Константин Градов – Дальняя работа. Волга за спиной (страница 8)

— Значит, ты был прав.

— Я был прав насчёт дыма. Насчёт стены я угадал.

— Разница есть?

— Есть, — сказал Михаил. — Одно можно повторить, другое нельзя.

Илья вернулся к блокноту и дописал под чертой, поперёк, крупно: заднюю отметку брать сразу, не когда потеряешь переднюю.

— Покажи, — сказал Михаил.

Илья повернул блокнот. Михаил прочитал и указал на строку, которая была только справа.

— В левый не перенесёшь?

— Пока сам не подтвердил.

— А если не подтвердишь?

— Тогда останется твоим наблюдением.

Михаил взял проволоку и добавил новый сгиб отдельно от ночной отметки.

Снизу поднялся чужой и спросил, где здесь его. Илья сказал, что не знает, и показал вдоль кладки, туда, где сидели все. Тот пошёл и сел с краю.

Он сел к ближайшим. К этому часу иначе на кладке уже никто не садился.

Снизу, от воды, вышел ещё человек, мокрый по грудь, и остановился, не зная, к кому идти. Илья поднял руку. Тот пошёл на руку.

— Свой? — спросил Михаил.

— Свой.

Илья внёс его в левый столбец. Михаил поставил ту же отметку напротив в правом столбце, и черта от этого не сдвинулась.

Сверху, по откосу, спускался человек. Он не оглядывался и не выбирал, куда ставить ногу, и шёл прямо к Ветрову.

Человек наклонился к Ветрову, сказал коротко и показал вверх. Ветров выслушал, посмотрел на кладку и подозвал Илью.

— Полного сбора не ждём. Берёшь тех, кого принял, и ведёшь к высоте сто два ноль.

— А те, кто выйдет после?

— Их примут здесь. Твой порядок передашь тому, кто останется.

— Зимин идёт со мной.

— Идёт. Проверку не дели.

Илья повернул блокнот к Михаилу. Тот прочитал обе стороны страницы и передал порядок бойцу у кладки: кого сажать к своим, что не сводить догадкой и где искать запись о винтовке. Илья дождался, пока тот повторит.

Только после этого он закрыл блокнот. Правый столбец не исчез, люди в нём не стали пропавшими, а возвращаться к воде за ответом было уже некогда. Михаил встал рядом. Они повели подтверждённых вверх, к новой работе.

Глава 3. Высота

К одиннадцати они стояли уже не у воды.

От двора, в который их привели, остались обрывки стен и вытянутая поперёк полоса битого кирпича. За полосой начинался долгий ровный подъём. Выше на нём темнели разрозненные куски кладки; издали они сливались в одну линию.

Илья сверил своих взглядом, не вслух. От кладки у воды до этого двора к принятым им людям никто не прибавился и никто не отстал; блокнот оставался закрытым.

Люди сидели у стены и не разговаривали. Со вчерашнего они спали столько, сколько спали, и это было видно по тому, как они садились: садились сразу, где стояли, и места не выбирали.

— Товарищ младший сержант.

— Что?

— Тех, кто не вышел, искать будут?

— Их принимают на берегу. Не мы.

— А если они там?

— Тогда их примут там. — Илья сказал это ровно, не смягчая. — У меня два столбца: кого принял я и кого подтвердил Зимин. Веду принятых, как приказал Ветров. Расхождения остаются в записи.

Ветров пришёл со стороны подъёма и присел у стены.

— Высота сто два ноль, — сказал он и показал подбородком выше кладки. — Туда идём. Не сегодня.

— А сегодня?

— Сегодня вон то.

За полосой кирпича, у дальней стены, в неглубокой яме лежал раненый. Отсюда видно было плечо и локоть, и то, что локоть время от времени менял положение.

— Кто с ним?

— Никого. Носильщики уже ходили и вернулись без него.

— Побиты?

— Вернулись. За стеной им помогли.

Илья посмотрел на полосу. Она была шириной в короткий бег и вся открыта сверху: ни ямы, ни выступа, ни куска стены поперёк.

— Пробовали повторно?

— Пробовали.

— На том же месте?

— Шли серединой, огонь пришёл у краёв.

— По одному месту или по разным?

Ветров помолчал.

— Не скажу. Я смотрел на людей, а не на землю.

— Тогда я посмотрю на землю.

— Смотри. — Ветров загнул угол карты внутрь, хотя карту не разворачивал. — К исходу дня рота уходит вперёд. Кого не вынесем до движения, того нести будет некому.

— Исполнитель — я.

— Срок?

— Скажу, когда пойму, отчего бьют. Раньше срока называть не буду.

— Раньше срока и не называй. — Ветров встал. — Только помни: срок не мой. Срок — рота.

Он ушёл вдоль стены, пригнувшись там, где стена была ниже.

Илья лёг у края полосы и стал смотреть не наверх, а под себя.

Кирпич лежал ровным слоем, кроме раздельных пятен у краёв. Там его вывернуло светлой стороной вверх. Между пятнами, в середине полосы, кирпич оставался серым и слежавшимся.

— Били не по всей полосе, — сказал он.