Константин Пылаев – Дева-воительница (страница 23)

Риз скакал сразу за второй линией, но свою лепту внести всё же сумел — он поймал ветер, и с его помощью умудрился дошвырнуть два огненных шара до передовых всадников боевого мага. И пусть толку от этого вышел пшик, он хотя бы на несколько мгновений задержал противника, давая возможность преследователям сократить расстояние, но едва его конь доскакал до лагеря, погоня перестала его интересовать — куда более важным стала судьба сестры и друзей.

Риз спрыгнул с коня даже раньше, чем он остановился, и как итог — не удержался на ногах и нелепо упал. Но юноша тут же поднялся и бросился к стоявшей на коленях Саффи.

— Ты цела? — он ощупал голову и плечи сестры.

— Да, только… — она застонала — брат слишком сильно надавил, — рука, похоже, сломана. Может, ещё и рёбра.

— Дьявол. Ну потерпи, моя хорошая. — юноша вытащил клинок и аккуратно перерезал верёвки. — Сейчас всё поправим.

— Риз. — Саффи потёрлась головой о его щёку. — А я знала, что ты за мной вернёшься.

Маг нежно взял её лицо ладонями и поцеловал, сначала в нос, затем в лоб.

— Ну как я мог тебя бросить. — он пропустил её локоны между пальцев. — Я же тебе обещал, что никогда не брошу. Помнишь?

— Конечно. — прошептала она в ответ, и видя, что брат собирается заняться её рукой остановила его. — Наших вперёд освободи.

Риз не стал спорить и, несмотря на продолжавшуюся в нескольких шагах бойню, немедля бросился освобождать друзей. Вначале распутал волчицу, а следом и Ворона, не забыв оглядеть их на предмет повреждений. С Роксаной, если не считать побои, похоже, всё в порядке, чего нельзя было сказать о каргане. Тут требовался хороший ремонт, поскольку ещё до пленения крыло оставляло желать лучшего. Но им предстоит заниматься в Пражане, а Саффи требовалось помощь немедля.

Девушка, морщась, баюкала больную конечность. Нервное напряжение, в какой-то степени позволявшее забыть о сломанной руке, спало и коварная боль не замедлила вернуться. Саффи начинало потряхивать, словно она просидела несколько часов в холодном погребе. Несмотря на всю свою отвагу, она всё-таки оставалась маленькой девочкой, и ей очень хотелось расплакаться. Невольные слёзы потекли по щекам. Ломота в конечности и обида на то, что не пришлось поучаствовать в схватке и отомстить, отняли последние остатки мужества и она разрыдалась.

Роксана первой заметила происходившее с подругой, и дойдя до неё, ткнулась мордой в её плечо, что-то ласково прорычала и, лизнув в ухо, отёрлась о щёку. Подскочивший Риз, на ходу разогревавший для лечения руки, тут же захотел приняться за дело. Он несколько раз провёл ладонями вдоль предплечья, стряхнул, мгновенно и почти полностью снимая боль.

— Придётся скинуть рубаху. — Риз был в своей стихии. — Сквозь ткань тяжело сращивать кость. — и потянулся к её талии. — Давай помогу.

— Ну ты чё хоть? — сквозь слёзы остановила его Саффи, несколько успокаиваясь. — Кругом мужики. Нет уж, — она громко утёрлась рукавом, показывая язык ковылявшему к ним ворону, — сегодня больше не буду заголяться перед мужчинами. — и увидев растерянность брата, даже сумела выдавить из себя улыбку. — Лубок наложи и ладно. В городе вылечишь.

Пока маг занимался сестрой, спешившиеся всадники Пражана прикончили всех раненых, не считая нужным брать кого-либо в плен.

Саффи с жадностью смотрела на поле битвы, отмечая про себя, кого из мёртвых наёмников можно ободрать, дабы разжиться доспехом, взамен утраченного. Её не смущала ни кровь, ни грязь, пологая, что добыча есть добыча, и что кровь, как и грязь можно попросту смыть.

— Это и есть твоя сестра, мастер Риз? — островерхий шлем подошедшего к ним рослого воина украшал свисавший галун, выкрашенный в красный цвет. — Вроде говорили маленькая девочка, а я вижу, — он сдержанно усмехнулся, — тут целая невеста. Сколько у тебя сестёр, мастер Риз?

— Одна, Навэрэ, одна. Просто растёт быстро. — юноша уже зафиксировал сломанную руку двумя палочками, привязав их импровизированным бинтом, сделанным из, преднамеренно захваченного специально для этого в Пражане, куска чистой материи. — Кормлю, наверное, хорошо.

— Кто ещё кого кормит. — украдкой смахивая остатки слёз, буркнула Саффи. — Ты даже готовить не умеешь.

— А мне, — со смехом заметил Навэрэ, — говорили, что ты старший брат. Вижу — врут?

— Ну не совсем. Мы ещё сами не разобрались. — он потрепал Саффи волосы. — Да, родная?

— Ага. — язвительная натура вылезла наружу, пряча за собой стыд за слёзы. — По очереди, через день.

— Понятно. — улыбнулся воин. — Ну что, возвращаемся?

Риз помог сестре подняться. Первым делом она протянула здоровую руку командиру спасших её всадников.

— Спасибо, мастер Навэрэ. А то я уж думала — всё, хана. Ан нет, — она обернулась посмотреть на брата, — поживу ещё.

— Просто Навэрэ. — рукопожатие было крепким, как с равным. — Мастер — это сотник и выше.

— Всё равно спасибо. — она оглядела лагерь, выискивая нужное.

— Ты кого-то ищешь? — посмотрев в туже сторону, что и Саффи, сказал Навэрэ. — Они все мертвы. Только двоим удалось уйти. Наши вряд ли смогут догнать, — он досадливо поморщился, — надо было брать десяток легкой кавалерии. Ну ничего, за добавкой, думаю, не вернуться. Шестнадцать трупов — это больше половины, так ведь, мастер Риз?

Известие о неспособности догнать беглецов не расстроило девушку. Как раз наоборот — она видела на что способны конники Пражана. Если бы они догнали Перрола с сотоварищи — Ангусу не жить.

— А можно тогда мне, — она указала на одно из тел, валявшееся неподалёку, — доспех того дохляка. Думаю, мне будет впору. А то без бронника чувствую себя голой.

Навэрэ удивлённо посмотрел на неё, словно она пожелала запретного.

— Нет. Мы не берём подобного рода трофеи. — от него не укрылось, как досадливо поджала губки девушка. — А что до доспехов… Хоть у нас и не приветствуются женщины-воины, но думаю мастер Солет распорядится снарядить тебя должным образом, в знак нашей признательности к тому, что сделал для города твой брат.

— И что такого ты сделал, что нас сначала спасли, а потом одарят?

— Да самую малость. — вместо Риза ответил Навэрэ. — Спас нас от чумы.

*

Всего пять недель минуло с того дня, как Риз с компанией покинули гостеприимный Пражан. Ничего не предвещало беды — меры, предпринятые бурмистром, рекомендованные его недавним гостем, должны были обезопасить город от чумы. Специально был выстроен карантинный лагерь, где обученные люди исследовали каждого из пришедших с очередным караваном. Любой входивший, даже если покидал город на час, подвергался осмотру, невзирая на возраст и положение. Были недовольные, но после показательной порки на площади, ввиду собравшейся поглазеть толпы, особо возмущавшихся, желающих роптать поубавилось. Казалось, беда обойдёт стороной.

Но всё оказалось тщетно — чума одним днём захватила Пражан. То ли кто-то из стражи за взятку пропустил без досмотра, то ли ветер перенёс заразу через стену, но так или иначе она пришла. И тут же принялась убивать. За три первых дня умерло почти пятьдесят человек. Как когда-то Сагрн, Пражан замер в ужасе. Люди боялись выходить на улицу — и умирали взаперти. Тайком прячась, кутая лица в тряпочные маски, стараясь не попадаться другим горожанам навстречу, покупали еду. И тоже умирали, едва успевая её приготовить. Умирали молясь. Умирали, поминая умерших и плача над собственной участью. Смерть планомерно собирала жатву, никуда не торопясь, уверенная, что заберёт весь город.

Но чудеса иногда случаются. Пражан, не верящий в магию, никогда не имевший нарадового, был спасён благодаря волшебной микстуре, случайно забредшего сюда мальчишки-мага. Правда, и без личного подвига не обошлось. Бурмистр Солет, несмотря на то, что не был воином, тем не менее проявил недюжинное мужество перед лицом страшной опасности. Его самоотверженное поведение заставило жителей поверить в спасительное снадобье. Глава города, выпив всего несколько капель, бесстрашно входил в дома заболевших, уговаривая последовать его примеру. Иногда это получалось, иногда нет, но видя это всё больше и больше народу соглашалось подвергнуться воздействию магии. Пролютовав более трёх недель, и забрав с собой почти шесть сотен жизней, чума отступила.

К этому времени как раз подошло время выбирать нового бурмистра, но не появилось ни одного претендента занять эту должность — подвиг мастера Солета Пражан оценил выше любого проявления воинской доблести или умению извлекать прибыль. Авторитет старого бурмистра стал непререкаем.

И вот теперь два героя-спасителя сидели за одним столом, в присутствии верхушки города — дюжины богатейших купцов и двух командующих всадниками. Ризу совсем не хотелось здесь быть — требовалось заняться сломанной рукой сестры и протезом Ворона, а не выслушивать благодарности толстых торгашей, в которых несложно было угадать завистливые нотки к славе и усилившемуся влиянию мастера Солета. Но протокол требовал и Риз уступил, оставив сестру на попечение Роксаны. Почти час ушло на словоизлияния — каждый считал своим долгом долго и витиевато признаться в уважении к знаниям и умениям молодого мага. Хвала Азаару, что хоть вояки ограничились крепким рукопожатием. Вот оно было искренним.

Выслушав всех, сославшись на усталость и плохое самочувствие, Риз удрал. Пройдя коридором в просторную комнату, выделенную им хозяином дома для отдыха, он застал Саффи в большой бадье с горячей водой. После сна его сестра считала мытьё лучшим способом снять усталость.