Константин Мишин – Лабиринт. Дети тишины (страница 1)
Константин Мишин
Лабиринт. Дети тишины
Глава 1
Татьяна
В двадцать пятом веке человечество позабыло, что такое войны. После того, как климат планеты в начале двадцать второго столетия стал резко меняться, и южное полушарие практически полностью выгорело под действием палящего солнца и полным отсутствием дождей, почти всю территорию Северной Америки и часть Европы затопило, а северные регионы оказались скованы льдом. Началась великая миграция народов.
Населения было много, земель, пригодных для проживания – мало. И тогда началась самая кровопролитная война в новейшей истории мира – Третья Мировая. И это была борьба за выживание. Кровопролитие продолжалось 8 лет, Земля пропиталась кровью убитых и измученных. Некоторые страны в борьбе с врагами собирались использовать ядерное оружие, и только каким-то непонятным и чудесным образом они отказались от этой идеи. Наконец, когда сил воевать ни у кого уже не осталось, Координационный Совет (новый правительственный орган) выработал новую модель политического устройства мира. Под его управлением было создано единое государство – Тихая Гавань, на которой стали проживать представители всех наций, которые поклялись отныне жить друг с другом в мире и согласии. Территория современной Тихой Гавани простирается от бывшей Германии до Уральских Гор с запада на восток, и с южной части Скандинавского полуострова до границ той части Европы, которая некогда называлась Болгария. Государство состоит из пяти территорий – Озерный Край на Западе, Северная Земля, Восточный край, Центральный регион и Южный край.
В течение двадцати лет после окончания войны Тихая Гавань только становилась на ноги. Люди жили в крайней нищете, при этом отдавая все свои силы на возведение Нового Мира. Порой вспыхивали локальные конфликты, но полиция и армия жестко их подавляли. Шаг за шагом, люди научились жить в мире друг с другом. Отстраивались города, вновь началось технологическое развитие. Главным источником электроэнергии стал солнечный свет: на заброшенном южном полушарии, где царили зной и пекло, было построено огромное количество солнечных электростанций, вследствие чего недостатка в энергии никогда не было. Постепенно стали осваиваться новые технологии, наконец мечты писателей– фантастов конца двадцатого века о создании летающих машин были воплощены в жизнь к середине двадцать четвертого столетия.
К сожалению, пользование такими технологиями доступно далеко не всем. Как это обычно бывает, общество разделилось на классы. Нельзя, конечно, сказать, что беднейшие слои населения не могли себя прокормить, нет, на еду и одежду денег хватало, но не более того. Условия для проживания у бедняков также были не из лучших, но, если почитать сохранившиеся книги по истории, уровень жизни стал заметно лучше, хотя это еще с чем сравнить. Но, не смотря на все достижения, это был очень жестокий мир, в котором ценилась жизнь лишь богатых людей…
Я не знала своих родителей. Единственная вещь, которая мне от них досталась – маленький серебряный кулон в виде ключика, который я никогда не снимала, и даже спала с ним. Часто представляла себе своих родителей. Интересно, кем они были? Иногда в своих фантазиях я представляла их разбойниками, которые оставили меня, чтобы спасти, иногда они были знатными особами, которые обеднели и не могли меня содержать. Но это были всего лишь мечтания…
Все свое детство я провела в приюте, расположенном в 150 километрах от Москвы, в которую мы, однако, никогда не ездили. Там, мол, живут все богатые и знаменитые, люди из высшего общества – так говорили нам сиделки и няни – что нам, простым смертным, делать в этом городе. Приют располагался в довольно крупном провинциальном городке, однако жили в нем в основном бедняки. В приюте всегда было холодно и сыро, даже в жару. Многие дети заболевали тяжелыми болезнями – пневмонией, чахоткой, и быстро умирали. У нас был врач, но из-за отсутствия у приюта больших денег, лекарств всегда не хватало, да по большому счету нас никто и не хотел лечить. Помню, когда мне было пять лет, заболел мой друг – мальчик, которому в приюте дали имя Вова. Болел он больше месяца, часто лежал в бессознательном состоянии, а на последней неделе своей жизни он начал кашлять кровью. Я часто к нему приходила, сидела рядом с ним, и в моменты, когда он приходил в сознание всегда шутить. Но я не успела с ним попрощаться – когда я пришла навестить его в последний раз, его тело уже уносили прочь… Я долго плакала, но именно после его смерти я решила, что должна выжить любой ценой, и преодолеть все жизненные тягости.
Надо заметить, что большинство детей, отданных в приют, в будущем имели лишь одну дорогу – работать в увеселительных заведениях. У сирот не было выбора – нас просто распределяли по «рабочим местам», причем даже без возможности выбрать из нескольких предложенных вариантов. Из таких, как я, вырастали представители самой древней профессии, из нас делали цирковых фриков на потеху публике, ручных животных для богатеев, очень редко кому-то удавалось найти нормальную работу. Правда, самых крепких ребят (но таких было совсем немного) отбирали для работы на шахтах или на производстве. Популярностью пользовались как девушки, так и юноши. Поэтому с нами никто и никогда не церемонился, за все свое время в приюте я не слушала от воспитателей ни одного доброго слова. Да и от кого можно было это услышать? За нами присматривали недружелюбные и измотанные жизнью нянечки, в основном чернокожие. Главным проявлением их эмоций был или подзатыльник, или пинок, или грубое словцо в отношении каким-либо образом провинившегося воспитанника. Хотя теперь я понимаю, что наши няни просто боялись к нам привязываться и демонстрировать свою доброту, чтобы заранее подготовить нас к тому, что могла преподнести нам взрослая жизнь. И теперь я даже благодарна им за такое отношение к себе, ведь именно отчасти благодаря им я воспитала в себе мужество и стойкость. Если бы с самого детства мне не были бы привиты навыки выживания в суровых условиях (мое детство можно описать именно так), я не смогла бы и дня прожить в Лабиринте, но об этом позже.
Проблемы в приюте у меня были не только с нянями. Сверстники постоянно смеялись надо мной, ведь я была самым маленьким ребенком среди детей моего возраста. Две девчонки даже регулярно были меня. Несколько месяцев я терпела вечные издевки и побои, но потом чаша моего терпения лопнула. Я решила бороться за себя, и после того, как однажды эти две подружки совсем сильно достали меня своими издевками, я вскипела и набросилась на одну из моих главных обидчиц, сильно ее побив и откусив два пальца на правой руке. Конечно после этого меня на целый месяц посадили в карцер, но зато после этого все начали меня опасаться, никто больше не смел ко мне приставать. Мои главные враги, когда я проходила мимо них, смотрели на меня с нескрываемым страхом. У меня была возможность начать терроризировать их в отместку, но, являясь все же добрым ребенком, решила этого не делать. Современные технологии позволяют отращивать пальцы, но откуда у детдомовцев деньги на это! Так что так и ходила эта девица с недостающим числом пальцев.
Мы частенько недоедали, поэтому нам приходилось подворовывать деньги у случайных прохожих, продукты из магазинов. Иногда мы убегали на вокзал и воровали деньги там, или просили милостыню. Пару раз, когда мне было лет восемь или девять, меня (и не меня одну) за это ловили полицейские и забирали в участок, после чего разгневанные няни хорошенько всех нас лупили. Нас не могли арестовать, так как мы еще были детьми, людей начинали наказывать при достижении возраста шестнадцати лет.
Когда я достигла 16-ти летнего возраста, и настала пора прощаться с приютом и попасть под распределение, после которого меня точно бы отправили в какой-нибудь «Дом забав Мадам Ви», мне несказанно повезло – к нам в приют приехала богатая пара в поисках служанки, и они выбрали меня! Я не знаю, как мне так повезло, но от работы в доме плотских утех я была спасена. Что заставило богачей искать прислугу среди неблагополучных людей, мне неведомо, но зато я точно знаю, что судьба сделала мне очень щедрый подарок.
Забрав свои скудные пожитки, я съехала из приюта. За мной приехал красивый черный автомобиль с личным водителем и повез меня в мой новый дом. Когда мы только стали подъезжать к Москве, я была поражена видом небоскребов, которые поражали меня своими колоссальными размерами. Как зачарованная я смотрела в окно автомобиля, проезжая по улицам Москвы. Никогда в жизни я не видела столько людей на улице, которые куда-то спешили, смеялись, весело переговаривались друг с другом, выходили из магазинов или кафе…
Моих новых работодателей звали Андре и Мелисса Болен. Не думаю, что это была их настоящая фамилия, скорее всего они просто последовали моде и взяли себе пафосную фамилию, взамен настоящей. Андре представлял собой тучного мужчину с несколькими подбородками. Про Мелиссу же можно было сказать, что это скелет, обтянутый кожей, который при этом ухитряется носить дорогую одежду. Андре был какой-то важной персоной в Правительстве, однако кем конкретно, я так и не поняла. Мелисса целями днями бездельничала. Вернее, она всячески изображала активную деятельность – писала какие-то жутко скучные мемуары, (я однажды пробовала их прочитать, но не осилила и ста страниц) которые издатели, из-за страха перед Андре, боялись не издавать, ходила с такими же богатыми бездельницами-подружками по магазинам и дорогим ресторанам. В общем, она активно тратила деньги мужа.