдата руаров. Хомяк охнул – значит, был жив. Когда мы его схватили, я не был в этом до конца уверен.

Оглядываясь назад, я вижу, что план был дурацкий и нам жутко повезло. Я заметил, как хомяки вошли в промежуток между закусочной и соседним магазином хозтоваров. Пока все остальные собирали необходимые вещи, Диего следил за патрулем и подтвердил, что хомяки периодически появлялись в этом переулке, заглядывали в окна и стучали в незапертые двери, проверяя, нет ли кого внутри. Они делали это во всех частях города. Я выбрал закусочную, потому что к ней с тылу от берега реки подходила короткая проселочная дорога. Дорога шла через лес и плохо просматривалась. Северо-восточные ветры неделю назад принесли с собой дожди, вода в реке поднялась до уровня весеннего паводка и ревела на камнях под мостом, заглушая рокот мотора и позволяя незаметно подъехать прямо к закусочной. Динамит мы заложили внутри здания под выходящей на улицу кирпичной стеной и подорвали заряд, когда патруль хомяков достиг середины переулка.

Никто из нас не знал, сколько нужно класть динамита. Как следствие, мы перестарались. Почти вся стена обвалилась в переулок. Кирпичи долетели аж до фургона. Тем не менее мы получили желаемый эффект – взрыв похоронил двух хомяков под кучей кирпичей. Том, Стан и я схватили того, что был ближе и завален меньше. Пока мы вытаскивали его из переулка, нас прикрывала Дебби с дробовиком. Том и Стан взяли хомяка с двух сторон за руки, я держал ноги. Мы кое-как выбрались из переулка, спотыкаясь о кирпичи, и забросили пленника в фургон мороженщика.

План был составлен неумно. Диего наблюдал с холма, вооружившись портативной рацией, которую Сюзи привезла из карьера. Вторая рация из пары лежала у нее в фургоне. Диего доложил, что, как только рвануло, из корабля выскочило полдюжины хомяков. Еще полминуты, и они нас прищучили бы. А если по какой-нибудь причине, например потому, что никто из нас не имел опыта обращения с динамитом, заряд не взорвался бы, двое хомяков дошли бы до конца переулка и заметили бы машину, которой там раньше не было. Я прикинул наши шансы против инопланетных солдат в бронежилетах, вооруженных намного более совершенным оружием, и невольно поежился.

Удача продолжала улыбаться нам в тот день несмотря на то, что Том упал на кнопку музыкальной системы. Из динамиков на крыше залихватски грянула «Индейка в соломе», фургон, подскакивая и виляя задом, несся по грунтовой дороге вдоль реки.

– Выруби эту чертову дрянь! – рявкнула Сюзи Стану. Ей было достаточно стресса от управления машиной. Ремень безопасности водителя сняли вместе с остальным оборудованием салона, а ступни Сюзи едва доставали до педалей. И все-таки сучонок лежал у нас на полу, и мы двигались.

Стан начал нажимать кнопки. Зазвучала новая мелодия – «Скачки в Кэмптауне», затем «Хоп, пальтишко увели», потом несколько музыкальных заставок к незнакомым мне видеоиграм, и лишь после этого дурацкое веселье удалось прекратить. Я никогда в жизни не чувствовал себя таким идиотом – пытаюсь держать на полу фургона мороженщика солдата с другой планеты, подбородок стучит по железному полу, из динамиков оглушительно орут дебильные песенки, а с обоих боков безумно ухмыляется чертов Барни.

Фургон проскочил свободное пространство без деревьев длиной примерно пятьдесят метров на берегу реки. Тут я понял, что хомяки сейчас начнут по нам стрелять. По крайней мере, на несколько секунд они могли хорошо разглядеть цель. Они не открыли огонь – наверное, потому, что к этому времени обнаружили в разгромленном переулке пропажу одного из своих солдат и поняли, что его увезли в этом самом фургоне. Главное, что мы проскочили открытый промежуток без происшествий, после этого нас от центра города скрыл пологий холм, и Сюзи, чтобы вписаться в поворот, нажала педаль тормоза. Потом мы выскочили на дорогу с твердым покрытием, и Сюзи вдавила педаль газа до упора. На гладкой дороге мы с Томом связали хомяка по рукам и ногам и начали снимать с него амуницию, прикрываясь четырьмя свинцовыми жилетами вроде тех, которые зубные врачи надевают, когда делают рентгеновские снимки. Это я придумал использовать их в качестве блокировки сигналов устройств обнаружения, вероятно, спрятанных в обмундировании иноземных солдат. Бронежилет на туловище, как я и предполагал, имел быстродействующий замок. Солдат, что на Земле, что на другой планете, всегда должен иметь возможность быстро надеть или снять броню. Защелка ремешка каски под подбородком тоже легко отстегнулась, и я впервые смог как следует рассмотреть противника. Один глаз открыт, из царапины на щеке шла кровь, но серьезных повреждений, похоже, не было, просто взрыв немного оглушил и сбил его с толку. Наушник и микрофон я сразу снял, на поясе висело нечто похожее на рацию. Я распорядился, чтобы Том выбросил все это в окно. Потом можно будет вернуться и подобрать. Сейчас главное – захватить пленного, чтобы наши военные изучили его и поняли, кто им противостоит.

Согласно плану, Сюзи отвезла нас к Тому домой, где у него имелся большой сарай. Она въехала прямо в ворота сарая и, скрипнув шинами, остановилась. Мы все подумали: «Ни хрена себе, неужели получилось?» В голове не укладывалось. Хомяк зашевелился, Том сел на него сверху, я наставил в лицо пленника пистолет. Он тут же притих. «ЗИГ-Зауэр» он вряд ли когда-либо видел, но не мог не признать в пистолете некое кинетическое оружие.

– Я больше не слышу Диего, – объявила Дебби, помахав рацией. – Последнее, что он передал: инопланетяне бегают как ужаленные, а их корабль не двигается с места. Я посоветовала Диего убираться из города. Ему ничто не грозит, он хорошо ориентируется в лесу.

– Они ждут буксир, – предположил я.

– Чего? – переспросила Сюзи, словно не расслышала.

– Буксир, – повторил я. – Их корабль поврежден. Наверняка позвонили наверх и теперь ждут, когда кто-то прилетит и отремонтирует их корыто. Или эвакуирует личный состав. Давайте посадим Пушистика в погреб, пока его друзья не спохватились и не начали поиски.

У Тома имелся старый погреб. Говоря «старый», я имею в виду, что дом Тома был построен в 1848 году, а погреб был вырыт еще раньше. Потом его расширила и превратила в бомбоубежище семья, владевшая фермой в 1950-х годах. Том и его жена Марджи использовали погреб как склад припасов. Мы спустили хомяка по лестнице и расчистили место в центре погреба. Том посадил пленника на цепь с висячим замком, обмотав ее вокруг щиколотки, а другой конец цепи – вокруг торчащей из пола трубы. Из-за хомяка, со всеми удобствами расположившегося в середине погреба, нам осталось совсем мало места – все пространство вдоль стен занимали полки. Я вам не говорил, что жена Тома Марджи обожает запасать на зиму банки с овощами и фруктами? Ее мания вышла из-под контроля, и теперь все полки были уставлены банками. Большинство людей в нашей глухомани умеют делать закрутки на зиму. Хороший способ запасти жратву впрок, причем намного дешевле, чем покупать ее в магазине. Мои предки тоже закручивали яблочный сок, джемы, маринованные помидоры, бобы и все, что могли собрать на огороде. Но погреб Тома выглядел так, словно Марджи решила пригласить на ужин 10-ю дивизию в полном составе, оставив еще приличный запас на потом.

– Что дальше? – спросил Стан, жадными глазами глядя на банку ежевичного джема.

– Будем ждать. Скоро сюда должны прибыть военные.

Мы все удивлялись, почему не видно наших истребителей и вертолетов, и подозревали, что противник захватил абсолютное господство в воздухе.

– Надеюсь, что приятели этого парня, – я указал на пленника, – здесь надолго не задержатся. Когда на выручку прискачет кавалерия, мы сдадим его нашим.

– С чего ты взял, что они уйдут? – спросила Деб.

– Потому что ни одному космическому агрессору не придет в голову включить Томпсон-Корнерс в список первоочередных целей. Эти ребята очутились здесь только потому, что навернулся их корабль. Меня больше беспокоит, не начнут ли они искать Пушистика после прибытия буксира. Я останусь с ним, а вы все лучше двигайте на юг и попробуйте найти части Национальной гвардии или хотя бы полиции штата.

Сюзи пришла в негодование.

– Отправляешь женщин подальше от беды?

Она уперла руки в бока. Я знал, что это означает.

– У тебя семья…

– У Тома тоже.

– Том получил весточку от Марджи. Его жена и дети были в порядке, ехали к теще. Жена Стана находилась в Портленде.