Константин Кузнецов – Предвестник Бури (страница 43)

— Нет у меня никого.

— Тогда чего вы хотите?

— Мне нужна одежда, телефон и автомобиль. Не переживай все верну при первой возможности. Есть?

— Найдется. Только вот одежда с мертвяков.

— Не переживай, я не брезгливый, — сверкнул улыбкой мужчина. — Тебя кстати как звать-то?

Врач замялся, такого вопроса он не ожидал:

— … Валлллеррий Геннадьевиччч…

— Теска стало быть, ну тогда давай шевели поршнями, Валера. Чем вы кстати рану обрабатываете? Шрам, страсть, как чешется…

Глава 8

НОЧЬ ИСКУПЛЕНИЯ

Утро выдалось болезненным. От костров остались лишь жалкие нити дыма, на деревянных божках виднелись следы засохшей крови.

Помощники собрались вместе и подошли к волхву. Их было семеро. Вопреки всем заветам предков, они выбрали именно это число. Встав полукругом, помощники уставились на наставника. На лицах читался немой вопрос. Все ли сделали правильно? Остался ли доволен Перун принесенной жертвой?

В глазах старика царила опустошенность. Он больше не слышал чужих голосов. Запредельных голосов.

Неужели предки покинули его голову?

Шаркая ногами, он направился к жертвеннику.

Растерзанные тела лежат здесь же, неподалеку. С другой стороны, сейчас это были всего лишь куски плоти и костей, оставшиеся после ночного пира. Божество было удовлетворено. Иначе и быть не могло.

Тогда что же случилось? Почему Перун так и не дал ответа?

Жрец склонился у подножья деревянной статуи, осмотрел свежие, глубокие следы от когтей. Нет, ему не показалось, посланник действительно приходил сюда.

«Чего же ты ждешь? Мы отдали тебе дань! Даже больше чем положено!»

«Ты так считаешь, наивный сын полей Блуд?» — внезапно раздался тяжелый голос в голове ведуна.

«Прости меня за дерзость».

«Ты просил — и было тебе даровано», — последовал лаконичный ответ.

«Спасибо тебе о великий заступник».

«Не благодари, я лишь указал тебе дорогу, а путь ты выберешь сам».

06 июля 2018. Закат.

Республика Карелия, остров Тулос

Садовод сродни могильщику

Старик склонился над небольшим, заросшим густой травой, холмиком. Его взгляд опустился еще ниже, под ноги. Со стороны могло показаться, что он просто уснул.

Олег слегка склонил голову, присмотрелся. Глаза у старика были открыты, а губы заметно шевелились — сквозь шепотом была слышна молитва.

— Что происходит? — немного напрягся Артем.

Олег пожал плечами:

— Понятия не имею.

Но самым удивительным была реакция Виталика. Ни каких шуток и скабрезностей. Лишь спокойное восприятие происходящего. Поудобнее взяв лопату, он надавил на нее сверху — лоток легко вошел внутрь — и приготовился копать.

— Бать, чего мы здесь забыли-то, — попытался уточнить Артем.

— Тихо ты, — цыкнул на него Виталик. — Не видишь, отец молитву читает. Спугнешь духа, век нам здесь торчать.

— Да чего ты раскомандовался!

— Помолчи. — Олег положил руку на плечо Артему и притянул его к себе, отстранившись от старика.

Пока отшельник читал, его голова склонялась все ниже. Опираясь на черенок лопаты, ноги старика начали постепенно оседать — к концу молитвы отшельник оказался на коленях.

На небе стало совсем темно, и теперь, лишь туманная белизна освещало жуткое болото. Все вокруг сделалось густым, непроницаемым. Олег устало опустил взгляд и уставился себе под ноги. Сквозь туман виднелось что-то черное и шевелящееся. Присмотревшись, он едва не подпрыгнул на месте.

— Что за дрянь! — палец указал на мутную поверхность болотной жижи.

— Твою ж… — Артем поднял одну ногу, словно цапля.

Прямо возле подошвы копошились какие-то черные гады, в разы больше червей, но меньше лесных ужей.

Подхватив пласт земли, Виталик невозмутимо отшвырнул его в туман. По молочной пелене разошлись круги и наваждение резко пропало.

— Готовьтесь, впереди много чудного будет, — со странной уверенностью заявил их приятель.

Олег хотел уточнить, откуда у того такая уверенность? — но вовремя осекся, поскольку вокруг и впрямь начала твориться всякая чертовщина.

Туман стал густым, практически непроницаемым. По кругу, недалеко от злополучной кочки, над которой застыл старик, возникли странные силуэты. Внешне они напоминали людей: только вот по форме были гораздо выше и тоньше. Уродливые лица выделились чуть позже. Были они еще ужаснее фигур — жуткие овалы с провалами для рта и глаз. Олег вспомнил, как в детстве, его пугали чем-то похожим в деревне. Рисовали на печи сажевого человечка, от вида которого, мурашки бежали по спине и хотелось зарыться под одеяло и никогда оттуда не вылезать.

Но сейчас прятаться было негде, поэтому оставалось только обороняться, готовясь к самому худшему.

Выставив перед собой грабли, Олег закричал во все горло:

— А ну не подходит! А то убью!

— Пошли вон! Я дурной!!! — присоединился к нему Артем.

И хотя со стороны эти жесты выглядели весьма устрашающе, тени не собирались отступать. Шепча проклятия, они все сильнее сужались вокруг горстки напуганных людей.

— Господи, да что же здесь происходит! — не выдержав, взмолился Олег.

Замахнувшись, он уже собирался ударить одну из неведомых тварей, когда чья-та рука сковала его предплечье.

— Прекрати, этим все равно не поможешь, — произнес Виталик.

Открыв рот, Олег так и застыл на месте. Его приятель, который всегда был далек от веры и всего что с ней связано, встал на колени рядом со старцем, и начал усилено молиться.

Их голоса слились воедино, становясь все громче.

— Глазам своим не верю, — сказал Артем, роняя лопату.

— И я не верю, — кивнул Олег, — но отчего-то хочу сделать тоже самое…

Уже через минуту они образовав неровный круг, опустив голову, повторяли слова неведомой молитвы. Незнакомые слова, сами лезли в голову, и было в них столько силы, что казалось, горы можно свернуть.

А вокруг творилось нечто невообразимое. Вокруг прогуливалась сама смерть. Они слышали крик и предсмертные стоны, боль и отчаянье последних жизненных секунд, адовы муки грешников и праведников. Олег изо всех сил жмурил глаза, чтобы не дай бог, не открыть их.

Только бы не посмотреть, только бы не посмотреть! — молил он, обращаясь к самому себе. Его руки дрожали, но влажные ладони, друзей крепче сжимали заветный замок, отчего становилось немного спокойней.

Одна молитва заканчивалась и начиналась другая — казалось это будет длиться бесконечно. Но внезапно голос старца оборвался, а вместе с ним и все остальные голоса. Это было так удивительно: Олег по инерции продолжал читать молитву, и вдруг не услышал самого себя. Просто взял и онемел.

Наступила гробовая тишина. Вжав голову в плечи, он прислушался. Ничего не происходило, то есть абсолютно ничего. Никаких посторонних звуков, даже малейшие шумы и те, исчезли безвозвратно. Таиться больше не имело смысла, либо весь этот ужас закончился, либо взял передышку, чтобы навалиться «на круг» с новой силой.

— Вставай, — раздался рядом с Олегом голос старика.

Мир вокруг утопал в белом свете. Не тумане, а именно свете. Ярком, ослепляющем, который могут источать лишь театральные софиты.

Рядом с Олегом стояли Виталик и Артем — оба какие-то потерянные и опустошенные. Инвентарь пропал, зато кочка выросла, превратившись в ужасный нарост торчащий среди всей этой ядовитой белизны, как кошмарная опухоль.