Константин Хант – Шелортис. Книга третья. Часть вторая (страница 16)

Хотя, если быть откровенным, то королеву оберегал только Капулиций. Наделённый «истинной» силой «первых», придворный шут, как мог, пытался поддерживать пламя жизни в теле юной Вивьер, пока его собственный покой обеспечивали Лгун и Врун.

К слову, люди Гарарда охотно помогли бы Капулицию, и его шутовской свите переместится в место более укромное и подходящее, но, едва только стоило хоть кому-то прикоснуться к рыжеволосому мужчине, как его тотчас отбрасывало в сторону, на пару полных шагов.

Решив оставить всё как есть, комендор «Центурия», а ныне глава рекрутинговой кампании Ринвуда велел возвести над шутовским экипажем шатёр, дабы даже само солнце не видела тех дел, что происходили вокруг персоны Её Величества, правительницы Райта.

Тем временем, правительница Райта, хоть и не подавала признаков жизни, но всё же, пока ещё не умерла. Младшие шуты уже успели обработать запёкшиеся на солнце раны, при этом, с удивительной ловкостью и усердием выкорчевав кусочки застрявших в теле Вивьер пуль.

И хоть в мире живых Её Величеству больше ничего не угрожало, где-то там, во тьме безмолвного простора, за жизнь израненной души боролся последний из рода, что поклялся, во что бы то ни стало, защитить ту самую, «истинную» из всех истинных, пусть даже ценой собственной жизни.

В свою очередь, по ту сторону шатра, силуэты Вивьер и Капулиция были плотно скрыты от посторонних глаз, но даже несмотря на это, сидевший на плече Мыша, Ларс, то и дело, поглядывал в их сторону. Шевеля носиком и ушками, магический зверёк, будто бы общался с ними, слышал их безмолвные мысли и даже, казалось, отвечал им что-то.

Данкен чувствовал, как его маленький друг встревоженно впивался коготками в насиженное им плечо, отчего беспокоился ничуть не меньше. И хоть компания жутких карликов вызывала у Бритса ужас, всё же, Мышь переступал через себя, раз за разом сближаясь с шатром и позволяя Ларсу как следует обнюхать всё, что ему хотелось.

Тем временем, в центре площади было многолюдно. Преданные делу и комендору лично солдаты донесли волю главы ринвудской вербовки до всех и каждого, отчего встревоженные горожане медленно, но верно стягивались в главный городской квартал.

И хоть подавляющее большинство мужчин и женщин не приближались к вербовочному блокгаузу, всё же, из числа прочих нашлись отчаявшиеся смельчаки, что выстроились небольшой вереницей у входа, ожидая, когда их примет не кто иной, как сам Баримон Гарард.

Восседая в центре наспех собранной фортификации, глава вербовочной кампании лично отбирал людей в отряды. Надеясь сыскать хоть кого-нибудь, мало-мальски пригодного к службе, Баримон дознавался до каждого вошедшего, в то время, как сидевшая за столом Риниша Франта готовила разрешительные грамоты и прочие бумаги на будущих солдат.

– И как же вы, прошу простить, собираетесь, стрелять из мушкета?! – поинтересовался Гарард, глядя на ветхого старика, чьи руки дрожали так сильно, едва удерживали небольшую котомку, – Впереди нас ждёт бой и бой серьёзный, трудный! Нам придётся бить противника в лоб, а для этого важны скорость, реакция и стойкость!

Сжимая кулаки, старик понимающе кивнул, после чего покинул блокгауз, не проронив ни слова.

– Следующий! – крикнула Риниша, лишив этой нужды своего учителя.

– Следующий! – вторил солдат, стоявший по ту сторону дверей, – Ты, пухлая, заходи, давай!

Не успела закрыться дверь, после того как из фортификации вышел старика, как внутрь робко вошла рослая дама средних лет, что по своим телесным данным полностью отвечала данной привратником оценке.

– Не думал, что леди изъявят желание … – произнёс Баримон, но не успел закончить фразы, как его тотчас оборвали.

– А што эт, если жэнщина … – с возмущённым надрывом воскликнула дама, – … то и в ряды салдат ей ни встать?!

Смерив вошедшую взглядом изумлённым и несколько ироничным, Гарард обернулся на Франту, что в этот самый момент едва ли не скалилась в порыве ненависти и отвращения.

– Кто вы?! – вновь заговорил Гарард, почувствовав отношение своей ученицы.

– Ана-Банана!!! – воскликнула пухлая дама, надув губы, словно маленький ребёнок.

– Ана-кто?! – переспросил комендор, нахмурив брови.

Образ вошедшей дамы был более чем противоречив. Безразмерная одежда, скрывавшая её тело, выглядела излишне цветастой и была преисполнена ядовитыми оттенками. Жидкие, но при том длинные волосёнки тянулись к плечам и были стянуты цветастыми бантиками, а важное и, даже, надменное лицо, сально блестело, вызывая некоторое отвращение.

– Анабель Блан! – воскликнула Риниша, абсолютно нейтральным голосом и не поднимая при этом глаз на даму.

– Спасибо, леди Франта! – тут же отозвался Гарард.

Переведя взгляд на вошедшую, Баримон уже выбирал слова для отказа, но первой вновь заговорила Анабель.

– Ты магла б паписать и пабыстрей! – с напускной иронией выпалила пухлая дама, – Чо умничаешь-та, коротыжка?!

Закончив свою пламенную речь оскорблений, Анабель повернулась к Баримону и, выставив напоказ декольте с широким вырезом, принялась демонстрировать свои чрезмерно пышные формы. То и дело, бросая надменные взгляды на леди Франту, искренне веря, что та не поднимала глаз из зависти, а не от отвращения.

– Леди … – хотел было окликнуть даму Гарард, но в последний момент стих, избрав иное обращения, – Ана-Банана!

– Эт вы к каму?! – возмутилась Блан, демонстративно обернувшись к двери, – К каму эта так вы обращаитись?!

Опешив от неожиданности, Баримон изумлённо выгнул бровь.

– Вы же представились как Ана-Банана! – крепко сжимая губы, чтоб не рассмеяться, Гарард упёрся боком в край стола.

– Я?! – в голосе Блан зазвучали изумлённые нотки, – Кад-да?! Вы миня с кем-та путаити!

Переглянувшись с Ринищей, Баримон слегка встряхнул головой, надеясь, что стоявшее на пороге недоразумение, не более чем галлюцинация, вследствие недавней травмы. Однако Анабель Блан была реальна и в самом деле надеялась вступить в ряды его отряда.

– Что ж … – тяжело вздохнув, задумчиво произнёс Баримон, – … думаю, вам стоит …

– Знаю! – воскликнула Блан, – С такой как я савладать трудна! Влюбился да?! Ни хочешь мной жертвавать! Ладна!

Протянув руку, Анабель хотела было коснуться плеча комендора, но тот, в последний момент повернулся в противоположную сторону, убрав плечо от вероломного захвата.

– А я ни пайду в твой отряд!!! – уязвлённо прорычала Блан, чьё лицо вмиг изменилось до неузнаваемости, – Я ухажу!!!

Показав язык, Ана-Банана развернулась и, грозно топнув ногой, едва не порушила хлипкую фортификационную конструкцию. Не мешкая более ни секунды, Блан вышла прочь, вереща истеричным криком и ругая всех и всё вокруг, словно только что в её жизни произошла самая большая потеря из всех возможных.

– Что это такое было?! – еле слышно пробормотал Гарард, не в силах даже рассмеяться от пережитого шока.

– Это Анабель! – едко хихикнув, буркнула леди Франт, после чего, спросила: – Следующего звать?!

– Это будет о-о-очень до-о-олгий день! – отрешённо протянул Баримон, наконец, позволив себе улыбнуться.

Ещё миг и возглас Риниши возвестил о том, что новый кандидат имел шанс попытать счастье встать в один ряд к лучшим солдатам комендора Гарарда.

– Имя?! – сухо спросил Баримон, не поднимая глаз на очередного кандидата.

– Рухильо! – отозвался откровенно детский голос, отчего комендор тотчас поднял, а вернее, опустил свой взгляд.

– Тебе сколько лет?! – прошептал Гарард.

– Мне восемь! – гордо отозвался невысокий мальчишка, вытянув перед собой две ручки, выставившие по четыре пальца.

Переглянувшись с Ринишей в очередной раз. Баримон обогнул паренька, стремглав выйдя на улицу и окинув взглядом небольшую вереницу стоявших на пункте отбора горожан. И хоть больше среди изъявивших желание вступить в отряд детей не было, всё же, ветхие старики и пара возрастных дам, не вызвали у Баримона восторга.

– Господа! – воскликнул Гарард, обратившись взглядом к толпе зевак, что стояли чуть поодаль, – Я понимаю, чего стоит ошибиться! Я понимаю, что за минувшие годы, ваша вера в корону поугасла, но в одном я уверен точно! Все мы любим наш Ринвуд! Наш дом! Чтобы ни случилось, мы должны иметь возможность защитить его ото всех врагов!

Выйдя на центр площади, Баримон в очередной раз оказался среди толпы, чем вызвал немалую толику тревоги в глазах квартирмейстера Снорко, что стоял неподалёку.

– Вы видите, мы боремся с врагами внутренними! – разведя руки, Гарард обернулся к эшафоту, – Но их куда больше! А враги внешние, только и ждут возможности, что ударить нас посильнее, укусить побольнее! Так разве этого заслужил наш славный Ринвуд?! Лежать у ног ставленых господ?! Предаться разграблению мародёрам?! Пасть пламени пожаров?! Так?!

Вновь повернувшись к толпе, Баримон сделал небольшую паузу, давая присутствующим возможность осмыслить сказанные им слова. Едва ли хоть в чьём-то обескураженном лице безликой толпы просиял интерес к словам комендора, однако, всё же, они продолжали слушать, внимая словам, хоть и не принимая их в свои души.

– Как знаете, господа! – хмыкнув, подытожил Гарард, – С вами или без вас я буду защищать Ринвуд! Это мой город и я больше никому не позволю его разрушать! Да будет так! – сделав короткую паузу, комендор продолжил, – Но, помните, что сегодня вам впервые дан шанс сделать свой выбор, и вам решать впишите ли вы свои имена в историю или же …