Константин Крюгер – Не совсем мемуары (страница 5)
Мы уже достигли консенсуса, когда непонятно откуда взявшийся мелкий индиец активно встрял в нашу беседу. То, что он владелец данного сумочного отсека, я понял только в администрации торгового центра, куда срочно прибывшие на место происшествия полицейские сопроводили всех участников инцидента. К этому моменту у индийца наполовину заплыл левый глаз, а у трёх набежавших ему на помощь соплеменников лица потеряли симметрию из-за свернутых в разные стороны носов. Но я тому не причинен. Точнее сказать, только глаз – моя заслуга. Парочка не совсем трезвых англичан в футболках с логотипом любимого спортивного клуба, привлеченные визгливыми выкриками на «пиджин-инглиш», решили прийти на помощь одинокому фарангу11 и моментально перевели словесный конфликт в «товарищеское недоразумение».
Местные стражи порядка, видимо, устали от непрерывных индийско-торговых разборок и сразу приняли сторону европейцев, а, возможно, вспомнили тайскую народную пословицу: «Если увидел змею и индуса, убей сначала последнего!». В общем, оставив индусов в участке, мы с веселыми британцами разошлись по своим делам. В итоге, портфель я приобрел именно по той цене, о которой мы сторговались с продавщицей, к явному ее удовольствию.
* * *
Исторический «Чайна-таун», место, откуда начинался Бангкок, простирается от берега главной водной артерии города, реки Чаопрайя, на север в направлении оптового, любимого разномастными «челноками» рынка «Bo Baе». Отечественные «мешочники» по-простому называют его «Бобик». Первые шесть этажей отеля «Prince», в котором они предпочитают селиться, занимает огромный торговый комплекс. Так что, можно закупаться, «не отходя от кассы».
В самом «Чайна-тауне» столько всего интересного, что хватит на десяток Рассказок. Чего стоит одно только главное местное торжище, протянувшееся практически от набережной до красивейшего старинного китайского храма "Wat Chaichana Songkhram». Продаётся всё: от разнообразных видов контрафактных товаров, включая якобы не подделываемые швейцарские часы «Ulysse Nardin» до таблеток Виагры и фаллоимитаторов любых типоразмеров, проходящих под кодовым названием «David». Ручки и кошельки «Montblanc» соседствуют со складными ножами и тесаками «Spiderco» и «Boker». Здесь же торгуют всевозможными разновидностями национального «фаст-фуда», чтобы перекус не отрывал от процесса покупок. Армейские магазинчики перемежаются многочисленными «Оптиками», а лавки с рюкзаками и чемоданами ларьками, торгующими всеми видами метизов и инструментов. Не поддается исчислению количество ювелирных бутиков, чередующихся с традиционными китайскими аптеками.
* * *
Нельзя не упомянуть и Khaosan Road – излюбленное обиталище и перевалочный пункт бэкпэкеров12, съезжающихся в Таиланд со всего мира. Кто только не встречался на небольшой, переполненной хостелами и дешевенькими гостиницами улочке, за употреблением пива или курящими косяк. Многоязыкий гомон не перекрывал звучащий из динамиков многочисленных кафешек тяжелый рок и рваные ритмы регги. Первый раз, в целях оптимизации маршрута, я отправился туда на рейсовом автобусе, останавливающемся прямо напротив моей гостиницы. И всё проклял. Хотя автобус шёл прямо до нужного места, отсутствие кондиционера вкупе с температурой плюс тридцать восемь, а также постоянные пробки измотали меня донельзя. И в следующий визит в яркий, запоминающийся кусочек Бангкока я взял такси, о чем ни на йоту не пожалел. Во-первых, поездка обошлась в совершенно смешные деньги, во-вторых, водитель оказался говорун – не остановишь, и, в-третьих, высадил он меня с небольшим «перелетом», так что я очутился на улочке сплошь ювелирных лавчонок с невиданным ассортиментом по запредельно низким ценам. И, неожиданно для себя самого, повелся на дешевизну и закупил впрок подарков дорогим моему сердцу дамам.
* * *
Четырехэтажный торговый комплекс «Big C», хотя и потесненный ныне более современными огромными магазинами, виден издалека. По электронному табло на его верхушке я привык сверять часы и узнавать текущую температуру воздуха. Большую часть второго и третьего ярусов занимает внушительный двухэтажный супермаркет с большим ассортиментом. А оставшаяся площадь распределена между мелкими кафешками, ювелирками и прочими лавками. Мне очень полюбилась маленькая кофейня на втором этаже, стилизованная под американское заведение 60-х годов прошлого века. К сожалению, она не пережила пожара после теракта 2014 года.
Фуд-корт на последнем ярусе изобилует всевозможными сетевыми едальнями и частными кухнями, предлагающими кулинарные изыски тайской, паназиатской и европейской кухни. Именно там я «подсел» на главный тайский десерт – сладкий рис с манго, за который ценитель «может Родину продать».
* * *
В громадном, протянувшемся на несколько кварталов, мега-универсаме «MBK» на каждом из семи этажей покупатель обязательно обнаружит что-нибудь интересное, тем более, что ассортимент постоянно обновляется. Отделы уже канувшего в лету супермаркета «Tokyu» занимали ближнюю к метро часть здания на всех ярусах. Многие годы именно там я приобретал по заказам друзей джинсы Lee, Wrangler и Levi’s, стоившие втрое дороже контрафактных, зато гарантированно настоящие.
Весь третий этаж грандиозного комплекса посвящен супер-пупер модной одежде, обуви и аксессуарам. Причем, как местных дизайнерских брендов, так и новинкам всемирно известных марок, в контрафактном, но очень качественном исполнении производителей Юго-Восточной Азии. Торг вполне уместен, несколько раз я ломал первоначальную цену в два с половиной раза, а уж на треть – просто обязательно.
* * *
Гонконг и димсамы
К авиаперелетам продолжительностью более десяти часов мы давно привыкли за семнадцать лет странствий по Юго-Восточной Азии, так что, не обращая внимания на «jet-lag13», сразу отправились знакомиться с городом. Наш отель-небоскрёб располагался практически в центре, рядом с несколькими известными достопримечательностями и недалеко от морского вокзала. Но, взглянув на ярко освещенную улицу, мы решили побродить по соседству с отелем и дальновидно отправились в противоположном направлении. Неожиданно стемнело. Совсем. Нагулянный изрядный аппетит уже гнал к редким освещенным окнам в поисках пропитания. И наконец! Небольшое заведение в узком пространстве со столиками вдоль стен.
Плакаты и надписи на китайском перемежались с фотографиями аппетитных местных димсамов. Вот оно – счастье! Попадание 100%. Кафе еще пустовало, но радушный улыбчивый хозяин приглашал жестами зайти. В мгновенно поданном меню английского текста почему-то не оказалось. Хозяин продолжал радостно улыбаться, но по-английски только кивал головой. Ну так и что? Объяснившись на пальцах и потыкав ими же в картинки меню, мы выбрали четыре разных набора местных пельмешек. Настроение бодрое, подогревалось ожиданием: «Это я удачно зашёл!». Мы расположились за столиком в центре зала, незамедлительно сервированном двумя наборами прочной пластиковой посуды: тарелочки, чашечки, блюдечки, палочки. И один тазик непонятного назначения.
Минут через пять радушная же китаянка принесла большой чайник горячего дымящегося чая. Еще минут через десять томительного ожидания мы решили отпить чаю, пока он совсем не остыл. Темно-коричневый напиток показался совсем безвкусным. Зал постепенно заполнялся, и ускорившийся хозяин с помощницами весело смеялись, проходя мимо нас, показывая руками: «Сейчас все будет!».
Темный чаек и разглядывание местных завсегдатаев скрашивали ожидание. Соседний столик занял серьезный и щуплый юнец, студент, наверное. Он без раздумий сделал заказ и сразу получил на стол тот же набор посуды и полный чайник, что и мы. Ловкими и привычными движениями он тщательно обмыл всю принесенную посуду настоем из чайника над емким тазиком, и расставив все на столе, уткнулся в телефон в ожидании ужина.
Мы застыли в глубоком изумлении, осознав, как опростоволосились. Подоспевший с нашими димсамами хозяин был допрошен на пальцах же, на полупустом чайнике и чашках: «Можно ли это пить?». Он закивал еще более активно, и, уже гогоча в голос, ушел в сторону кухни. Первые два набора димсамов порадовали и примирили с выпитым полосканием для посуды. Спустя недолгое время за столик у дверей определился тщедушный старец, сразу же принявшийся активно употреблять принесенное с собой местное виски, даже не дожидаясь закуси. Посетители с видимым удовольствием лакомились разнообразными «пельменями», подаваемыми в круглых плетеных коробочках, кто-то обливал тарелки чайком, кто-то не заморачивался. Две последующие порции примирили нас уже со всем миром и вселенной. Уходя, вместе смеялись и жали руки хозяину. Больше нигде ни большой чайник «чая», ни тазик нам не подавали.