Константин Градов – Дальняя работа. Волга за спиной (страница 19)

* * *

Связиста они держали за штабелем, пока пыль над коробкой не осела и Ветров не разрешил проход.

Илья ещё раз приложился к строке попаданий у безопасного края. Низкий просвет лежал за сплошным основанием стены и из щели не открывался; только у обрыва рука связиста должна была выйти к проводу. После спуска жест Михаила уже не был виден.

— Слушать, — сказал Илья ему. — До угла идёшь как ходил. У угла останавливаешься и дальше не заворачиваешь.

— А как же?

— Заворачиваешь ниже. Между основанием стены и осевшим кирпичом есть непрерывный просвет. Проползёшь в нём боком, пока кладка снова не даст укрытие. Медленнее и хуже, зато до обрыва остаёшься ниже линии щели.

— Провод там как?

— Провод там же, наверху. Ты его достанешь рукой, не поднимаясь.

— Достану.

— На обрыве не садись. Сядешь — будешь сидеть долго, а долго нельзя.

— Я стоя не сращу.

— Тогда лёжа. — Илья сказал это не мягче, чем раньше. — Ляг на бок и делай.

— А если дальше тоже повреждено?

— Чинишь то, до чего дошёл, и уходишь. Дальше будем смотреть после.

Связист снял с себя всё, что мешало, и оставил у штабеля.

— Рука его, — сказал Илья, показав на Михаила. — Опущена — идёшь. Поднята — стоишь, где стоишь, и не двигаешься совсем.

— А если я под кирпичом её не увижу?

— До спуска увидишь. Внутри при новом ударе ложишься и ждёшь тишины. Назад не поворачиваешь.

Он пошёл.

До угла дошёл спокойно, остановился по команде и спустился в просвет — неловко, боком. Кирпич под ним поехал; связист замер, переждал и двинулся дальше.

Счёт Илья оставил Михаилу. Сам держал верхнюю полосу окон и место, где она сходилась с линией к обрыву, а положение связиста отмечал между проверками торца; чужую временную шкалу не подменял своей.

Михаил вёл прежний ход отдельно и не говорил.

Связист дошёл до места обрыва. Отсюда было видно только, как он лёг на бок и как одна его рука ушла вверх, к проводу, а вторая осталась внизу.

Он лежал дольше той дальней отметки, которую Михаил показал перед выходом.

— Долго, — сказал Михаил.

— Пусть.

— Я не тороплю. Я говорю, что долго.

Рука опустилась. Связист повернулся на живот и пополз обратно.

Обратно он двигался быстрее. Перед углом поднялся раньше условленного, увидел ладонь Михаила и снова присел.

Ударило.

Не по нему. Легло за поворотом, возле места ремонта, вдоль провода. Пыль закрыла светлый сросток, но сам провод остался лежать на кирпиче.

Только задержка была не такая.

— Короче, — сказал Михаил. — Прежнюю отметку не повторяет.

— Хватит, чтобы прежнюю временную отметку больше не считать рабочей?

— Хватит. Но нового места это не даёт.

Илья смотрел на верхнюю полосу торца. Никакого движения там он не увидел.

— Старый ход не годится, — сказал он.

— Не годится.

— Тогда откуда?

— Не знаю, — сказал Михаил. — Знаю только, что дорога от глаза до тех, кто кладёт, стала короче. Или глаз ближе, или дорога прямее.

Связист добрался до штабеля и сел, и сидел, опустив руки между колен.

Руки у него ходили не сильно и не всё время, а короткими заходами; он убрал их между колен, чтобы не было видно. Илья это видел и ничего не сказал.

— Пить, — сказал связист.

Ему дали.

Он выпил не всё и вернул, и вернул той рукой, которая держала провод.

— Есть связь? — спросил Ветров, подойдя.

— Есть, — сказал связист. — Срастил.

— После удара проверил?

— Проверил. С той стороны ответили.

Больше он ничего не сказал и не стал рассказывать, как это было; он взял то, что оставил у штабеля, и пошёл вдоль стены обратно.

Ветров посмотрел ему вслед, потом на коробку.

— Работает? — спросил он у Ильи.

— Линия работает. Узел не проверен.

— Как это?

— До воздействия верх коробки был рабочей версией. После воздействия — непроверенной. При проходе ожидаемого дальнего ответа не было; это польза для связиста, но не доказательство. На обратном пути возле провода легло с другим ходом времени. Прежнюю временную отметку использовать нельзя. Перенеслось ли наблюдение и куда — не знаем.

— То есть ты даёшь мне запись, которая уже устарела.

— Часть её устарела в момент воздействия, — сказал Илья. — Проход её не вернул; он показал только, что связист смог пройти.

Он открыл блокнот, нашёл верхнюю половину страницы, где стояла коробка с рядами, и провёл под ней черту.

Под чертой он записал: до воздействия — возможный сектор и прежний ход ответа; после воздействия — не проверено; проход выполнен; новый ответ — с другим ходом; причина изменения неизвестна.

— Ты сам себе перечеркнул работу, — сказал Ветров.

— Не перечеркнул. Пометил.

— Разница?

— По перечёркнутому не пойдут. По помеченному увидят, где кончилось проверенное.

Ветров молчал, глядя на страницу.

— Со следующего раза границу действия ставь сразу, — сказал он. — Рядом с самой записью, не в конце страницы.