Коста Морган – Космические зайцы (страница 9)

— Ты меня притащил в чумное, можно так сказать, место? — глаза зайца задергались нервным тиком. — А вдруг я был бы восприимчив к вирусам и заразил всех остальных космических зайцев, ты об этом подумал, чурбан кварцевый? Нет, конечно! И меня беспокоит, что ты не волнуешься о моей жизни.

— Ты никогда не вернешься к своим, не переживай!

— Это было грубо…

— Ты же сам меньше минуты назад сказал, что дружба и любовь меня волновать не должны.

— А, — почесал лапой между ушами заяц, — точно-точно. Но ты знаешь, мы своей заячьей стаей отдыхали на одной космической станции. Она управлялась искусственным интеллектом, и он о нас заботился. Хотя, если подумать, это обычная программа с прописанным сводом правил. И люди, общаясь с ИИ, очень его любили. Для многих он был единственным другом, ведь покорители космоса в большинстве своем — одинокие люди. Они улетают в глубины пространства, могут зависнуть во временных петлях, вернуться в другом времени, или вовсе потеряться. Космос — место для одиночек. Не для любви и привязанностей. Я знаю, что ты ничего не чувствуешь, но ведь ты родился другим. Ты любил, ненавидел, наслаждался, страдал. У тебя же были родители? Ты же не родился как гном — из камня?

— А гномы рождаются из камня?

— Ходят такие легенды.

— Я никогда не видел гномов, — улыбнулся Генри. — Говорят, они богаты.

— Говорят. Так! Мои уши говорят, что сюда кто-то летит. Предлагаю уносить отсюда лапы.

— Нет-нет, я не могу отсюда уйти, не заглянув под плиту. Вдруг там…

— Сокровища, — кивнул заяц, закончив мысль Генри. — Ты все-таки пират, Генри, и обманул меня. А я пожертвовал своей стаей ради спасения пирата, — заяц глубоко вздохнул, закинул болтавшийся на шее артефакт в пасть и продолжил общаться с Генри телепатически: — Я возвращаюсь на другую сторону планеты и могу тебя туда подбросить, если хочешь. Запрыгивай быстрее, то, что летит, уже очень близко.

Генри решил не рисковать и запрыгнул зайцу на спину. И только заяц присел для прыжка, как над его ушами просвистела автоматная очередь. Заяц с пассажиром на спине быстро заметался по поляне, петляя, словно его маленький земной собрат в попытке убежать от охотника.

— Не двигаться, — заяц услышал в своей голове приказ и подчинился.

Над вершинами гор с двух сторон зависли две космические яхты.

— А чтоб меня, — выругался Генри, — моя «Причуда» и «Уида». Черный Сэм все же погнался за мной. Уходи, заяц, — спрыгнул со спины косого Генри. — Да, я пират. Грабил людей. Но я не отбирал сундук у Коломбины. Если, конечно, мы не грабанули кого-то оптом и так же оптом продали товар. Уходи, заяц, это за мной. Им нужен я, а ты случайный добрый парень, которому, по закону жанра, всегда влетает за чужие грехи.

Корабли, тем временем, сели на поляну, едва разместившись на ней. Люк одного из них открылся, и из него вышла та самая девушка, которая ругалась с зайцем в баре.

— О! — простонал заяц. — Опять эта сумасшедшая.

— Я так и знала, Кай, что ты со всех ног будешь бежать к этой девке, — визгливо произнесла девушка.

— Герда, ты же сама меня бросила, — спокойно ответил ей Генри, которого прилетевшая называла Каем. — Смотри, чем мне пришлось заплатить, чтобы спастись. У меня нет руки, — Генри показал ей обрубок, умолчав, что кисть с браслетом лежит во внутреннем кармане его куртки. — И я вообще стал иной формой жизни. Я подыхал в космосе, где ты меня оставила, и заяц такой ценой меня спас.

— Я вернулась за тобой. Капсула была рассчитана на двадцать четыре часа, вот через двадцать я и вернулась. Но капсула к тому моменту уже была пустой.

— А если бы в нее метеорит попал, умная ты моя, ты об этом подумала? Мы болтались в середине метеоритного потока…

— Ну, все, ссориться будете потом, голубки. Давай обещанный браслет, Герда, — из второго корабля вышел Сэм Беллами, наведя на Генри винтовку. — Дурацкое у вас название корабля — «Снежная Королева», и ники дурацкие — Кай и Герда, — скривил лицо и тоненько пропищал Сэм.

— Кай, отдай браслет, — попросила Герда. — На нашем корабле близнецы, а на том, — она кивнула на второй корабль, — вся остальная их мафия.

«Заяц, — телепатически позвал Генри зайца. Тот чуть повел ухом, давая понять, что слышит. — Я сейчас скажу, что мы сдвигали плиту, и я обронил там свою руку с браслетом. Ты видел, как выглядит человек, зараженный черным гриппом?»

«Да, — так же телепатически ответил заяц, — он словно покрыт черной паутиной. Если астронавтка спит в спасательной капсуле, такой же, как я тебя нашел, то вся капсула должна быть изнутри в такой паутине».

«Сейчас я буду привирать, — Генри опять кинул фразу зайцу, — а ты просто подтверди, что мы это видели».

Уши зайца шевельнулись, словно человек кивнул головой.

— Ты меня слышишь, Кай? Что ты молчишь? — Герда подошла ближе и дотронулась до щеки Генри.

Заяц, стоявший рядом, рассматривал пару. Оба высокие, худые. Генри или Кай, блондин с белой кожей, но он и до преобразования был светловолосым и голубоглазым, а вот Герда смуглая, кареглазая, коротко стриженые волосы выбелены под цвет льна, в ухе большая круглая серьга. Скафандр подчеркивает хоть и тонкую, но женственную фигурку.

— Кай, отдай ты им браслет, и мы улетим на своем корабле. Я тебя все равно люблю, даже таким — с этой бледной глазировкой на коже.

— Я такой кремниевый весь, Герда, и мне больше не нужна любовь. Мне ничего не нужно, я не испытываю чувств. Я не люблю тебя, и, если вдруг когда-нибудь случайно тебя убью, то не буду об этом сожалеть. Это необратимо, Герда. И это со мной сделала ты своей дурацкой ревностью.

— Браслет! — заорал Сэм Беллами.

— В могильнике, — спокойно ответил Генри. — Я там руку обронил. Полезай еще раз к принцессе в ее гроб, покрытый черной паутиной, и забери руку.

— Я пристрелю твою подружку, Генри! — зарычал старый пират.

— Валяй, — кивнул Генри. — Могу подержать, чтоб ты не промахнулся, старик. Глаз-то уже не тот.

Услышав это, Герда потянулась за своей винтовкой, закрепленной на спине, но Сэм Беллами оказался быстрее — никто не успел заметить, как в его руке появился пистолет и раздался выстрел. Герда пошатнулась и упала на спину, но винтовку она выхватить все же успела. Выстрелить она успела тоже. С Черного Сэма Беллами слетела меховая накладка, которую модно было носить как шапку вместо волос. Вместо одного глаза у него теперь зияла дыра. Девушка оказалась прекрасным стрелком. Так же как она, он тяжелым кулем рухнул на спину и уставился теперь уже единственным глазом на Новую Гренландию, белым снежным шариком висящую на черном малозвездном небе.

— Ну, что разлеглась, — проворчал Генри, — вставай. Мы за этот скафандр достаточно заплатили, чтобы он не пропускал пули. Оригинал, все-таки.

Герда с трудом села, растирая тело в районе груди, видимо, туда попала пуля. Подняла глаза на пиратский корабль «Уида», владелец которого валялся мертвый в нескольких метрах от нее, и, не поднимаясь на ноги, на четвереньках рванула к своему кораблю. И только она выпрямилась, чтобы заскочить внутрь, как перед ней захлопнулась крышка входного люка. Девушка с нечленораздельными криками замолотила руками и ногами в люк. Заяц и Генри, наблюдавшие эту картину, повернулись к кораблю Сэма. Пушка «Уиды» нацелилась на каменную плиту. Заяц подхватил в одну лапу Генри, прыжком оказался возле Герды, и, схватив ее второй лапой, развернулся и поскакал к горам.

В этот момент прогремел взрыв, и вся площадка, включая горы, вздрогнула. Заяц от взрыва упал, прижав собой к невысокой горе Генри и Герду. Следом последовало еще два взрыва, один мощнее другого.

И тут горы зашевелились.

— Она открыла глаз! — закричала Герда.

— Кто? — вскочил заяц.

— Гора! — Герда указывала рукой на глаз, медленно моргающий в центре горы.

Глаз был огромным, больше головы зайца, с желтой радужкой и вытянутым вертикально зрачком. Он проморгался, ссыпав мелкие камни и песок с растущей на верхнем каменном веке травой, и уставился на смотрящих прямо в него зрителей. Вся гора задрожала, словно собралась вдруг взорваться и стать действующим вулканом, после чего отчетливо шевельнулась.

Заяц опять сгреб лапами Генри и Герду и поскакал вниз на площадку. Каменная плита была расколота, и кусок ее провалился вниз, открыв слаборазличимые ступени.

Корабли запустили двигатели, готовясь взлететь, а в это время горы оживали. Они становились выше, передвигались. Все выглядело так, словно сработал таинственный механизм.

— Вниз! — скомандовал Генри и подтолкнул к проему Герду. — При взлете корабли сожгут на этой площадке все живое, — обернувшись к зайцу, он схватил его за лапу и потянул за собой.

Едва трое беглецов успели протиснуться вниз, как корабли поднялись над поверхностью, обдав огнем площадку. Загорелась трава. Заяц и Генри отшатнулись вглубь подземелья, чтобы их не задело пламенем, но они тут же высунулись обратно, когда поняли, что взлет произошел, и опасность миновала.

Тем временем горы расшевелились настолько, что стал угадываться силуэт древних ящеров. Оживала легенда — драконы. Один из драконов расправил крылья, сбросив с них снег, землю, налипшую грязь, и, оттолкнувшись от планеты, взлетел. Из его пасти вырвалось слабое пламя, он прокашлялся и в пару взмахов крыльев догнал один из кораблей. Огненная вспышка — и корабль взорвался ярким салютом, раскидывая во все стороны мелкие обломки.