Константин Пылаев – Дева-воительница (страница 61)

Единственное, что нам настрого запретили, так это идти на юг, где, по словам их короля, не следует быть человеку. Мы согласились, но не поверили им — думали из-за жадности они не хотят пускать нас в место ещё более прекрасное. Несколько разведчиков отправились на юг, а вернувшись, рассказали, что путь преграждает невидимая стена.

Тогда вождь, человек хитрый и умный решился на коварство — на прощальный праздник, посвящённый нашему уходу, все даянги пришли с оружием, спрятанным под одеждой. Мы вырезали всех, кроме короля. Долго его пытали, пока он не открыл нам тайну прохода.

Но даже тогда он умолял нас не ходить туда — мы же не знали, что Исио единственный, кто вышел оттуда преображённым. Видимо, помыслы его были настолько чисты, что Каишт даровал ему Силу, не забрав ничего дорогого, но дал понять, что простому человеку, с его соблазнами и слабостями ни за что не устоять перед Силой руды. И он построил барьер, оставив для себя лишь маленький проход, дабы ходить туда подпитываться энергией, которую разумно тратил на процветание своего народа. А когда последний из нас прошёл за барьер, он проклял нас за то, что мы сделали.

Кардар умолк. Риз не торопил рассказчика, осмысливая всё сказанное. То, что сотворили даянги непросто жестоко — чудовищно, и оправданию не подлежало.

— Почему? — юноша долго собирался с духом, прежде чем спросить. — Почему твой дракон так поступил с твоей семьёй? — он понимал, что вопрос причинит боль, но задал его не из праздного любопытства. — Мой тоже хотел убить сестру и друзей.

— Дракон — это само Зло, и хочет владеть основой без остатка. Словно младенец, желающий обладать всей материнской любовью, стремиться полностью подчинить её, ни с кем не делясь, и ненавидя всех, кто этому мешает. А близкие… — Кардар вздохнул. — Они тоже требуют внимания и любви. Думается мне, что ты так сильно любишь свою сестру, что сумел сдержать своего зверя. И то, что ты спас её, в минуту опасности, только подтверждает мою догадку. Да и она любит тебя, раз пошла за тобой, наверняка зная, что ты можешь её убить. Вы должны быть вместе. Всегда. Вы единое целое.

— Что меня ждёт? — спросил поражённый Риз. — Меня, как дракона?

Кардар улыбнулся.

— Первую ступень ты прошёл. — он довольно покивал. — Теперь ты уже не только защитник, но и спаситель.

— А что дальше? — торопился узнать свою судьбу юноша.

— Дальше зависит только от тебя. — Хозяин Льдов помрачнел. — Из меня вышел плохой Хранитель. Я почти сразу стал мудрецом и поэтому им и умру. А ты мне в этом поможешь.

— Я? — молодой дракон поразился. — Но я не хочу тебя убивать.

— Послушай. — Кардар неожиданно схватил его за плечи, и тряхнув, словно будя, убеждённо произнёс. — Ты сможешь стать не только мудрецом, но и тем, кем до тебя мог бы стать только один из людей.

— И кто же он? — с замиранием сердца, с круглыми глазами от близости к разгадке великой тайны, спросил Риз.

— Азаар.

*

Шестеро Ушедших стояло напротив Хозяина Льдов. Все уже знали, что должно произойти. Мужество человека, добровольно расстающегося с жизнью ради других, всегда вызывает уважение. Хотя для Хранителя это могло быть освобождением от мук памяти, вечного кошмара воспоминаний и раскаяния. Две тысячи лет надеяться на приход своего убийцы, благословить его и радоваться тому, что несмотря на всю тяжесть многовекового гнёта, смог дождаться того, кому смело мог передать свою Силу.

— Держи. — Кардар протянул Саффи посох боевого мага — тяжёлое древко, увенчанное круглым металлическим набалдашником, из которого выходило длинное и острое, светящееся каменное жало. — После отдашь ему. — он указал на Гамалу. — Оно когда-то принадлежало Азаару. Пусть будет моим прощальным подарком. Пригодиться. А давайте, — Хранитель подмигнул своим убийцам — его будто осенило, — я каждому сделаю небольшой подарок. Маленькое предсказание.

Он присел возле Ворона и что-то прошептал ему. Глаза чёрной птицы вспыхнули, обрадованно, но недоверчиво. Кардар сделал знак, что будет так, как сказано. Карган поклонился, благодаря и протянул левое крыло, с чувством пожатое предсказателем.

Глаза Роксаны наполнились слезами после услышанного, но судя по умильной мордочке, она осталась весьма довольна.

— Тебе, достойная женщина, ничего предсказывать не стану. — он обратился к Цере. — Судьба не властна над тобой. Любой твой выбор будет верен — главное — сама в это верь. Что до тебя, прекрасная воительница, ты получишь, что желаешь, и даже то, что не надеешься и отчаялась заполучить. Теперь ты. — Кардар ткнул пальцем в грудь Риза. — Сейчас я отдам тебе всё, что я знаю. Тебе придётся тяжело с этим грузом, но ты справишься.

Он с силой прижался лбом ко лбу юноши, простояв так пару минут. Лицо Риза помрачнело — видимо то, что открыл Хранитель, было важным, но нелёгким знанием.

— Ну, вроде всё. Приступим? Бери у сестры посох.

Юноша хмуро принял из рук Саффи увесистое орудие, способное убивать могучего монстра, на счету которого уже имелось не меньше шести жертв.

— Успей нанести удар до того, как я полностью выпущу дракона, иначе мне трудно будет удержать его.

Тело Кардара медленно начало скрываться за белой, матовой пеленой, в которой постепенно вырисовывались очертания громадного дракона, заполнявшее всё пространство высокого зала пещеры. Каменный наконечник посоха светил ярким, нестерпимым для глаз, светом.

Юноша двумя руками крепко сжал древко, и поднеся его к груди основы, остановился. Он не хотел убивать, пусть из жалости, пусть из-за необходимости, даже ради собственного спасения не хотел.

— Ну же. — прорычал, уже едва видимый Кардар. — Мне не удержать его долго.

Риз зажмурился, но так и не смог преодолеть, кажущееся ничтожным, расстояние. За него это сделала Саффи. Она с силой толкнула брата в плечо, и светящийся наконечник исчез где-то в глубине, уже почти совсем проявившегося чудовища. Раздался противный, чавкающий звук, и громадное, белое облако, с гудением, вихрем закружилось вокруг посоха, вжимаясь обратно в тело Кардара.

Через минуту всё было кончено. Голубое облако окружило юношу, сливаясь с ним в единое целое, проникая в него и признавая своей основой. Обессиленный маг упал на колени — его колотил озноб.

— Риз, надо уходить. — сурово произнесла сестра. — Мужайся.

Она вместе с Церой помогла ему подняться и торопливо потащила к выходу, начинавшей негодовать, пещеры, хозяина и властелина которой они убили. Им едва удалось выскочить наружу, как за ними, сбрасывая с потолка ледяные глыбы, рушился свод, погребая под собой того, кто жил здесь более двух тысяч лет.

Глава 8. Да пребудет с нами Сила

Добраться до дома Герва-ха-Во оказалось задачей не из лёгких. Сразу по выходу из борделя, Гелерд нарвался на патруль, что впрочем, не было чем-то из ряда вон выходящим, если бы не одно но — патруль состоял из императорских гвардейцев. Они крайне редко появлялись на улицах города — просто незачем. Всё что им требовалось, находилось в пределах ограды императорского дворца. Казармы, с тренировочными площадками. Кабак, с первоклассной едой и хорошими винами. Собственный, укомплектованный зачастую из надоевших или провинившихся наложниц Императора, бордель. Выход наружу означал или войну, или чрезвычайное событие. Судя по тому, сколько их было на улицах, случилось и то и другое.

Гелерд рискнул пройти рядом со своим домом — на пороге стояло двое в красном облачении. По всей видимости, евнухи всё-таки рискнули обыскать его жилище и даже стражу приставили для порядка. Маварон уже должен был известить и главного евнуха, и Совет о том, что мятежный маг, решивший осуществить немыслимое, арестован, и в ближайшее время будет доставлен в Башню Магов, для предания суду, который неминуемо приведёт его на костёр.

Он задумался — Маварон наверняка знал, где проведёт ночь главный заговорщик, но как раз там-то обыска и не было. Хитрый интриган всё просчитал — дал ему насладиться Гюльзар и обеспечил ночной покой, в надежде в будущем напомнить Великому Магистру об этой маленькой услуге. Ерунда, Гелерд сможет позволить себе быть благодарным.

От его дома до дома Гервы почти целый квартал, буквально наполненный стражей, и Гелерду пришлось выбирать закоулки, а зачастую проходя прямо сквозь дома, чтобы добраться в нужное место, входя в дверь и выходя в окно с другой стороны. В одном ему немного не повезло — хозяин его заметил и попытался поднять шум. Маг убил его, а заодно и слугу-раба, оказавшегося свидетелем. Пришлось задержаться и прятать трупы.

Но вот и дом Герва-ха-Во — небольшое, двухэтажное здание, лишённое изысков, с налётом аскетичности — именно таким и должно быть жилище мага, тем более боевого. Из всей прислуги — один слуга, и тот не раб, а приходящий повар, и его жена-служанка, отвечающая за порядок и чистоту.

Но сегодня их тут нет. Внутри только семеро — двое близнецов — убийц и четверо незнакомых магу воинов, видимо, из доверенных людей Гервы. Всё в облачении гвардейцев. Сам хозяин дома, в дорогом халате, под которым скрыт лёгкий, кожаный доспех, и с орлом-тотемом на плече. Вид прикованного цепью к стене бассейро мага, с розовыми щеками и ожившими глазами, говорил, что Герва забрал всю накопленную в рабе энергию в себя, готовый к самым решительным действиям.