Константин Пылаев – Дева-воительница (страница 62)

— Мы готовы. — без приветствий и лишних разглагольствований отрапортовал хорошо знакомый с дисциплиной Герва-ха-Во. — Наши действия?

— Всё предельно просто. Он, — Гелерд указал на одного из близнецов, — должен отправиться с докладом к Императору. Пусть наденет шлем десятника. Скажет, что он твой личный посланник, и что заговор уже в самом дворце.

При последних словах боевой маг поморщился — Гелерд хотел связать его с собой мёртвым узлом. В случае провала уже не получиться выйти сухим из воды, свалив всё на него. Но что-либо менять времени недоставало, и придётся действовать по его плану.

— Хорошо. Но почему ты уверен, что его пустят к Императору.

— Ты напишешь письмо, в котором укажешь, что ввиду секретности главное устно расскажет сам посланник.

— Этим я подпишу себе смертный приговор. Если всё сорвётся, это…

— Так сделай, чтоб не сорвалось! — рявкнул Гелерд. — Или ты думаешь, что без риска сможешь добиться своей цели? Войско Император тебе не даст. Его могу дать тебе только я. — он с презрением глянул на Герву. — Не разочаровывай меня. Всё решено — отступать некуда.

Хозяин дома скрипнул зубами, но кивнул в знак согласия. Не ему, солдафону, тягаться в интригах с таким, как Гелерд — это более подходит для Маварона или Золаритара — пусть же с ними и бодается. Он же, получит своё войско и уйдёт подальше от этих лживых и продажных тварей, называющих себя магами. Отправиться на Север, разгромит варваров или объединиться с ними, ему всё равно, и устремиться туда, где по рассказам матери, сокрыто то, что и может быть единственной наградой за ту подлость, которую он собирается совершить.

— Хорошо. — вновь сказал Герва-ха-Во. — Я напишу письмо, а ты проверь — всё ли в порядке с моими людьми, не забыли ли мы чего.

Он подошёл к шкафу, достал пустой лист, письменные принадлежности и расположился за столом. Пока Гелерд осматривал его людей, будущий полководец Империи скрипел пером. В этом скрипе слышалось и мерная, многотысячная поступь непобедимого воинства, ведущая к славной победе, и треск поленьев костра, на котором его сожгут, в случае провала.

— Готово. — он скрутил и запечатал своей печатью свиток. — Что у тебя?

— Всё в порядке. Единственное, — главный заговорщик поморщился, — как я раньше говорил, но ты меня прослушал, надо заменить стальной клинок идущего к Императору на деревянный.

— Ты неправ. — Герва-ха-Во усмехнулся. Хоть в чём-то он оказался прозорливее своего командира. — Покажите.

Оба близнеца одновременно выхватили из левого рукава небольшие, размером с кинжал, заострённые, дубовые щепы, слегка обожжённые на концах.

— Всё равно заставят оставить оружие при входе. А дубовую палку ни один евнух не учует.

— Умно. — согласился Гелерд. — Тогда можно отправляться.

— Подожди. Как мы узнаем, что Император мёртв? Смерть одного Золаритара ничего не изменит — гвардейцы зарежут нас, стоит только нам достать оружие. Вначале должен умереть Император.

— Умрёт. — заверил его будущий Великий Магистр. — Ты это увидишь и услышишь.

Недаром же он, после знаменательного разговора с Мавароном, изучал в библиотеке Гильдии всё, что смог найти из записок и трудов Ульриха. Конечно же после его смерти, Император или его евнухи постарались изъять все документы, связанные с появлением властителя. Но и обрывочных сведений ему хватило, чтобы понять — Император всего лишь мелкий маг — магусаи, наученный брать клятву и ни на что более неспособный, поддерживая своё бессмертие за счёт жизни жён, ещё и накапливающих для него энергию. Ульрих, единственный, кто мог делать из женщины бассейро, видимо, научил этому своего ставленника, взяв с него клятву верности, запечатав её в пустую бутылку.

— У тебя есть план? — заглядывая в глаза спросил Герва-ха-Во. — Может, всё-таки поделишься? Не хотелось бы неожиданностей.

— Сможешь создать купол и держать его до сигнала?

— Думаю, с полчаса.

— Маловато. — Гелерд цокнул зубом. — Ладно, придётся самому.

Он расшнуровал накидку и вытащил из-за пояса плоскую стеклянную бутыль, с красной жидкостью и залпом выпил её содержимое. Алкоголь мгновенно ударил в мозг, но маг усилием воли сумел прогнать опьянение, оставив себе лишь энергию, содержавшуюся в самогоне.

— Ну что ж, вперёд. Да пребудет с нами Сила.

— Постарайся проникнуть в гарем и убить хотя бы одну из жён Императора, а лучше несколько. — напутствовал Гелерд убийцу в шлеме десятника, когда маленький отряд покинул дом Герва-ха-Во. — Нам нужен сигнал.

*

— Гамала, якорный канат мне на завтрак, вставай.

Вчера они нашли оставленную шесть дней назад, волокушу, точнее сделанную из неё метку. Весь припас остался в целости, только сильно промёрз. Они очень торопились — еда подходила к концу, и обнаруженная метка была как нельзя кстати. Как признались Цера и однорукий проводник, они решили оставить закладку, не рассчитывая, что Гамала вернётся с ними.

Теперь у них появился шанс не только благополучно выбраться из диких снегов, но и не тратить время и силы на охоту в скудных на добычу местах. Прошёл почти месяц с начала их путешествия — в запасе ещё два. Но учитывая, что им требовалось придумать, как преодолеть океан, то становилось понятным, что времени в обрез.

Цера нещадно мотала проводника, схватив его за грудки, словно желая вытрясти из него сущность. Бедолага был не в состоянии спросонок и ввиду вчерашней усталости оказать достойное сопротивление. Собственно, они все вчера настолько выбились из сил, что было совершенно непонятно, как женщина могла позволить себе тратить их уже с самого утра. Что-то похожее на проклятья пробурчали недовольные Саффи с Ризом, хоть и понимавшие необходимость вставать, всё же отчаянно пытались оттянуть до последнего момент пробуждения.

Гамала сел, показывая этим, что уже не спит. Глаза не хотели открываться, остатки сновидений не желали уступать место действительности. Он с силой надавил ладонями на веки, приводя их к бодрости. Яркая вспышка на целое мгновение лишила его возможности видеть, но как только она погасла, шаман разглядел обомлевшее от удивления лицо взъерошенной Церы.

— Что случилось? — за него недовольно спросила дева-воительница. — Чё орём?

— Что случилось? Ты ещё спрашиваешь? — переживаниям женщины не было предела. — Это нормально?

— А что такое? — начиная переживать, спросил сам Гамала. — Что я сделал не так?

Цера обомлев, трясла головой.

— Дай мне руку. — потребовала она.

— На. — шаман протянул ей руку.

— Теперь другую.

— Пожалуйста. — всё ещё не догадываясь, что происходит, удовлетворил её просьбу Идущий Свидетелем.

— Ну? — уже кричала Цера.

— Зар и Зара. — выругалась Саффи. — Это что ж?

— Как ты там сказала? — произнёс оторопевший Риз. — Что там у нас на завтрак?

— Козью шкуру тебе на лысую башку, Гамала. — в глазах суровой воительницы выступили слёзы. — Твоя рука.

Бывший главный шаман не понимая, осмотрел свои руки. До него не сразу дошло, что их снова стало две. Он тряхнул головой, и не веря увиденному, принялся ощупывать правую, которую считал потерянной, руку.

— Она. — Гамала коротко рассмеялся. — Она выросла. — он глупо оглядел всю палатку. Все, включая Ворона и Роксану выглядели не умнее. — Как это? — заикаясь, спрашивал неизвестно кого, счастливчик. — Ой. — на мякоти большого пальца остались следы от его зубов. — Больно.

От чего-то последнее всех безумно развеселило. Впервые, за долгое время, они смогли так беззаботно и по-детски радостно предаться веселью. Им было наплевать на усталость, на предстоящий тяжёлый путь, опасности и лишения — они смеялись так, что завывающий за пределами палатки, ветер, внезапно стих, удивляясь наглости и беспечности существ, тративших силы на пустое развлечение.

Видимо, это его сильно разозлило, и желая прекратить возмутительную забаву, в качестве наказания принёс звук, заставивший умолкнуть бесстыжую компанию. В десятке шагов от убежища, леденя кровь в жилах и напоминая о пережитых недавних событиях, прозвучал страшный медвежий рык.

Но ветер был мало знаком с теми, кого он пытался запугать. Им достало мгновения, чтобы дружно выскочить из палатки, уже готовых к бою. Напротив них, точь-в-точь похожий на встреченного ими неделю назад, стоял белый медведь. Безжалостный хищник, с горящими от ненависти глазами, угрожающе разбрасывал вокруг себя снег, не решаясь напасть. Сразу шесть противников, на этот раз готовых к схватке — это много даже для такого могучего зверя. Маг, готовящий огненный шар, Саффи, с мечом на изготовке, Гамала, с боевым посохом наперевес, Цера, с двумя топорами сразу, рычащая Роксана и Ворон, грозно расправивший крылья, были для него опасным противником, с которым ему лучше не связываться. Но природный гонор не позволял просто так отступить. Он готовился напасть, как вдруг, из цепи врагов вышел один, щуплый на вид, с огнём в руках. Монстр помнил его — причинившего невероятную, никогда испытываемую ранее боль.

— Уходи. — сказал он. — Мы квиты.

Чудовище в ответ прорычало, раскрыв огромную пасть и брызжа слюной.

— Уходи. — тихо, но не менее грозно настаивал маг.

— Ты думаешь, что это тот самый. — спросила Саффи, когда медведь, развернувшись к ним задом, грузно направился прочь, в снежную пустошь.

— Да. — подтвердил Риз. — На седьмой день, с первыми лучами солнца. — повторил он слова Кардара. — Дикие снега возвращают всё что забрали. — юноша усмехнулся. — Эй, Цера, что же всё-таки у нас на завтрак? Жарь — я голоден.