Константин Лесницкий – Сердце в огне (страница 14)

Стук. По мокрому полу расходилась вибрация. Медленная и тягучая, как удары молота.

Удар, и сердце сократилось в спазме.

Удар, и кровь взорвала высохшие вены.

Удар, и мысль в голове изогнулась с криком, опухла, сдавливая череп, стала нервным клубком, сгустком напряжения, постепенно распутываясь и превращаясь в колючую проволоку, со скрежетом накручивающуюся на проржавевший мозг. По телу сползла боль, собравшись клубком в животе, заставив похожее на выбеленный скелет существо согнуться на земле с истошным хрипом.

Юрий опёрся трясущейся рукой, второй держась за живот с чувством, будто кишки вот-вот вывалятся наружу. Сколько ни пытался вдохнуть, воздух упирался в сжатую спазмом глотку. Ужас накатил, но вдруг лёгкие отлипли от рёбер. Сознание переворачивалось в голове не хуже, чем на центрифуге. То ли сидит, то ли лежит, то ли стоит – чувства онемели, сигнал не шёл по позвоночнику. Мороз, мурашки. Сыро, мокро. И темно.

Горло горело так, словно его исполосовали ножом, как шмат теста перед отправкой в духовку. Юрий низко опустил голову, чтобы кровь прилила, и кое-как сумел понять, что стоит на четвереньках.

Вдруг лужа рядом шлёпнула. Он вскрикнул и подорвался, отползая. Гудит сквозняк, кто-то шаркает. Шаги! Сердце чуть не разорвалось, однако звуки пропали так же неожиданно, как появились. Юрий ничего не соображал, но показалось, будто услышал испуганный вздох рядом, а потом шлёпанье убежало. Вновь один. Вода журчит. Откуда-то с потолка лилось голубоватое свечение. Юрий оказался в пещере с огромными сталагмитами. Массивные и гладкие, с потёками и вздутиями, похожие на окаменевшие нечистоты.

Импульс выстрелил в голову. Ощупал себя. Голый. Пошарил вокруг. Рука наткнулась на что-то, и Юрий закричал от испуга, подумав, что это панцирь гигантского насекомого, но это оказалась… пачка сигарет.

Громко зашипело, склизко захрустело, будто гигантская мокрица перебирала сотнями сегментированных лапок. Юрий поскользнулся, вскочил на ноги. Оцепенел от ужаса. Всё громче, совсем рядом!

И тут глаза выцепили в лучике сияния источник шума. Из бездны рождалось что-то громадное. Оно лезло прямо из стены, отделяясь густыми чёрными соплями с утробным рокотом. Юрий завопил и бросился бежать в безумстве, в темноту.

Сквозняк обдувал тело. Споткнулся, упал в лужу и тут же вывернулся наизнанку – это была совсем не вода. Вонь заполнила носоглотку и пищевод. На несколько секунд Юрия стиснуло кошмарное, незнакомое ощущение, когда физически не можешь остановить рвоту. Он вскочил, ударился о стену, стряхивая с себя тараканов, сжимая их в руках жменями, они хрустели под ногами, панцири впивались в стопы. Крик упирался в намертво пережатое горло, лицо стало белым и замершим, словно театральная маска грека, ползающего и рвущего на себе одежды в исступлении, изображая гомерический ужас!

Юрий выскочил на свет, в тесную камеру. Лампа качалась со скрипом. Всё как в кривом зеркале.

– Мужик! Стой!

Отшатнулся, чуть не повалил стол, заваленный инструментами. На цепи за решёткой сидело огромное голое существо с длинными руками. Под носом и вокруг пасти зияла кровь.

– Мужик, там вон ключ висит, мужик, куда? Стой, помоги, мужик, ПО-О-ОМО-ОГИ-И!

Пленник страшно, люто завыл зверем – слышно было, как рвутся голосовые связки. Его крик разбудил темноту, и всё вокруг застучало, зажужжало, загремело, звуки ударили сумасшедшим оркестром. Юрий вылетел в бесконечную шахту: балки, паутина, рельсы. Он не мог понять, то ли бежать вперёд, где конца не виднелось, то ли свернуть, и свернул, но увидел там горбатого урода, зажигающего лампу. В спину летел вопль пленного, из других ответвлений грохот ботинок и стремительно приближающиеся голоса. Юрий бросился дальше, но лишь добежал до спасительного поворота, как столкнулся на всей скорости с кем-то, упал и отбил хребет о рельсы. От боли не мог даже распахнуть глаза, извиваясь раздавленной гусеницей и загибая руки за спину. Над ним нависла тень, скрипя шестернями, отливая рыжей медью. Шахтёр уже протянул ручищи, но Юрий схватил острый камень и всадил ему в морду, прямиком в стык пластин, скреплённых заклёпками. Существо заорало человечьим голосом, студент бросился прочь, как вдруг оно размахнулось, воздух рассекла цепь, обмотавшись вокруг предплечья Юрия, и его рвануло назад.

– Сучара поганая! – прогремел медный человек.

Юрий подобрал булыжник, попытавшись беспорядочными ударами разбить оковы, шахтёр тащил его к себе. Швырнул камень, хоть бы хны. Голем схватил парня, железные пальцы впились в мясо, Юрий отбивался изо всех возможных сил, всё тщетно, что лупить по кирпичной стене. Жизнь пролетела перед глазами.

Но неожиданно позади раздались вопли ужаса, шахтёры разбежались по закоулкам, как блохи на собаке, когда шерсть раздвигает грозный хозяин. Один врезался в стену, отправленный в полёт чьей-то титанической силой, и сразу за этим в проходе появилась громадная тень, повернула голову, накрытую тряпкой, и сверкнула двумя крошечными глазками-точками. Мучитель Юрия бросился наутёк. Юрий подобрал цепь и побежал.

Выскочил из тьмы, всё освещали факелы. Вокруг сновали какие-то люди, то ли нелюди, крошечные и большие существа, медные рабочие. Они таскали хлам, долбили кирками стены. Юрий пролетел мимо горы разбитых напольных часов и нырнул в туннель.

Чернота, жидкости, насекомые и сквозняк. Ни души вокруг, лучше бы там остался, чёрт возьми! Юрий метался, но уже не слепо, пытался включить голову, найти путь – ни малейшего толку. Ужас сменялся промозглой жутью: кое-где через трещины лился свет, Юрий бросался от лужицы к лужице среди тесных расщелин, чувствуя себя кремово-белым глистом, ворочающимся в зловонном трупе, уже обречённым сдохнуть вслед. Воняло мочой и йодом. Юрий бегал, дёргался, как перевёрнутый на спину и пришпиленный булавкой жук-рогач.

Замер. Впереди был длинный коридор, кончающийся тьмой. Свечение оттуда походило на лунный свет. Протёр глаза, осмотрел потолок – ни единой трещинки. Чудо наяву. Юрий оглянулся, тишина. Он начал медленно продвигаться вперёд. Сердце колотилось. Едва не терял сознание. С каждым шагом чувствовал, как бездна давит спереди, словно там был какой-то огромный пустой котлован. Ветерок поддувал, затягивая в проход. Нарастала дрожь, что-то животное подсказывало, что надо развернуться, но он слепым усердием продавливал инстинкт…

– Куда лезешь? Назад иди.

Каждую косточку в теле Юрия парализовало. Ветер свистел, сотрясая лужу, в которой отражался голубоватый свет. Он стоял в последнем лучике – дальше была только пустота.

Юрий долго пытался осознать, почудился ему голос или нет. Мокрый и холодный от ужаса, он решил не испытывать судьбу и попятился, сдавая задом.

Юрий бродил по подземелью. Каждая частичка начинала болеть – адреналин в крови загустел, когда он перестал бежать, и появилось ощущение, что по венам течёт кипяток, так сильно всё чесалось, словно тысячи игл втыкались в ноги. Сердце было так сдавлено, что Юрий даже кашлять не мог, только сипел, опасливо втягивая воздух, как бы кто-то или что-то его не услышало.

Вышел в пещеру. Точно такую, как самая первая. Может, она и была? Глаза привыкли к темноте. Юрий весь был покрыт грязью, только белые глаза горели и рот хрипел. Ступни скользили, приходилось держаться за стены. Он уже не чувствовал боли, наступая на острую гальку, будто подземелья изменили его, будто метался здесь уже всю свою бесконечную жизнь, слился с почвой. Казалось, если сейчас шагнёт в стену, войдёт в неё и сможет выйти в любом месте, где захочет – рисунок лабиринта въелся в голову, он мог с заткнутыми ушами найти дорогу обратно в шахты, пещеру с тараканами, тот ветреный проход…

Отдышавшись, Юрий пригладил волосы чёрной рукой и заметил, что всё это время бежал вместе с цепью, удавом обмотавшейся вокруг предплечья. Он начал медленно распутывать её, оголяя вдавленные следы с кровоподтёками, которые не мог видеть в полутьме, только чувствовал. Если бы сейчас ему предложили посмотреть в зеркало в обмен на то, чтобы покинуть подземелья, он бы даже слушать не стал. Странная мысль… Странная. И воздух какой-то здесь странный.

Юрий обмылся в ручейке. Протёр глаза. Посреди пещеры стоял Заур, шмыгая носом, руки в карманах.

Подкрался издалека. Не приближаясь. Заур повернулся и вздрогнул.

– Фух. Ты чё тут делаешь?

Он пошёл на Юрия. Тот отпрыгнул, попятившись в темноту, как безмолвное животное.

– Что такое?

Заур остановился. Поманил.

– Иди сюда.

Юрий прищурился. В глазах больше не двоилось. Может, он лежит сейчас на операционном столе, и это так наркоз действует? Что ж там такое намешано?

Юрий оказался слишком нерешительным. У Заура кончилось терпение. Он долго глядел на добычу, ожидая действий, пока лицо не стало меняться, глаза полезли из орбит. Юрий застопорился в резком размышлении, оторванный от реальности. Существо вывернулось с хрустом, опустилось на мостик и начало подкрадываться. Юрий заметил только в последний момент, столкнувшись с ним взглядами, оно было уже на расстоянии прыжка. Сердце ударилось о рёбра, попытавшись катапультироваться из хозяина. Тщетно. Настало время прощаться с жизнью.

И в тот же миг огромная сила отбросила Юрия, он плюхнулся в воду. Местный хищник был уже в полёте и повернуть никак не мог, поэтому врезался прямо в грудь великана, очутившегося между ним и Юрием. Распластавшись на полу, псевдо-Заур увидел, кто перед ним, и скривился, как лимон сожрал.