Константин Крюгер – Не совсем мемуары (страница 3)
С ожидаемыми дорожными трудностями в виде регулярных приступов тошноты у слегка измученного ребенка, мы благополучно добрались до желанного отеля и после короткого обустройства двинули на рекогносцировку. Гостиница занимала обширную территорию на вершине большого плоского холма. По периметру возвышались отдельно стоящие двух- и трехэтажные домики, а в центре взоры притягивали ресторан и большой каскадный бассейн.
Нам предоставили весьма удобный семейный номер, состоящий из пары уютных комнат с просторной кухней-столовой и открытой верандой. Совершенно сразили новейшие модели и широчайший ассортимент кухонного оборудования – от мудреного кофе-агрегата до многофункционального комбайна, не считая настольного мини-гриля, тостера и еще массы всяких не очень понятных приспособлений. Холодильник порадовал почти промышленными размерами, и нам было, что в него срочно загрузить.
Ежедневно на любую из трех трапез я захватывал яркие пластиковые стаканчики, но на высокий детский стул со столиком выставлял, только когда становилось ясно, что предлагаемые в широком выборе яства ребенок есть не желает. Тем не менее, через пару-тройку дней некоторые блюда ей понравились, о чем я поставил в известность осознавшего нашу «питательную проблему» местного шеф-повара. Уточнив предпочтения малышки, замечательный профессионал от кулинарии специально для нее готовил особенные кушанья, немного изменив стандартную рецептуру.
В ходе дружеской беседы выяснилось, что участливый благодетель родился в греческой семье в Одессе, но перебрался на историческую Родину в середине семидесятых, а на Мальте проживает уже пятнадцать лет. По-русски он говорил едва-едва, но дочурка очень обрадовалась, услышав родную речь, и прониклась симпатией к новому знакомцу. Помимо повара ни одна живая душа в отеле не владела русским, что в определенной мере даже радовало. На отдыхе я предпочитаю отели с минимальным количеством соотечественников. Среди постояльцев россиян тоже не оказалось, что повлияло на трехлетнюю дочь специфическим образом. При большом стечении народа у бассейна она полюбила, плавая на надувном матрасе, в полный голос многократно исполнять любимую песню «Катюша», к явному восторгу отдыхающих. Видимо, таким образом, она компенсировала недостаток общения на родном языке.
Полное отсутствие русскоговорящих в окружающем ареале обитания привело к забавному инциденту в конце первой недели отдыха. Запасы «Растишки» стремительно таяли, и я отправился в ближайший, через три автобусные остановки, магазин в поисках местных заменителей. И, о чудо! Полки забиты точным аналогом, но греческого производства. Купив по четыре упаковки йогуртов и творожков, я резво стартовал к остановке не часто курсирующих автобусов. Чтобы туда попасть, мне было необходимо пересечь две небольшие проезжие дороги под углом девяносто градусов друг к другу. Я стоял у пешеходного перехода, ожидая проезда задержавшегося на нем небольшого пикапа «Ford», когда увидел вдалеке неторопливо ползущий к остановке автобус.
В нетерпении я начал сверлить взглядом водителя Форда, никак на меня не реагирующего. И, находясь в твердой уверенности, что абориген не понимает по-русски, разрядился вопросом: «Ну что, поедем или так и будем сопли нажевывать?!». Четкий ответ совершенно ошарашил: «Ещё пожую маленечко!». После чего оба дружно расхохотались и разговорились. Собеседник оказался отпрыском совиспанца, вернувшимся на родину предков в начале 80-х. Там он успешно занялся мелким строительным бизнесом, со временем перенеся его на Мальту. Новый знакомец с удовольствием практиковался на подзабытом, когда-то родном языке всю дорогу до моего отеля, куда любезно подвёз с весомым грузом детского питания.
По дороге он поведал много интересного о местных реалиях. Главной новостью стало известие о тотальном отсутствии на островном государстве нормальной питьевой воды, только опресненная. Что полностью прояснило резко изменившийся к худшему привычный вкус регулярно употребляемого в течение дня кофе полюбившейся марки «Maxwell House». После этого чай и кофе в номере готовили только на покупной минеральной воде.
Растворимый кофе на острове был представлен в самом широком ассортименте, но почему-то превалировали огромные, прежде никогда не виданные, металлические банки по 0,5 или 1,0 кг, стоившие, на удивление, недорого. Мы поддались заразительному примеру большинства отдыхающих и тоже приобрели три банки на подарки друзьям и родне.
Погоды стояли в полном соответствии с известными строками Галича7: «А жар – ну, прямо доменный, Ну, прямо, градом пот!», и большую часть времени мы проводили у бассейна. Но случались и пешие прогулки по красивейшим окрестностям, густо поросшим разнообразными видами тропической и средиземноморской флоры. Особенно впечатлили буйнорастущие кактусы в полтора человеческих роста, кое-где выбросившие необычного вида цветы.
Самобытным аттракционом оказались местные автобусы с окнами без стекол и веревкой под потолком через весь салон. Перед нужной остановкой следовало изо всех сил дернуть за эту бечеву, причем, это удавалось осуществить прямо с сиденья. Самый продолжительный маршрут составлял около сорока минут, так что, даже с плохо переносящей дорогу дочерью, мы обследовали на общественном транспорте весь остров.
Достопримечательностей и мест интереса на Мальте хватало. С организованными экскурсиями мы посетили старинную рыбацкую деревню на побережье, замки Ордена крестоносцев и прочие средневековые штучки в сердце Ла-Валетты. Опять же, мегалитические глыбы местного Стоунхенджа совершенно не уступают наиболее известным Великобританским.
Как раз в тот период на Мальте снимались эпизоды исторического блокбастера «Троя» с Брэдом Питтом, о чём нам с восторгом поведал разговорчивый экскурсовод, он же страстный патриот. Его предложение посетить киношную натуру нас не вдохновило, а вот культпоход по огромному храму Mosta Dome8 запомнился надолго.
Отдых протекал исключительно мирно и весело. Мы прокатились на дальнюю оконечность острова на единственный платный насыпной пляж из привезенного предприимчивыми дельцами «золотого» песка, истоптали вдоль и поперек чудесные окрестности нашей гостиницы и соседних поселочков. Поразило множество обветшавших, очень красивых, совершенно различных стилей архитектуры, но по виду, давно заброшенных вилл. Туземцы из гостиничной обслуги пояснили, что постройки разрушаются очень быстро из-за не самого комфортного климата, и хозяева просто не успевают их ремонтировать и подновлять.
Затяжные прогулки по столице островного государства Ла-Валетте сильно поспособствовали снижению приобретенного на отдыхе дополнительного веса. Нескончаемые спуски-подъемы при тридцатиградусной жаре с гандикапом в виде коляски, тем не менее, не помешали тщательно изучить множество интересных местечек по пути к Форту Святого Эльма. Правда, обратная дорога давалась существенно труднее, но заходы во множественные кофейни несколько её скрашивали.
Недалеко от нашего отеля высились два окруженных высокой металлической оградой четырехэтажных здания с крупноформатными вывесками на фасаде, гордо оповещающими о международных детско-юношеских центрах по изучению классического английского языка. Правда, выяснить программу и подробный распорядок занятий не удалось: оба наших визита пришлись на временное отсутствие руководителей учебного заведения.
Зато с их способными питомцами мы вволю пообщались во время традиционного круиза вокруг острова на прогулочном пароходике. Едва мы ступили на палубу, как услышали родную речь, причём, густо засоренную непарламентскими выражениями, из уст, в лучшем случае, четырнадцатилетних, а то и двенадцатилетних «малюток», причем, обоего пола. На чрезвычайно вежливое замечание моей супруги детишки ответили настолько непечатно и многоэтажно, что она сначала опешила и растерялась. Но быстро собралась и пообещала, что если молодняк не прекратит материться, то применит к ним меры физического воздействия. На что ей организованно предъявили известный жест со средним пальцем и пригрозили выкинуть за борт.
Только мое злобное вмешательство вынудило мелкотравчатое хулиганье с визгом забиться в салон, откуда немедленно выскочила их сопровождающая, грозя мне на хорошем английском языке всевозможными карами за притеснение невинных детишек. Именно здесь в дискуссию удачно вступила супруга на том самом классическом английском, пообещав всячески разоблачить и уничтожить в глазах широкой международной общественности миф о «выдающемся Мальтийском лингвистическом образовании», а затем, к моему немалому удивлению, перешла на родной и сильно обогатила лексикон присутствовавших даже мне ранее неизвестными образными выражениями. Результатом конфронтации стало полное разочарование в местных курсах «эталонного» английского языка.