Константин Рэйди – Воля тьмы (страница 2)

Мужчина, испугавшись громкого крика и угрожающего вида торговца, шаткой походкой, спотыкаясь и бормоча что-то невнятное и злобное, поспешно скрылся в темном переулке, растворившись во мраке, словно его и не было никогда. Лира облегченно выдохнула, чувствуя, как напряжение медленно покидает ее тело, словно вода уходит в песок.

– Спасибо вам большое, – сказала она торговцу, искренне благодарная за его неожиданную и своевременную помощь.

Старик улыбнулся, показывая беззубый рот, и поправил на носу кривые, сползающие очки.

– Не за что, дитя мое, – проскрипел он своим старческим, слегка дрожащим голосом. – Будь осторожна, девочка. В этом городе полно хищников, больших и маленьких. Все хотят урвать свой кусок, а особенно любят нападать на одиноких, беззащитных. Не забывай об этом, никогда.

Лира кивнула, понимая, что он абсолютно прав. Она знала это лучше, чем кто-либо другой.

– Знаешь, – продолжил торговец, понизив голос до шепота и оглядываясь по сторонам, словно боялся, что их случайно подслушивают, – ходят слухи, что в городе появился новый благодетель, щедрый правитель. Говорят, он может исполнить любое желание, какое только можно себе представить.

– Любое? – скептически переспросила Лира, приподняв тонкую бровь, словно не веря ни единому слову. Она не верила в сказки, не верила в чудеса. В ее суровой жизни, в ее мире, наполненном грязью, голодом и отчаянием, не было места для сказочных благодетелей и исполняющихся желаний.

– Говорят, что любое, – подтвердил старик, таинственно подмигнув и поправляя вязаную шапку. – Но цена за это великое благо велика, очень. Говорят, он забирает души твоих самых близких, тех, кого ты любишь больше всего на свете.

Лира нахмурилась, задумавшись над его словами, словно пытаясь понять, есть ли в них хоть капля правды.

– Близких? – она криво усмехнулась, в ее голосе слышалась горечь и сарказм, словно она выпила глоток прокисшего молока. – У меня никого нет, старик. Никого, кто мог бы считаться моим близким. Я одна в этом мире.

– Тем лучше для тебя, дитя мое, – вздохнул торговец, печально покачав седой головой. – Значит, тебе нечего терять. Значит, ты свободна. Но помни, Лира: даже у тех, у кого, казалось бы, ничего нет, всегда найдется что-то, что можно потерять. Счастье, свобода, жизнь… Береги их, девочка. Береги их, как зеницу ока.

Внезапно, Лира увидела, как рядом с ними упала старушка, с морщинистым лицом и дрожащими руками. Ее корзина с яблоками рассыпалась, и фрукты покатились по грязной мостовой.

– Ох, беда-то какая, – прошептала старушка, пытаясь подняться, но у нее ничего не получалось.

Лира, не раздумывая, подошла к ней.

– Вам помочь? – спросила она.

– Ох, спасибо, милая, – ответила старушка. – Ноги совсем не держат.

Лира помогла ей подняться и собрала рассыпавшиеся яблоки.

– Вот, держите, – сказала она, протягивая корзину.

– Спасибо тебе, девочка, – улыбнулась старушка. – Добрая душа у тебя. Дай тебе Бог здоровья.

Лира пожала плечами и отошла, не желая привлекать к себе внимание.

Лира достала из кошеля несколько медных монет, отдав их торговцу в знак благодарности, и купила у него маленький деревянный кулон в форме волка. Она внимательно осмотрела искусно вырезанную фигурку, словно пытаясь разглядеть в ней нечто большее, чем просто кусок дерева. Наконец, она надела кулон на тонкую, грязную веревочку и повесила на шею, чувствуя, как холодное дерево приятно согревается на ее коже, словно отдавая часть своего тепла.

Вечером, сидя на крыше заброшенного дома, одной из немногих крыш в Гнилом Крае, с которой открывался захватывающий вид на весь город, Лира смотрела на замок Каина, возвышающийся над городом, словно зловещая тень, брошенная исполинским чудовищем. Замок сиял тысячами огней, словно маяк, заманивающий тех, кто отчаянно нуждается в исполнении своих самых сокровенных желаний, тех, кто готов отдать за них все, даже свои бессмертные души.

– Каин, – прошептала Лира, сплевывая с отвращением на шершавую черепицу. – Я приду за тобой. И я заставлю тебя заплатить за все страдания, которые ты причинил этому городу. За все, что ты отнял у тех, кто не мог защититься.

Она потерла пальцами волчий кулон, ощущая под пальцами грубую, но надежную резьбу.

– У меня нет родственников, которых ты мог бы забрать, Каин, – с горечью подумала она. – У меня нет семьи, которую ты мог бы мучить и сломать. Но у меня есть кое-что другое. У меня есть ненависть. Ненависть, которую я вынашивала годами, ненависть, которую я питала каждой несправедливостью, каждой болью, каждой потерей. И этой ненависти хватит на всех нас. Ее хватит, чтобы разрушить твой проклятый замок и твою лживую власть, построенную на слезах и отчаянии.

Глава 2

Последний, робкий луч солнца, просочившийся сквозь зияющие дыры в прогнивших крышах Гнилого Края, погас так же внезапно, как искра, упавшая в холодную воду. Ночь опустилась на город, словно тяжелый, бархатный занавес, скрывая убогость трущоб и выставляя напоказ великолепие замка Каина, словно бриллиант, сверкающий на фоне кучи мусора. Лира, закутавшись в свой старый, пропахший дымом и потом плащ, словно в ненадежную броню, скользнула в ночную тьму, направляясь к своей единственной цели – к замку Каина, возвышающемуся над городом, словно надменная корона, выкованная из лунного света, звездной пыли и чужих, несбывшихся надежд.

До замка было далеко и опасно. Нужно было пересечь весь Гнилой Край, миновать лабиринты трущоб, где даже в темноте можно было почувствовать смрад гниющих отбросов, перемешанный со сладковатым запахом страха, исходящим от голодных крыс и озлобленных, готовых на все обитателей. Затем – зловещую нейтральную полосу, узкую полоску выжженной земли, отделяющую бедность от богатства, тьму от яркого, искусственного света. И, наконец, неприступные стены замка, словно ощетинившиеся каменные зубы, готовые в любой момент сомкнуться и раздавить любого, кто осмелится подойти слишком близко, кто осмелится нарушить покой “Правителя”.

Лира помнила этот путь наизусть, словно он был выжжен на ее ладонях. Последние несколько дней, после трагического события на рыночной площади, она посвятила тщательному изучению периметра замка, словно опытный стратег, выискивающий бреши в обороне, слабые места в непробиваемой броне. Она была почти уверена, что найдет их, эти трещины. В любом, даже самом неприступном замке, есть свои уязвимости, есть щели, через которые можно проскользнуть, если обладать достаточной ловкостью, достаточной хитростью и, самое главное, достаточной долей отчаянного безумия.

И вот, наконец, она у цели. Перед ней возвышались огромные, черные ворота замка, словно вход в царство мертвых, охраняемые двумя стражниками в блестящих, но холодных доспехах, отражающих свет факелов, словно пустые глаза. Факелы, закрепленные на высоких стенах, отбрасывали зловещие, танцующие тени, превращая обычные камни в причудливых монстров, готовых в любой момент сорваться с места и наброситься на непрошеного гостя. В воздухе витал слабый, но отчетливый запах железа и крови, напоминающий о тех, кто пытался проникнуть в замок раньше, и поплатился за это своей жизнью.

Лира прижалась к холодной, шершавой стене, стараясь слиться с густой тенью, отбрасываемой высоким деревом. Она знала, что не сможет пройти через главные ворота. Это было бы чистым самоубийством, глупой и бессмысленной тратой времени. Она знала, что ее ждет другая дорога – узкая, извилистая тропа, ведущая вдоль стены, к тому месту, где, по ее тщательным расчетам, должна находиться та самая брешь, тот самый шанс проникнуть внутрь.

Добравшись до условленного места, Лира с облегчением выдохнула. Она была права. В стене зияла большая, небрежно заделанная дыра, достаточно широкая, чтобы пролезть даже с мечом за спиной. Осторожно оглядевшись по сторонам, убедившись, что поблизости нет патрулей, Лира, словно тень, протиснулась сквозь грязное отверстие, оказываясь, наконец, на территории замка Каина.

Мир, в который она внезапно попала, резко, ошеломляюще отличался от грязного и нищего Гнилого Края, словно она переступила порог, отделяющий ад от рая. Здесь царила чистота и безупречный порядок, словно каждый камень мостовой был тщательно выметен невидимой рукой, словно каждый куст был пострижен с маниакальной точностью. Газоны, изумрудно-зеленые и мягкие, словно ковер, приятно пружинили под ногами, а в воздухе витал приятный, едва уловимый аромат экзотических цветов и дорогих благовоний, привезенных из далеких стран. Вместо смрада и удушливой грязи – изысканный аромат, кружащий голову и вызывающий легкое головокружение, вместо голода и отчаяния – ощущение сытости, достатка и ленивого спокойствия. Это был другой мир, мир, в котором жили избранные, те, кто заключил сделку с Каином, те, кто продал душу за исполнение своих самых сокровенных желаний.

Лира шла по узким, извилистым коридорам, стараясь не шуметь, стараясь оставаться незамеченной. Она прекрасно понимала, что в замке полно стражников, готовых разорвать ее на мелкие кусочки за малейшую провинность, за малейшее подозрительное движение. Она прижималась к холодным, каменным стенам, словно тень, скользила мимо запертых дверей, заглядывала в темные ниши, прислушиваясь к каждому шороху, к каждому приглушенному звуку.