Коста Морган – Космические зайцы (страница 8)

— Какая жалость, — совсем без эмоций произнес Генри. — Но я обещал зайцу приключения. Придется просто прогуляться на кладбище.

— И все же ты не Генри Эвери, — покачал головой Черный Сэм Беллами. — Генри был веселый, бесшабашный, а твой голос звучит так, словно тебе абсолютно все равно, что происходит. Открой свое лицо. Кого ты прячешь под капюшоном?

— Извините, — тронул за плечо Генри бармен, — там ваш заяц скандалит на танцполе с девушкой. И вам было бы лучше туда подойти.

— Он взрослый мальчик, — не поворачивая головы, ответил Генри, — сам справится.

— Боюсь, что нет, сэр. У девушки в руках винтовка. Она называет себя Гердой из Снежной Королевы, и требует вернуть Кая. А заяц кричит, что он никогда с пиратами дел иметь не будет.

— Спасибо, дружище, — кивнул Генри, чуть повернув к бармену голову, но не спуская глаз с присутствующих, — я сейчас разберусь.

Бармен ушел, и в повисшей тишине все отчетливо услышали ругань зайца и противный, на высоких нотах женский визг. Генри медленно обвел взглядом всех присутствующих и понял одну вещь — на столе можно было заметить лишь спиртные напитки, руки всех участников посиделок были убраны под стол. Внезапно пискнул приводимый в боевую готовность автоматический пистолет. Генри демонстративно положил одну руку на стол, а второй взялся за кружку пива. «Как же выбраться из этой ситуации? — медленно выпивая пиво, думал Генри. — С них станется застрелить человека в людном месте. Как же выбраться? Пиво еще это совершенно безвкусное. Надо было брать, как у зайца — безалкогольное. Косой вон как доволен. А с этого меня даже не повело. Может… Да чтоб меня в черную дыру засосало! Заяц же говорил, что я не буду чувствовать вкуса, и алкоголь меня, стало быть, не берет. Надо было спорить, кто кого перепьет. Еще и заяц этот вопит с Гердой. Заяц! Он же телепат!»

— Значит, ты и есть Кай? — задал вопрос один из близнецов.

— А мы-то гадали — кто у нас из-под носа уводит добычу? — встрял другой брат.

— И совершенно не платит десятину в общую казну, — опять вступил в разговор первый.

— Как ты докатился до такой жизни, Генри? Или ты не Генри? — спросил второй близнец.

— Так кто ты? — спросили они хором. — Говори, или тебя прошьет больше дюжины пуль!

— Я Генри Эвери. Согласно традиции клуба «Джентльменов удачи» я могу скрыть свое настоящее имя и взять себе имя пирата прошлого, под которым меня и будут знать все пираты свободного космоса.

— Ты нам наш устав не рассказывай, — вмешался Сэм Беллами. — Вываливай историю от прилета федералов и до этого прекрасного вечера.

— Я и рассказываю.

«Заяц! Помоги мне!» — мысленно закричал Генри, надеясь, что заяц его услышит.

— Тот корабль, на который мы охотились, — вслух продолжил он, — совершил маневр, и прыгнул в подпространство. Меня затянуло вместе с ним. Но вот какая досада — они не рассчитали вес корабля в точке перемещения на той скорости, на которой они газанули. Инерцией корабль разорвало на две части. Тяжелые пристяжные трюмы с пассажирской палубой остались в начале пути и даже, как я потом узнал, не выбрались из созвездия, в котором мы тогда пребывали. А вот кабину экипажа, двигатель, научный центр и блок управления выбросило на другую часть вселенной — вес груза снизился, а сила рывка осталась. Мой корабль прижало к их корпусу, и затянуло вместе с ними в мало исследованную галактику. Мы попали на пограничный пост — базу сталкеров, любителей открывать непознанные миры. Там я познакомился с девушкой, и пару лет мы занимались тем, что возвращались в цивилизованный космос. Когда вернулись, выяснилось, что для меня прошло тридцать лет, а для нее больше пятидесяти. Такая история.

«Заяц! Спаси меня!»

— Да, Генри, — опять оскалился Сэм Беллами, — врать ты всегда умел красиво. Хоть поэмы пиши.

— В этот раз я не вру, Сэм.

«Заяц! — снова попытался мысленно докричаться Генри. — Разорви кометой твои уши!»

— А лучше бы врал, — сказал он вслух. — Вот соврал бы той влюбленной кошке, что сейчас ругается с зайцем, и не вляпался бы в проблему.

— Никого не волнует, что у тебя в личной жизни, старичок, — засмеялись близнецы. — А вот за то, что ты не платил взносы в общую копилку, мы выгоняем тебя из нашего клуба.

Человек, сидящий рядом с Генри, быстро схватил его за левую руку, на которой был пиратский браслет, и прижал ее к столу. Рядом сидящий громила взмахнул мачете со скоростью почти не заметной человеческому глазу, и предплечье Гарри отделилось от кисти. Ловким движением мачете палач отбросил отрубленную часть руки на середину стола. Браслет остался на ней.

— А браслет и все деньги, что лежат на нем, мы конфискуем в пользу профсоюза пиратства, — засмеялся Сэм Беллами.

— Заяц! — теперь не скрываясь, заорал Генри.

— Что это? — близнецы подтянули к себе отрубленную руку и посмотрели на срез. — В какой галактике ты был, парень?

Кровь из места разреза не потекла. Казалось, что внутри рука Генри состояла из чего-то похожего на карамель. Мелкие осколки кристаллов там, где должна быть кожа. Тонкие вены крови и сухожилий выглядели как провода. Плотная сплошная масса разреза кости и мышц — словно напечатанные на принтере муляжи.

Пират, который орудовал мачете, осмотрел вблизи свое оружие.

Генри вскочил на ноги и изо всех сил заорал:

— Заяц! Меня убивают!

Крики в соседнем зале прекратились, и заяц в несколько прыжков подлетел к столу, за которым сидели пираты. Генри потянулся и отобрал у близнецов свою отрубленную руку, зажал ее подмышкой покалеченной руки, и запрыгнул зайцу на спину. В этот момент с него слетел капюшон. Еще пара прыжков, и странная пара выскочила из бара «Шальная Мэри».

Все произошло так быстро, что никто из пиратов не успел достать свое оружие из-под стола и как следует прицелиться. В повисшей тишине неестественно громко простучали по полу стальные подошвы космических ботинок, в которых любит ходить по чужим планетам космический спецназ. Дуло винтовки хозяйка ботинок развернула к пиратскому столику и спросила:

— Куда поскакал на этом меховом паршивце Кай?

Сидящие за столом прикинулись глухонемыми.

— Координаты! — со звонким щелчком переключив винтовку в автоматический режим, произнесла девушка. — Считаю до трех!

— Вы, наверно, Герда? — спросил один из близнецов.

— Два! — Герда решила сократить время, отпущенное на поиск ответа.

— Куда вам скинуть координаты? — спросил второй близнец.

Заяц, чтобы не бежать по планете и не терять на это время, сиганул в космос. Обогнув Новую Исландию через северный полюс, он стал спускаться на темной стороне планеты. Дело в том, что Исландия была в приливном захвате — всегда развернута к местной безымянной звезде одной стороной, а вторая сторона всегда находилась в тени. Слабый свет ей давала четвертая планета — Новая Гренландия, которая следовала за Исландией и ярко сияла ввиду того, что была покрыта льдом. Гренландия располагалась достаточно близко, чтобы выглядеть с Исландии как теннисный мяч, но недостаточно близко для того, чтобы сойти со своей орбиты и закружится с Исландией вокруг общего центра масс. Тем не менее, орбита планеты нарушала третий закон Кеплера, и рано или поздно она должна была стать спутником Исландии, ну или Исландия должна была стать ее спутником — тут уж как посмотреть.

Заяц, маневрируя, спустился на одну из гор и крупными прыжками поскакал вниз к удивительно ровной для этих мест заросшей прилегающей к поверхности травой площадке.

На площадке явно кто-то недавно побывал — грунт нарушен спуском чего-то тяжелого. С южной стороны к ее центру вел след двух параллельных друг другу полос, примерно на полметра утопленный в грунт. По центру лежал плоский, словно искусственная плита, камень.

— Камень отодвигали механизмом, — рассматривал площадку Генри. — Вот тут грунт снят и отброшен в сторону. Как же эту дуру отодвинуть?

— А что под плитой должно быть, Генри? — заяц скакал по небольшой поляне, рассматривая горы, окружавшие ее. — Ты не находишь, что в высоте этих гор есть определенная закономерность. Вот смотри — маленькая гора, как высокий холм, за ней спуск вниз, но не до конца, и гора гораздо большего размера с множеством вершин. Вторая вершина на ней — самая высокая. За ней идут вершины одинаковой высоты, цепочкой на одной линии. Но линия эта линия слегка изогнута, как будто все это…

— Да фиг с ними, с этими горами, заяц! Давай лучше подумаем, как убрать камень.

— Нет, Генри, давай лучше ты мне расскажешь, кто все эти люди? Та сумасшедшая с одной серьгой в ухе, те странного вида хмыри, что отрубили тебе руку. Кстати, новую тебе уже не пришьют, ты типа как из кварца, кремниевая форма жизни. Только покажись ученым — тебя на молекулы разберут и по пробиркам рассыплют, чтобы изучать вдоль и поперек. Как рука, кстати, не болит? — заяц в один прыжок оказался рядом с Генри и заглянул тому в глаза.

— Хм, я только сейчас понял, что меня эта тема абсолютно не волнует. Я что-то типа камня?

— Ну, да, — пожал плечами заяц и глубоко вздохнул.

— И еда, алкоголь, отношения с девушками, дружба?…

— Тебя теперь волновать не должны. Я удивлен, что в тебе сохранилось еще любопытство, и ты хочешь посмотреть, что там под каменной плитой.

— Под каменной плитой могильник зараженной плесневым черным гриппом. Там лежит труп астронавтки. И это все сказки были про заснувшую принцессу, ждущую, когда ее разбудит принц, чтоб жениться и потратить полцарства.