Константин Пылаев – Дева-воительница (страница 48)

Отряд степенно пересёк становище, которое ничем внешне не выдавало своего отношения к путешественникам. Но поглядывавший украдкой Риз отметил, что многие из числа стариков, и особенно женщины, исподволь, с оглядкой повторяли жест Лары им вслед, желая Уходящим удачи.

*

— Куда мы теперь? — поинтересовался за всех Риз.

— Здесь, в двух днях пути есть одно место. — Цера поглядела на ехавшего неподалёку, Гамалу. — Я же могу им сказать?

Шаман пожал плечами.

— Тебе решать. — он отвернул в сторону, чтобы не слышать разговор, и не смущать своим присутствием Церу. — Но если ты считаешь, что им можно довериться… — речь, похоже, шла о тайне, которую не следовало открывать чужакам.

Женщина ухмыльнулась — усатый пройдоха свалил всю ответственность на неё. И теперь, в случае — чего, мог обвинить её в предательстве.

— Так что это за место? — спросила Саффи.

Девушка скучала. Она второй день пыталась приноровиться к своему скакуну и заставить его хоть немного гарцевать или пуститься галопом, но из этого ничего не выходило — мохнатая лошадка отказывалась понимать, что от неё требовалось и понуро брела, опустив косматую голову. Способность этих неторопливых животных много и главное — долго нести на себе кучу разного барахла, к числу достоинств ею отнесены не были, поскольку привыкла обходиться малым, таща его на себе, а передвигаться столь же быстро, как боевой конь дева-воительница не могла.

— Место? А знаете, что, детки. — Цера хитро поглядела на отдалившегося Гамалу. — А поезжайте-ка вы на полшага вперёд меня.

— Зачем? — сдвинул брови не сообразивший Риз.

— Как зачем? — понуждая свою лошадь ускориться, догадалась Саффи. — Тогда это мы сами приедем в нужное место.

— Слёзы Памяти? — воскликнул поражённый коварством Церы, Риз. — Но их же можно обмануть. Вы им верите?

— Ты плохо знаешь наших шаманов. — с видом человека знающего, что говорит, ответила женщина. — Их не обманет даже Хозяин Льдов, поскольку он же их и дал.

*

— Какая здоровая лодка! — раскрыв в изумлении рот, выдохнула дева-воительница. — Ты такие видел?

Хаяки — народ моря, малочисленный, но крепкий, славился не воинскими подвигами, а храбростью мужей, способных одолеть стихию открытой воды. Прирождённые моряки, они были и превосходными корабельщиками. Любой хаяк мог построить себе приличных размеров лодку, но то, что путники увидели, мог построить только весь народ.

— Это называется корабль. — Риз с не меньшим восторгом рассматривал гигантских размеров сооружение, длиной никак не меньше тридцати ярдов и высотой с хороший дом.

Длинные, изогнутые доски бортов, подогнанные друг к другу так, что меж них и нож просунуть не вышло бы, вызывали уважение к мастерам, способных создать подобное. Невероятно большое количество канатов, верёвок и всяких приспособлений, путало воображение, заставляя теряться в догадках, о их назначении.

В довершении из него торчали две палки, с перекрестьем ближе кверху. К поперечинам было привязано грязно-белого цвета, полотно.

— А тряпки-то на что? — допытывалась у брата любознательная Саффи.

— А ещё нас называет дикарями. — ухмыляясь бросила Цера, обернувшись к шаману. — Ну и кто тут варвар?

Невозмутимый Гамала промолчал, но по его лицу скользнула тень пренебрежительного высокомерия — дева-воительница сейчас меньше всего походила на королеву. Глупая маленькая девочка — вот кем она была в данную минуту.

— Это, наверное, парус. — предположил Риз, знакомый с мореходством только по книгам и рассказам отца. — Корабль под ним плывёт. По ветру.

— Я что, дурочка? Как это по ветру? — возмутилась Саффи. — Чтоб плыть нужны вёсла, а я что-то их не вижу. — и тут до неё дошло. — А, это магия, да?

— Здравствуй, Цера. — получить ответ на свой вопрос девушка не успела. Коренастый, среднего роста мужчина, в кожаной куртке и плотных полотняных штанах, снисходительно ухмылялся, поглядывая на девушку, протягивал для рукопожатия мозолистую ладонь женщине-воину. — Мне сказали ты здесь. Вот решил убедиться. Что привело тебя сюда и кто эти ротозеи?

— Здравствуй и ты, Багосар. — их ладони с хлопком встретились, а плечи столкнулись. — Помощь твоя нужна. Когда уходишь в море?

В какой-то момент Риз перестал её видеть. Будто она перешагнула черту видимого и невидимого.

— Саффи. — робко позвал он. Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем он услышал долгожданный ответ.

Девочка спускалась вниз. Её этому не учили в казарме у Грэя, но тело само знало, как себя вести. Канат кончился, а дна по-прежнему не было видно. Ступенькой уложив его между ступней, она исхитрилась распустить верёвку, которой обмоталась, входя в Каишт. Привязав конец к последней ступени, она продолжила спуск. Тут её настиг голос брата, звавшего её. Расстояние вряд ли превышало двадцать ярдов, но его голос звучал, будто он находился очень далеко.

— Здесь темно и плохо видно! — изо всех сил прокричала девочка. Ответ пришёл не сразу.

— Я тебе брошу свет.

Риз сделал замысловатый жест, словно ловил солнечный луч, и небольшой яркий шарик белого света упал в пропасть. Пролетев десяток шагов, он, словно ударившись о твёрдую поверхность, раскололся, рассыпавшись на сотни искр.

Яркая вспышка на миг победила мрак. Саффи успела увидеть, что конец верёвки не достаёт каких-то двух ярдов до дна и смело продолжила спускаться. Прыгать в темноте, пусть и зная, что высота невелика, было страшно, но девочка отпустила верёвку.

Она взвизгнула, тут же приземлившись, и стала осматриваться. Глаза постепенно привыкали к темноте — где-то впереди маячил тусклый свет — похоже, выход из ущелья. Сверху, с запозданием прилетел голос, звавший её по имени.

— Риз, я в порядке. Кинь ещё. — и она замерла в ожидании.

Прошло с полминуты — всё вокруг снова осветилось ненадолго, но Саффи была к этому готова. Ей хватило этого мгновенья, чтобы оглядеться — Роксаны не было.

— Её здесь нет. — проорала она брату. — Я иду за ней. — и двинулась туда, где тускло брезжил свет.

Глаза постепенно привыкли к мраку, и идти стало проще. Саффи, согласно воинской выучке вынула меч и на всякий случай привязала рукоять к ладошке ремешком, боясь в случае падения потерять его в темноте.

В спину кто-то посмотрел — Саффи это почувствовала. Взгляд был недобрым — девочка напряглась, ожидая нападения неведомого врага. Прислушалась, тихий шорох выдал начало атаки — девочка бросилась на землю, откатываясь в сторону, успев мельком заметить тёмную тень зверя, промелькнувшую над ней. Теперь враг преграждал ей путь к свету и отступить можно только во тьму, где противник имел гораздо больше шансов на успех.

Сердце Саффи стучало так сильно, что мешало дышать. Видят древние боги, страха она не испытывала, ну может лишь каплю, требовавшую сохранить, по возможности, жизнь. Из головы ушли все мысли, кроме одной — победить в схватке.

Камень у стены ожил и бросился на неё — хитро, низом, мешая встретить широким замахом, целя в ноги. Саффи, сама того не ожидая подпрыгнула, пропуская противника под собой, но лишаясь возможности ударить в ответ.

Они поменялись местами — теперь девочка снова не могла видеть врага, таившегося во тьме, оставалась одна надежда на слух. Она замерла. Резкий шаг назад и снова застыть. Саффи закрыла глаза, перестроив восприятие. Теперь уши стали важнее глаз. Снова резкий отскок в сторону выхода из ущелья, ближе к свету. Ещё один.

Страшный оскал перед лицом — она еле успела выставить, защищаясь, меч перед собой, перехватив левой рукой лезвие, и отлетела назад, сильно приложившись о камни. Если бы не шлем и уложенные под ним волосы, она скорей всего потеряла сознание. Превозмогая боль, девочка вскочила — теперь она снова могла увидеть нападающего врага, который от чего-то не спешил.

Саффи вгляделась — перед ней лежали три камня — три возможных противника, от каждого из которых, следовало ожидать удара. Она отставила правую ногу назад. Сгребла сапогом пыль, песок и мелкие камушки и резко пнула всё это в сторону предполагаемого неприятеля. Правый камень ожил, отряхаясь и поняв, что обнаружен рванул с места, без затей, явно целя ей в горло.

Девочка была к этому готова. Двумя руками, из защитной стойки, как и учили, с уходом в сторону, она рубанула сильно и с оттягом. Жаль удар не вышел — помешал ремешок, связавший руку и рукоять. Но врага она достала — меч плашмя ударил по передним лапам, опрокидывая его на стену. Саффи слышала, как зверь, несколько раз перевернувшись после падения, заскулил.

Она воспользовалась моментом и опрометью кинулась к свету. Однако, девочка и не собиралась убегать, понимая всю бесполезность этого — ей всего лишь требовалось больше света, чтобы её шансы возросли. Пробежав с дюжину шагов, она резко обернулась, нарисовав, на всякий случай, восьмёрку мечом.

Теперь она хотя бы могла видеть в паре шагов от себя — уже что-то. Саффи устала — короткий бой с невидимым врагом вымотал её больше, чем дневной переход в полной амуниции, с мешком за плечами. Она взялась за меч двумя руками.

Тот, кто хотел её смерти, больше и не думал прятаться. Скулёж сменился тихим, утробным рычанием. Саффи отчётливо слышала, как неторопливо, медленно переставляя лапы, к ней из темноты приближался неведомый хищник.

Словно из небытия показался чёрный нос, затем страшная, оскалившаяся волчья пасть, с капающей слюной, следом морда, с горящими ненавистью и жаждой убийства глазами. Перед Саффи, в двух шагах стоял лютый зверь, убить которого она не могла.