Константин Пылаев – Дева-воительница (страница 42)

— Хозяин Льда!

Глава 3. Смирить гордыню

Гелерд открыл глаза. Девушки рядом не было, и в самой комнате произошли какие-то изменения. Это сильно напрягло мага. В углу, там, где свет, проникая сквозь плотную ткань, прикрывающую окно, терял силы, спиной к нему, накрытый капюшоном, стоял высокий, тощий человек. Что-то смутно знакомое угадывалось в его силуэте, но спросонья он не признал посетителя.

Тень обернулась к нему, сбрасывая капюшон на плечи.

— Мы думали, что потеряли вас. — Гелерд сразу признал голос — у него в гостях был Маварон. — Да уж, наделали вы шума. Хотите вина?

Вот меньше всего он сейчас желал заниматься интригами. Недавняя близость с Гюльзар, расслабив его, укутала покрывалом лени, из-под которого не хотелось вылезать.

Потеряли они его. Сколько прошло — два, три дня? Уж кто-кто, а уж эта лиса, не обнаружив его дома, тут же прискакал бы сюда. Наверняка выжидал, что предпримет Золаритар. А раз он здесь, значит… Да ничего это не значит.

— Мне обязательно надо говорить, что я рад тебя видеть. — с оттенком усталости, спросил Гелерд. — Не хочется врать.

Маварон рассмеялся. Он нисколько не обиделся, прекрасно понимая, что отвлёк болезного от занятий более приятных, нежели встреча заговорщиков. Сам он бросил бы все увеселения, еду и прочие прелести жизни, ради Большой Игры, но, будучи человеком от природы умным, имел представление, что у всех есть свои влечения. Другой на его месте, вероятно, разочаровался таким предводителем, больше интересующимся красивой шлюхой, нежели судьбой и делами Империи. Только не Маварон. Наличие пристрастий — это слабость, а слабость можно использовать для новой Игры.

Вооружившись двумя стеклянными бокалами, с серебряным кантом и бутылкой, он степенно подсел на постель к больному. Гелерд потянулся взять предназначающийся ему бокал, как рука его замерла — из рукава посетителя на него глядели, не моргая два круглых глаза. Неприятный холодок пробежал по спине. Вдобавок выскочил с противным шипением раздвоенный на конце язык, отчего стало совсем мерзко. Чёрная кобра, кольцом обернувшись вокруг запястья, шикнула и исчезла обратно в рукаве, скользя под складками плаща.

Гелерд знал — свой тотем тощий маг частенько прятал в глубине одежды, что для него, своего тотема не имевшего, могло представлять опасность. Маварон, по всей видимости, решил устроить бывшему боевому магу то же самое, что и он устроил Золаритару, убив у него на глазах троих бойцов — то есть напугать. Но ничего из этого не вышло — Гелерд спокойно забрал протянутый бокал и дождался, пока его собутыльник наполнит его.

— У — у, прекрасно. — Маварон едва пригубил. — Здешний хозяин наверняка хорошо знает твои предпочтения. — он снова прикоснулся к бокалу. — Массальское.

Гелерд машинально, по старой привычке прислушался к вину — ни яда, ни следов магии не присутствовало. От Маварона его действия не укрылись. Он улыбнулся.

— Полно, друг мой. Травить тебя уже не имеет смысла. К тебе теперь имеет смысл примыкать. Золаритар и так всё знает, а домысливает ещё больше. Истерит, никому не верит и, похоже, страшно боится. Он и так всегда был трусоват и подозрителен, а уж после того, как ты устроил своё представление… Это было великолепно. На всех твой бой произвёл сильное впечатление. Единственное, что плохо — наш друг со вчерашнего дня в бешенстве. Император отменил поход на Север, заподозрив неладное в Совете, и он остался без войска. И всё из-за тебя.

— А может оно и к лучшему? — начинал включаться Гелерд. — В этом случае его связь с нами только окрепнет — ведь оно ему нужно и дать его можем теперь только мы. Я прав?

Похоже, он мог видеть извлекать пользу, и из самых плохих обстоятельств. Маварон лишний раз убедился, что изначально недооценил своего вождя. Но это лишь придавало Игре больше остроты, усиливая её притягательность. Он сохранит Гелерду жизнь сейчас, а может и в дальнейшем — роль второго мага в Совете его вполне устраивала.

— Я узнал, как ты и просил. — допив вино, Маварон встал с постели и поставил бутыль и бокал на стол. — Младенцев родилось трое, но один умер при рождении. Так что отсюда опасности не будет. К тому же, Герва действительно рвётся на Север и к варварам. Мне нестерпимо хочется знать, что такого там есть, что он готов отказаться от места в Совете. А что до войска — когда наши друзья станут историей, мы выполним своё обещание и пусть он свернёт себе шею.

— Что остальные?

— Сдаётся, стоит тебе поманить их пальцем, и эти псы сбегутся к твоей постели, предлагая тебе место Великого Магистра — настолько они запуганы.

— Чтоб тут же заняться интригами в пользу Золаритара. — Гелерд пронзительно глянул на собеседника. — Как и ты. Без обид.

Маварон нисколько не смутился.

— Я готов стоять возле трона. Залезать на этот стульчак не имею ни малейшего желания. При Золаритаре я был почти никто — при тебе я второй. Думай сам.

Гелерд медленно запрокинул голову, вливая в горло остатки массальского, обдумывая всё за сегодня услышанное, и погружённый в свои мысли даже не почувствовал вкуса любимого напитка.

— У меня будет просьба к тебе. — маг в раздражении от потери удовольствия поставил бокал на пол. — Найди Лотоса. Заставь его навестить меня в ближайшее время.

Он одними глазами оглядел комнату, ища исчезнувшую девушку, хотя знал — её здесь быть не могло. Нет, с этим необходимо что-то делать — первый маг Империи не может быть рабом женских глаз, пусть и самых прекрасных на свете.

— Когда я сюда вошёл, тут никого не было. — догадался о его мыслях Маварон. — А сейчас, мне кажется, она стоит за пологом и подслушивает нас. Да, Гюльзар? Войди, раз ты уже здесь.

Ткань откинулась, и в комнату робко вошла девушка. Гелерда, где-то глубоко внутри, кольнуло давно позабытой болью. Он хотел взглянуть ей в глаза, но её голова была опущена, а лицо укрыто свивающимися волосами.

— Я, пожалуй, оставлю вас наедине. — пройдя к столику, Маварон выложил на него увесистый мешочек. — Воркуйте.

Он накинул капюшон, позволивший скрыть довольную улыбку и подобно своему тотему почти бесшумно выскользнул из комнаты.

— Ты подслушивала? — дав время Маварону выйти из борделя, спросил Гелерд. — Отвечай. Только правду.

Сжавшаяся девушка несколько раз быстро кивнула, всё так же не поднимая головы. Сердце мага ёкнуло и провалилось в бездну. Внутри всё заледенело, все мысли, вихрем закружив голову, покинули её, оставив лишь одно.

— Зачем? — голос мага был спокоен, но сам Гелерд не узнавал его — холодный мрамор пола в зале Совета был теплее. Словно сорвав коросту этим вопросом, вырвалось гноем, казалось бы, невозможное. — Кому ты доносишь?

— Господин! — девушка вскинулась. Обида от несправедливого упрёка победила страх. — Господин. Я просто боялась войти. — она бросилась к кровати и обняла его ноги. — Он очень плохой и коварный человек. Пожалуйста, берегись его.

Оттаявшее сердце отдало холод рассудку. Маварон коварен? А то он не знал. Скользкая змея нарочно подстроил это, в надежде, что разочарованный Гелерд станет больше доверять ему.

— А я, по-твоему, хороший? — с оттенком печали осведомился маг у девушки. — Ответь как есть.

— Ты добр ко мне. — она, стоя на коленях, сжала его пальцы в кулак и поднесла к своему лбу. — Ты сделал то, о чём я просила. Я очень тебя… — Гюльзар запнулась, — тебе благодарна, господин.

— Иди ко мне, девочка моя. — он притянул её к себе для поцелуя. — Я тебе верю.

Нежно поцеловал ей лоб, прижимая девушку. Гюльзар ответила тут же, сполна отдаривая за нежность и доверие. Гелерд отдался на милость чувств — червячок сомнений, подсунутый Мавароном, был раздавлен грубым, солдатским сапогом.

*

Над полем повисла, никем не нарушаемая, тишина. Сама природа, с её многоголосьем, казалось, замерла в испуге. Лишь сменившийся с восточного на северный, ветер, порывисто, скользя меж копий варваров, задевая и пробуя их остроту своим телом, пел гимн тем, кто отважиться бросить вызов невозможному.

Саффи не шелохнулась. На её лице застыла маска невозмутимости. Готовая к любым испытаниям, способная вынести любые трудности по пути к цели, она хладнокровно встретила предложение Церы, отправится к неведомому, чужому богу, нисколько не сомневаясь, что и от него сумеет добиться своего.

Риз, уже махнувший рукой на все сумасбродства, совершаемые его любимой сестрой, всё же слегка опешил, услышав про ещё большее безумство, чем всё ранее совершённые ею. Его глаза округлились, но стоило ему мельком посмотреть на Саффи, и он сразу стал прикидывать, что им потребуется в походе.

Роксана, непочтительно нарушая торжественность, демонстративно чесала ухо. Ворон с безмятежностью, словно он ходил в гости к богам каждую неделю, рассматривал свой протез. Они все понемногу становились фаталистами.

— Кто пойдёт с ней, чтобы подтвердить благословение Хозяина Льдов? — первым пришёл в себя Логар.

— Я! — Риз сделал шаг вперёд. Следом, медленно, по одной переставляя лапы, встала рядом Роксана. Ворон, вперевалочку подойдя к волчице, и положив крыло ей на спину, вальяжно облокотился на неё.

— Хорошо. — сказал Логар. — Но ты не годишься в свидетели, как и твои спутники. Кто из вас, кроберги отправиться во льды?

— Я пойду. — Цера встала рядом с Ризом. — Им нужен проводник. — она слегка наклонилась к магу, шепнула: — Вы там без меня пропадёте.