Константин Пылаев – Маленький маг (страница 28)

Второй наёмник, немногим меньше Мясника, подошёл к спорщикам.

— А что, пусть Мясник отрежет ему уши. Уши же Моргару не нужны? И все будут довольны.

— Идиоты! Назад! — Заорал Фэйгар. — Если он сдохнет нам всем не жить.

— Господа маги, вы здесь? — изо всех сил крикнул Риз. — Не хотите присоединиться к разговору?

— Заткнись мразь! — вожак, чувствуя, что теряет контроль над ситуацией, потянулся за мечом. — Вы что, не видите, он пытается нас рассорить?

— Господа маги! Сейчас они прикончат меня, потом займутся вами! — Риз громко рассмеялся. — Они же так вас любят!

Судя по шуму, его слова возымели действие. Магов заинтересовал происходивший между наёмниками спор. Они придвинулись ближе к спорщикам.

— Ха, а он прав. — Мясник угрожающе выдвинул вперёд нижнюю челюсть, глядя прямо в глаза главарю. — Только давай сначала их, а потом его? Палач, ты со мной?

Вместо ответа Палач метнул тяжёлый кинжал в грудь ближайшего мага. Удар оказался такой силы, что мага отшвырнуло назад. Двое других были готовы к такому повороту заранее. Выбросив вперёд руки, они связали наёмника волшебством, но опоздали. За мгновение до этого Палач прыгнул в сторону одного из них, сбил его с ног, при этом частично освободившись от магических пут. Такому как Палач и одной руки достаточно, чтобы сломать горло хлюпику-магу. На это у него ушло несколько секунд, и второму магу достало времени всадить кинжал ему в печень. Палач взвыл, но наёмник оставался наёмником, даже смертельно раненный. Полностью свободный от волшебства, второй рукой он схватил врага за горло и сжал пальцы. Ревя как боров, держа на вытянутых руках своих, трепыхающихся в предсмертной агонии, убийц, Палач умирал.

Тем временем его приятель выхватил меч. И вовремя. Фэйгар рубанул с двух рук, наискось. Мясник едва успел перехватить, уходя забрасывая меч за спину, и это несколько ослабило удар. Ему крепко досталось по спине, и хотя кожаный доспех выдержал, наверняка останется большой синяк. Наёмник отпрыгнул, шипя от боли, упал на землю, откатываясь в сторону. Он выигрывал время, чтобы перегруппироваться и оценить обстановку.

— Дурак ты Фэйгар. — тряхнув головой, приходя в себя и зло глядя исподлобья, произнёс Мясник. — Из-за проклятого мальчишки ты потеряешь всё.

Фэйгар оказался неплохим бойцом. Он свёл на нет все удары Мясника, но ему пришлось отступить, ибо силы у его противника было немерено. Беда в том, что мальчишка теперь оказался в пределах досягаемости сбрендившего наёмника. Мясник ухмыльнулся. Демонстративно провёл мечом по животу Риза.

— Не бойся. Я им займусь потом, после тебя. Отрежу уши, в память о Палаче. Он бы остался доволен. — и Мясник нанёс еще насколько ударов, мало заботясь об обороне.

За что и поплатился. Фэйгар вскользь задел его руку, пустил кровь. Мясник даже не заметил.

— Потом я выколю ему глаза, — последовал мощный удар, еле отбитый Фэйгаром, — потом сломаю все пальцы. — Мясник сам принял на пяту клинка рубящий удар сверху и одновременно ударил противника ногой в живот, опрокинув командира на землю. — Потом переломаю колени и локти, и вот в таком виде отдам Моргару.

Всё-таки наёмник был хорошим воином. И несмотря на огромный вес, очень ловким. Он одним прыжком сократил до минимума расстояние до, уже успевшего вскочить, противника, и словно кинжалом, проткнул живот предводителя мечом по самую рукоять.

— Ну вот и всё. — прорычал прямо в лицо врага Мясник. — Давно хотел это сделать.

Он накрыл своей левой пятернёй рожу Фэйгара и толкнул с такой силой, что тот сам соскользнул с меча. Крутанул клинок, стряхивая кровь. Нагнулся, сорвал пучок травы, обтёр лезвие. Одним красивым движением загнал меч в ножны. Присел на корточки рядом с ещё живым командиром, поиграл с медальоном.

— Ну, тебе уже не понадобится, — он снял с шеи цепь и нацепил на себя, — а мне пригодиться. Бывай. — Мясник по-товарищески похлопал умирающего по плечу.

Наёмник встал, оглядел поле боя. Противников не наблюдалось, только Палач, выпустивший мёртвых магов, стоял на коленях, опираясь на руки. Он продолжал реветь, словно умирающий зверь. Зверем он и был. Умирающим.

Мясник подошёл к нему со спины, мимоходом пнув Риза под рёбра. Безжалостно ухватился за рукоятку, продолжавшего торчать в боку, кинжала, и провернув его в теле, выдернул. Палач взвыл и выпрямился.

— Прости, брат. — равнодушно произнёс Мясник, схватил приятеля за лысую голову и привычным движением перерезал ему горло. — Прощай.

— Ну что, маг, вот мы и одни. — он отшвырнул от себя булькающего кровью Палача. — Ты рад?

— Ну как тебе сказать? — Риз обдумывал каждое слово. Пока всё шло по плану, но лучше бы выжил кто-то из магов. Но уж как получилось. Придётся договариваться с Мясником.

— А как есть, так и говори. А то вы маги уж больно хитры, вечно морочите людям головы.

— Чем же маги тебе не угодили?

— Больно много вас развелось. — сквозь зубы, зло ответил Мясник. — Куда ни плюнь, попадёшь в мага. Добрым людям житья от вас нет. Все места в городских советах за вами, деньги всё вам, уважение вам. А за что вас уважать? Что, самые умные? Как в бой, насмерть, так это нам, наёмникам. Как слава и деньги, вы тут как тут. Ненавижу вас, готов душить голыми руками. Ха, повезло Палачу, троих ваших прикончил. Ну да я ему завидовать не буду, — Мясник подмигнул Ризу, — зависть нехорошее чувство. А ты завидуй. Завидуй мёртвым, смерть твоя будет долгой.

Тут он кашлянул. Постучал себя по груди — казалось, он поперхнувшись. Схватился за горло. С трудом сглотнул. Кашель пробился наружу с болью, кровью забрызгав Риза. Ноги Мясника подкосились, он упал на колени, выпучив глаза. Красная пена выступила на мясистых губах. Ризу сразу обо всём догадался. Меч, ранивший наёмника, был не простой, с сюрпризом. Даже будучи поверженным, Фэйгар продолжал сражаться и убивать. Мясник рухнул Ризу на ноги — он был мёртв. Кровавые слюни потекли мальчишке на штаны. Тяжёлое тело совсем обездвижило мага. Впрочем, и без него дела у Риза были кислые. Вся банда была мертва, умирающий главарь не в счёт. Договариваться не с кем. Хотя где-то бегал ещё один наёмник, последний член банды, уводивший погоню в сторону от дороги, но где он и когда явиться, неизвестно. Хорошо хоть пытать не будут. Только лежать Ризу, пока зверьё до него не доберётся или Моргар не придёт. Ни с кем из них договориться не получится.

— Ну вот, накаркал. — подумал Риз. За деревьями мелькнула тень, явно звериная. — Эти хоть издеваться не будут, только рвать. Забавно, пальцем не пошевелив, шестерых врагов одолел. А умру от зубов глупого зверья.

Над деревьями раздалось карканье.

— Вот и вороны слетелись. Вороны? Ворон! — Риз заорал так, что сразу охрип. — Я здесь! Ворон!

Через пару мгновений серая шерсть Роксаны закрыла от него дневной свет. Мокрый нос ткнулся в щеку. Волчица встала передними лапами на его грудь и коротко два раза тявкнула. Большая чёрная птица приземлилась рядом. Роксана стаскивала тело мёртвого Мясника. А через минуту до Риза донёсся приближающийся звук конских копыт.

Глава 11. Разговор по душам

Дюжина всадников полукольцом подъезжали к лагерю охочих. Не торопились, внимательно осматриваясь. Они уже знали, что враг повержен, но воинская осторожность и дисциплина никогда не помешает. За одним из конных, связанный верёвкой, шёл четвёртый наёмник. Только окончательно убедившись, что засады нет, всадники спешились. Один из них немедленно кинулся к пленнику, на ходу вытаскивая кинжал из ножен. Несколько взмахов и Риз оказался свободным. Кирол, следопыт отряда, помог ему сесть, но у мальчишки сразу закружилась голова и его опять, в третий раз за день вырвало. А ведь его даже не поили.

— Риз! Мастер Риз, живой. — Брюер, словно юноша, выскочил из седла и подошёл к мальчику. — Пусть Азаар порвёт мне печень. Живой. — и раскрыл свои объятия.

Свобода сыграла с юным магом злую шутку. Невозмутимый до этого, развязанный, он не смог больше сдерживаться. Его затрясло, слёзы прорвались наружу. Маг поджал под себя ноги и рыдал, уткнувшись в колени. Роксана тёрлась мордой о бедро Риза, Ворон тактично делал вид, будто что-то искал в траве. Брюер присел рядом и обнял мальчика, прижал его голову к своей груди и поцеловав в макушку, прошептал тихо на ухо:

— Всё кончилось, всё кончилось, малыш. Успокойся. Ты молодец. Всё теперь будет хорошо. — Он отцепил от пояса флягу с вином и влил половину в мальчишку, — Пей, это поможет успокоиться. — и почувствовав, что его слова возымели действие, спросил. — А что здесь произошло? Уж не ты ли их сработал?

Конечно же, Брюер видел, в каком беспомощном положении находился Риз, когда они его нашли, а потому понимал, что мальчик не мог быть причастен к случившемуся в лагере.

— Я. Дай лучше воды. — Риз отодвинул от себя флягу, под изумлённым взглядом Брюера. — А то меня снова вырвет. С утра не жравши, только и делаю, что блюю. Кишки крутит, голова кружится. И безумно хочется вымыться. Ещё и обмочился. — последнее он сказал без тени смущения. Понимал, что в подобной ситуации нет ничего позорного. — Мне бы…

— Брюер! — окликнул один из дружинных. — Здесь живой, добить?

— Нет! — Риз вскочил, но тут же осел, подхваченный подмышки Брюером. — Не троньте его. Он нужен живой.