Конни Мейсон – Невеста Льва - Конни Мэйсон (страница 13)

— Я выбираю насилие! — заявила Ариана.

Ее гордость была бы уязвлена, если бы норманн пробудил в ней страсть. Пусть уж лучше он возьмет ее силой, против ее воли.

Взглянув на жену, Лайон рассмеялся.

— Вы выбрали насилие? Боюсь, оно вам не понравится. Нет, Ариана, вы созрели для искушения. Я хочу соблазнить вас.

Лайон действительно не хотел применять силу, продолжая исступленно ласкать Ариану. Его шершавые загрубевшие ладони гладили ее шелковистую кожу. Она снова неистово закричала, когда его пальцы проникли в ее влажное горячее лоно. Лайон внимательно наблюдал за выражением ее лица, стараясь уловить малейшие оттенки чувства. Зеленые глаза Арианы потемнели от страсти. Она впервые испытывала такую бурю эмоций. И, осознав это, Лайон широко улыбнулся. Ариана была невинна, теперь он в этом не сомневался.

Ариана тяжело дышала. Она и представить себе не могла, что бывают такие дерзкие, безумные ласки. Когда Лайон снова стал ласкать ее, она начала извиваться и корчиться, не помня себя от возбуждения.

— Вы хотите меня, Ариана, ваше лоно переполнено соками любви, — прошептал Лайон.

Чувствуя влагу, выступившую в промежности, Ариана смутилась. А пальцы Лайона между тем растягивали ее девственную плеву, готовя ее к последней атаке. И вот наконец она почувствовала у входа острие мощного копья. Лайон был так возбужден, что ему не терпелось побыстрее получить разрядку. Ариана сама просила, чтобы он изнасиловал ее, но что-то все же останавливало Лайона. С ним в постели лежала не шлюха, привыкшая к грубому обращению, а его жена, мать его будущих детей. Лайону не составляло труда взять ее силой, но он не хотел причинять ей боль.

Он все глубже проникал в ее лоно. Теперь он был совершенно уверен в том, что Ариана раньше не отдавалась мужчинам. Она была чистой и непорочной. Почувствовав боль, Ариана ахнула и закусила нижнюю губу. У Лайона сжалось сердце, когда он увидел гримасу страдания на ее лице.

— К сожалению, боли не избежать, — мягко сказал он.

Ариана побледнела и застонала. Она знала лишь понаслышке о том, как происходит соитие между мужчиной и женщиной. Чувствуя, как всю ее заполняет огромный жезл мужа, она пришла в ужас. Ей казалось, что он не поместится в ней. Но к ее удивлению, боль скоро прошла, и благодаря предварительным ласкам она снова испытала удовольствие. Ариана уже вздохнула с облегчением, думая, что самое неприятное позади, но тут, почувствовав, что она расслабилась, Лайон решительно атаковал ее и уничтожил девственную защиту. Ариана пронзительно закричала, вонзив ногти в спину мужа. Лайон застыл, ожидая, когда ее боль утихнет.

— Самое страшное уже позади, радость моя, — прошептал он, убирая влажные от пота волосы с ее лба.

Надеясь, что первый шок от боли прошел, Лайон начал осторожно двигаться. И хотя у Арианы еще саднило все внутри, она испытала скорее чувство удовольствия, нежели неприятные ощущения. И только когда его возбуждение передалось ей и она начала приподнимать бедра навстречу ему, Лайон увеличил темп. Его толчки внутри ее лона становились все интенсивнее, все мощнее. Это испугало Ариану. Искаженное страстью лицо Лайона внушало ей страх. Она больше не испытывала удовольствия от соития, и Лайон заметил это, но уже не мог остановиться — он слишком долго сдерживался.

Лайон поклялся себе, что в следующий раз его жена получит наслаждение от занятия любовью. Он хрипло, прерывисто дышал. Ариана почувствовала, как его тело напряглось, и в следующий момент он излился в нее. Через мгновение Лайон упал рядом с ней на постель, его разгоряченное тело было влажным от испарины.

Ариану охватило негодование. Ее привела в бешенство мысль о том, что Лайону удалось разбудить в ней страсть, заставить наслаждаться его ласками. И лишь острая боль привела ее в себя, вернула к суровой действительности. Она резко села на кровати и набросилась на Лайона с обвинениями и упреками.

— Нормандский ублюдок! — воскликнула она в конце своей путаной речи.

Молча выслушав ее, Лайон силой уложил Ариану снова на постель. Его лицо потемнело от гнева. В этот момент он был похож на дьявола, явившегося из преисподней, или на дикого разъяренного зверя, готовящегося к прыжку.

— Да, я — действительно ублюдок, — сквозь зубы процедил он, не сводя сердитого взгляда с жены, — и не отрицаю этого. Всем известно, что я незаконнорожденный. Всю свою жизнь я нес эту печать позора. Но с тех пор как я вместе с Вильгельмом явился в Англию, все изменилось. Теперь я — уважаемый человек, знаменитый воин, владелец прекрасного замка и обширных плодородных земель. Моя жена принадлежит к знатному древнему роду. Наши дети будут правителями этой прекрасной земли. Они станут защитниками Англии и наследниками славы воинов Вильгельма.

— Почему вы так уверены, что я рожу вам детей? — сердито спросила Ариана, потирая руку, за которую он больно схватил ее, когда опрокидывал на постель. — Возможно, я окажусь бесплодной.

Лайон зло прищурился, своенравие и строптивость жены раздражали его.

— Вы не можете знать этого наверняка, — возразил он. — Или у вас было ведение? Может быть, вы ведьма?

Ариана сжалась от страха.

— Нет, я не ведьма. Видения, которые у меня бывают, редко касаются моей судьбы, в них я вижу прежде всего то, что случится с другими людьми.

— Вот оно что, — с усмешкой сказал Лайон и окинул ее нагое тело оценивающим взглядом.

Его настроение явно изменилось.

— Я знаю, что вам не понравилось то, что мы сейчас делали, — заметил он.

— А разве это может понравиться женщине?

— Конечно. Придет время, и выполнение супружеского долга будет доставлять вам большое удовольствие, поверьте мне.

— Мне не хотелось бы еще раз пережить то, что я только что испытала. Подумайте о том, что, возможно, я уже зачала ребенка. В таком случае у вас нет причин снова дотрагиваться до меня.

— А вдруг вы ошибаетесь? Впрочем, даже если это произошло, мы не должны лишать себя удовольствия.

— Удовольствие от соития получаете только вы, — напомнила Ариана. — Я никогда не поверю, что женщине может нравиться заниматься любовью.

В глазах Лайона зажглись озорные искорки.

— Вы ошибаетесь. Опытный, искусный любовник может доставить любой женщине истинное наслаждение.

Единственная свеча, освещавшая комнату, уже почти догорела, и Лайон зажег новую. Затем он взял свою рубашку и, намочив ее в тазу с водой, тщательно выжал. Подойдя к Ариане, Лайон раздвинул ей ноги.

— Нет, не надо, — испуганно запротестовала она.

Но Лайон не слушал ее. Прежде чем она успела сжать ноги, он вытер влажным рукавом рубахи ее промежность. Белая ткань окрасилась кровью. Глаза Арианы стали круглыми от страха.

— Вы поранили меня! — в ужасе вскричала она. — Теперь я истеку кровью и умру!

— Нет, моя дорогая, эта рана не смертельна, — возразил Лайон. — Кровотечение скоро прекратится. Я достаточно бережно обходился с вами, хотя вы и просили, чтобы я изнасиловал вас. Обещаю, что в следующий раз вы не испытаете никаких болезненных ощущений.

— Я сомневаюсь, что в следующий раз все будет по-другому. Вам, наверное, не хватает умения и опыта. Неужели нам придется часто предаваться любовным утехам? Меня это приводит в отчаяние.

Лайон от души расхохотался.

— На меня еще не жаловалась ни одна женщина из числа тех, с кем я имел дело, — заявил он.

— Возможно, у ваших любовниц извращенный вкус и им нравится, когда им причиняют боль. Кстати, я нахожу леди Сабрину очень красивой.

Лайон помрачнел.

— Откуда вы знаете о Сабрине? — нахмурившись, спросил он. Ариана надула губы и отвернулась. — Впрочем, дайте я сам угадаю. Вам рассказал о ней Эдрик, не правда ли? Забудьте о нем, вам никогда не быть вместе. Я — ваш законный супруг, вступивший наконец в свои права. И теперь мы будем каждую ночь заниматься любовью. Я не выпущу вас из объятий до тех пор, пока не почувствую полного удовлетворения от нашей близости.

Ариана бросила на него недоверчивый взгляд.

— Вы, наверное, считаете меня совсем глупой, — недовольным тоном заметила она. — Однако даже я знаю, что нельзя всю ночь напролет заниматься любовью, на это просто не хватит сил.

Лайон усмехнулся:

— Вы ошибаетесь, я молод и похотлив. Дайте мне отдохнуть пять минут, и я снова буду готов овладеть вами.

Взяв руку Арианы, он положил ее на свой жезл, который тут же начал затвердевать, наливаясь силой. Пальцы Арианы непроизвольно крепко сжались, и по ее телу пробежала дрожь возбуждения.

— О Боже! — воскликнул Лайон, и Ариана тут же разжала пальцы и испуганно отдернула руку.

Лайон схватил ее за талию и посадил верхом на себя.

— Хотите прокатиться на горячем скакуне, миледи? — спросил он хриплым от страсти голосом. — Держу пари, вам это придется по вкусу. Вот увидите, к утру вы почувствуете себя довольной и счастливой.

— О нет… — испуганно прошептала Ариана.

Он пригнул к себе ее голову и впился в губы жадным поцелуем. Его язык проник ей в рот, а пальцы погрузились в густые шелковистые волосы. А потом руки Лайона стали ласкать разгоряченное тело Арианы. Он посасывал ее грудь, покрывал поцелуями шею, плечи и живот.

Сердце Арианы готово было выскочить из груди. Позабыв обо всем на свете, она стала отвечать на его ласки. Ей хотелось прикасаться к нему, гладить его тело, целовать его лицо. По всей видимости, она совсем обезумела, ведь Лайон был захватчиком, иноземцем, завладевшим ее землями и заставившим ее против воли выйти за него замуж. Она всей душой ненавидела его, но тело предательски таяло и млело от его ласк, а из ее груди вырывались крики и стоны наслаждения.