Константин Хант – Шелортис. Книга вторая (страница 46)
Откровенно говоря, Уортли не так чтобы и питала ярость по отношению к своему другу, вернее его разумному обличию. Разумеется, Кэтлин понимала, что едва ли находившийся в здравом уме Мышь рискнул бы неистово размахивая когтями нападать на неё. Однако в этом и крылся корень ярости, что переполняла всё её естество.
Искренне ненавидя одичавший дух Бритса, Уортли понимала, что едва ли сможет одолеть его, не навредив при этом телу своего друга. Находясь на распутье двух, едва ли не противоположных решений, Кэтлин, как могла, попыталась выпутаться из капкана, что перед ней расставила судьба.
Сейчас, очнувшийся ото сна картограф, как ни в чём не бывало, попросил прощения, за то, что, скорее всего, даже не помнил, а значит не мог прочувствовать всю ту обиду, что испытал его друг. Глядя на Данкена, что, наконец, пришёл в себя, Кэтлин могла лишь изредка язвить ему, дабы хоть как-то отомстить за нанесённые увечья.
– Я ничего не мог с собой поделать, внутри меня словно что-то … – Бритс замешкал, не зная как закончить фразу.
– Хочешь сказать, ты всё помнишь?! – тут же отозвалась Кэтлин.
Стоявшая в паре шагов от спорящей парочки юная девочка, казалось, даже в темноте могла видеть их эмоции, мимику и жесты. Вот прямо сейчас, Ди была готова поклясться, что Кэтлин хмуриться, привычно выгнув левую бровь в изумлении, в то время как Данкен, потупив взгляд в пол, зажал свои ладони подмышками.
– А ты ничего не помнишь?! – улучив момент, Ди поспешила уточнить у подруги важный момент.
– Не помню что?! – потеряв терпение, выпалила Кэтлин, до боли напомнив разъярённую Райму.
– Свою дикость! – коротко парировала девочку, сорвав последние покровы тайны.
– Дикость?! – отозвалась Кэтлин, прекрасно понимая о чём идёт речь, но, всё же отказываясь это признавать.
– Успокойтесь!!! – воскликнула Ингриди, – Подойдите сюда, я всё расскажу!!!
Не меньше четверти часа малышка рассказывала обо всех событиях, что приключились с ней и её друзьями, которые, к их большому сожалению, умудрились всё пропустить. Когда рассказ Ди подошёл к той части, где она вырвалась из рук мужчины в золотистых латах, рука малышки машинально коснулась груди, в надежде нащупать магический артефакт.
– Ах, вы ж … – прорычала Ингриди, стиснув зубы.
Не найдя осколка «кристалла абсолютной магии» на своей шее, Ди не на шутку разозлилась, хотя, вернее будет сказать, что волны безудержной ярости подступили к её горлу, желая низвергнуться наружу разрушительными потоками справедливого возмездия.
– Как он выглядел?! – спросила Уортли, будучи уверенной в том, что речь в рассказе Ди шла об её старом знакомом.
– Большой, рыжий, в латах! – отмахнулась Ингриди, чувствуя как злоба всё сильнее переполняет её тело.
– Серые глаза и веснушки на лице?! – продолжила Кэтлин.
– Да было мне дело, его рожу разглядывать?! – не без иронии отозвалась девочка.
Расспросы Кэтлин стали последней каплей самообладания малышки, в душе которой смешала палитра из самых скверных чувств.
– Как же я виноват … – зарыдал Бритс, – … я опорочил свой род! Свою честь! Я подвёл вас, господин Баркитс!
– Кто?!!! – хором воскликнули Кэтлин и Ди, изумлённо уставившись в сторону всхлипывающего угла.
На мгновение Ди даже забыла о собственной ярости, услышав странное имя, перед которым Данкен поспешил рассыпаться в извинениях.
– Регент Лаори Баркитс! – воодушевлённо произнёс Данкен, – Отец всех лоррго и правитель Древнего города!
– Какого города?! – нахмурившись, Ди изумлённо подняла брови.
– Города нашего рода! – едва ли не торжественно выпалил Бритс, – Что раскинулся в недрах священного острова Вай…
– Чё ты несёшь, полоумный?! – грозно рыкнула Ди, чьи глаза в ту же секунду вспыхнули изумрудным пламенем.
В тот же миг мрачное пространство залил мягкий свет зелёного огня, что прорывался из глаз юной месмеристски. Только сейчас трое узников смогли как следует разглядеть друг друга, при этом ужаснувшись от неожиданности увиденного.
Во время последней встречи Ди с друзьями, лицо Кэтлин не было рассечено ужасной раной надвое. Кое-как перевязав часть лица платком, белокурая леди-рыцарь, как смогла, скрыла большую часть страшных увечий успевшей насквозь промокнуть в крови тканью.
Не в лучшем состоянии был и Данкен. Разбитый нос картографа опух и посинел, запёкшаяся кровь сбивала густую шерсть в алые колтуны, а отёкшие глаза, едва могли открыться из-за синяков. Здесь и сейчас картограф смахивал на дальнего родственника профессора Фоджа, своим видом больше напоминая кротовьего молло, нежели лоррго.
– Это сделал я?! – подняв руки, словно желая прикоснуться к лицу Кэтлин, Данкен замер в последнем движении.
– Нет, я! – иронично отозвалась Уортли, демонстративно отвернувшись от друга в противоположную сторону.
– К-к-кэтлин, прости меня! – упав на колени, зарыдал Бритс, из опухших глаз которого потекли крупные слёзы.
– Забудь! – отмахнулась белокурая леди, вслепую стукнув друга в плечо.
Нарочито жёсткий удар, с которым леди-рыцарь обычно подбадривала своего друга, в этот раз пришёлся мимо цели, угодив в и без того опухшее лицо Мыша. В ту же секунду картограф сдавленно шикнул, тотчас приложив руки к ушибленному глазу.
– Я сказала: хватит!!! – потеряв терпение, рявкнула Ди.
В тот же миг мрачное пространство вокруг озарилось ярким светом изумрудного пламени, коим юная чародейка буквально взорвалась в приступе яростного гнева. Инстинктивно поёжившись не то от страха, не от резкой вспышки яркого света, Кэтлин и Данкен машинально попятились назад.
Тем временем, две таинственные фигуры за спиной Ди поспешили скрыться от ярких лучей столь ненавистного им света. Скрывшись в дальних углах смрадной обители, силуэты буквально растворились во тьме, и лишь только пара отражающихся в свете изумрудного пламени глаз выдавала их присутствие.
В свою очередь, ни ослеплённая яростью Ингриди, ни её друзья, что поспешили прикрыть руками свои лица, не могли видеть таинственных незнакомцев. Так и оставшиеся незамеченными собратья по несчастью, пристально сверлили взглядами чужаков, не желая показываться из темноты.
– Ох, Данкен, прости! – воскликнула Кэтлин, едва уцелевший глаз привык к свету, и та смогла его немного приоткрыть.
– Всё в порядке! – дрожащим от обиды голосом пробурчал картограф, крепко зажимая ушибленную скулу.
– Я, правда, не хотела! – виновато продолжала Уортли, – Я ж в плечо хотела …
На мгновение белокурая леди замешкала, мысленно сопоставив события случившегося.
– А что ты вообще делал на коленях?! – перейдя в нападение, Кэтлин назидательно зыркнула целым глазом.
– Я … я просто … – замешкал Данкен, в очередной раз, подбирая слова, чтобы оправдаться.
– Я ж по-дружески хотела! – Уортли приветливо улыбнулась уголками рта.
Желая показать искренность своих намерений, Кэтлин быстро приблизилась к другу и крепко стукнула его в плечо. В свете яркого пламени, что источала Ди, Уортли прекрасно видела Бритса, отчего в этот раз попала туда, куда хотела, только вот силу не рассчитала. Очередной сдавленный писк не заставил себя ждать, и Мышь тотчас схватился за плечо.
– Кэт, твою … – грубо выругавшись, Ди сверкнула взглядом, – Перестань его лупить сейчас же! Ты не многим лучше!
– Но я же … – бегая взглядом между могущественной чародейкой и забитым картографом, Кэтлин сдалась.
При всём желании оправдаться, Уортли всё же поняла, что едва ли сейчас её слова будут значить хоть что-либо. Побеждённо вскинув руки кверху, Кэтлин отсела от картографа подальше, набрав весьма почтительную дистанцию.
– Всё в порядке, я заслужил это! – пролепетал Бритс, – Я неудачник! На меня рассчитывали мои предки, а я их подвёл …
Упреждающе расставив ладони, Данкен расставил руки в разные стороны, словно собираясь разнимать двух леди, что вот-вот сойдутся в схватке за него. Боль тяжёлыми волнами прокатывалась по телу, но Бритс не опускал рук, считая, что совершает действо нужное и благородное, как раз подстать такому рыцарю, которым он хотел себя видеть.
– Подвёл?! – прошептала Ди, словно услышала нечто сакральное, что задело её до глубины души, – Ты их подвёл?!
В ответ Данкен коротко кивнул, после чего потупил взгляд в пол, но Ди продолжала и, казалось, вовсе не ждала сейчас от него ответов.
– Подвёл их?! – в этот раз девочка сделала особенный акцент на последнем слове, после чего резко разразилась нравоучительной нотацией: – Ну, знаешь ли! Какой же ты эгоист, чтоб тебя! Ты тут ноешь о том, о сём! Бедненький не стал героем! Не стал рыцарем! Да ты же попросту кусок гноллового дерь…
Распалившаяся в речах девочка не стеснялась в крепких выражениях, которые один за другим вырывались наружу.
– Я?! – изумлённо воскликнул Данкен, – Но как я …
– Заткнись, не доводи меня! – рявкнула Ди.
Голос малышки хоть и звучал по-детски, но всё же взрывающаяся над её головой пламенная субстанция значительно придавала убедительности каждому её слову.
– Целыми днями только ноешь и ноешь! Вечно кому-то что-то должен! – малышка пренебрежительно фыркнула, закатив глаза, после чего принялась демонстративно загибать пальцы, – Эми, Кэт, мне, а теперь совсем умом тронулся, с камнями разговариваешь, перед ними в верности клянёшься?! Ты головой не бился часом?! Это шторм тебя так подкосил?
Стараясь высказаться как можно быстрее, Ингриди тараторила слова так быстро, что, казалось, забывала даже дышать.