казалось вчера.
Такая вот встреча.
Такая вот нынче
на сердце пора.
Сто грамм без закуски
не чокаясь выпьем
и снова нальём.
По тропочке узкой
в набухшую тьму побредём.
По снежному следу
в бесслёзный мужской разговор.
Спешили к обеду —
на шапочный, вышло, разбор.
Ах, если б в походе,
в лихом поединке,
в крутом вираже.
Но время уходит.
И звёздный наш час
не наступит уже.
Ни завтра, ни позже
нас смерть ни в походе,
ни в битве не ждёт.
В предснежную пору
глухарь не токует,
труба не зовёт.
Стыдливо и горько
нам вслед прозвучит
на исходе пути:
Пусть жили и долго.
Но в долг. И всю жизнь
раздавали долги.
Засыпано тело.
И не с кого справить
последний должок.
Душа отлетела,
когда парашютом
качнулся снежок…
Шахматист
Юрию, Николаю, Борису
Кахетинское густое
Хорошо в подвале пить, —
Там в прохладе, там в покое
Пейте вдоволь, пейте двое,
Одному не надо пить!
О. Мандельштам
Шахматист играет в шашки.
Он и в карты не дурак.
Только бы не спутать масти —
выйдет полный кавардак.
Не печалься друг Арсентьев.
Наша странная игра
нам подарит воскресенье.
Ох, и будет нам веселье,
как сойдёт ночная мгла.
Как развеется дымина,
как проветрится наш дом…
Настоящие мужчины
засыпают за столом!
Нас славянская защита
не подводит никогда.
Есть спасенье от гамбита —
ваша дама будет бита.
Знайте меру, господа!
Чтоб не пить из медных кружек
и не стала жизнь борзей — 
