Апрельский кризис. В дни, когда большевики вырабатывали свой новый курс, произошли события, которые ярко подтверждали ленинский тезис о нежелании правительства дать народу мир. 18 апреля или 1 мая по новому стилю в Петрограде прошла многотысячная первомайская демонстрация, одним из главных лозунгов которой был «Мир без аннексий и контрибуций». В этот же день П. Н. Милюков направил правительствам Антанты ноту, в которой вместо инициатив по заключению мира подтверждал готовность России «довести мировую войну до решительной победы»[221]. Текст ноты буквально поразил Исполком Совета, так шел в прямое противоречие с декларацией правительства от 27 марта. Эсеры стали обсуждать возможность составить правительство без кадетов: «Каждый день, – говорил лидер эсеров В. М. Чернов, – усиливает нашу позицию. <…> Мы несомненно знаем, что боремся за власть… Свергнуть-то всегда можно, но пробил ли час?»[222]. В итоге Исполком решил вступить в переговоры с правительством.
20 апреля тысячи солдат пришли к Мариинскому дворцу, где заседало правительство, и потребовали отставки Милюкова и Гучкова. Лидеры Петросовета уговорили солдат вернуться в казармы. Вечером на встрече с делегацией Исполкома Г. Е. Львов сразу заявил о готовности правительства уйти. Затем министры нарисовали мрачную картину положения дел в стране. Лидеры Исполкома испугались ухода кадетов и удовлетворились обещаниями правительства «разъяснить» текст ноты как стремление к миру без аннексий.
Однако 21 апреля на улицы столицы на антивоенную демонстрацию вышли около 100 тыс. рабочих и солдат. Демонстрации прошли в Москве и других городах. Многие солдатские комитеты на фронте заявили о недоверии военному министру Гучкову. Ему и Милюкову пришлось уйти в отставку. Следует подчеркнуть, что антивоенные демонстрации не были результатом пропаганды большевиков, которые еще только разворачивали свою печать в действующей армии. Главным фактором было желание народа закончить войну. И именно эсеры и меньшевики придали рациональную форму этому желанию, выдвинув лозунг заключения мира без аннексий и контрибуций.
Первая коалиция. После апрельских демонстраций кадеты предложили лидерам Совета войти в состав правительства, угрожая отставкой. Предложение было принято. Главный аргумент: только коалиционное правительство сможет наладить управление страной, избежать анархии, которая может привести к победе контрреволюции. Горечь поражения революции 1905 года была свежа в памяти. В состав нового кабинета наряду с десятью министрами либерального толка вошли шесть министров-социалистов. Премьером остался князь Г. Е. Львов, пост военного министра занял эсер А. Ф. Керенский, пост министра земледелия – эсер В. М. Чернов. Задачи нового кабинета были объявлены в Декларации от 5 мая. По вопросу о войне в ней говорилось: «Временное правительство… открыто ставит своей целью скорейшее достижение всеобщего мира… без аннексий и контрибуций на началах самоопределения народов». По вопросу о земле правительство обещало «регулировать землепользование в интересах народного хозяйства и трудящегося населения». Чернов обещал издать декрет о запрете купли-продажи земли до Учредительного собрания, поскольку помещики стали совершать фиктивные сделки, дробя поместья на мелкие участки. Важным было и обещание бороться с хозяйственной разрухой «проведением государственного и общественного контроля над производством, транспортом, обменом и распределением продуктов». Выполнение заявленной правительством программы могло обеспечить мирное развитие революции. Однако кадеты, приняв на словах программу коалиции, стремились под прикрытием социалистов продолжать свою политику. И это определило судьбу кадетов, коалиции и революции.
В мае под руководством эсеров состоялся I Всероссийский съезд крестьянских депутатов. Из более 1 тыс. делегатов эсеров было 537, большевиков – 9 человек. Съезд выразил доверие коалиционному правительству, но показал уязвимость коалиции: делегаты привезли десятки решений губернских и областных съездов и сотни наказов крестьянских сходов, в которых доминировали требования отмены частной собственности на землю и передела всей земли. Это было неприемлемо для кадетов. (Отметим в скобках, что наказы выявили полный провал аграрной реформы Столыпина в ее социально-политическом аспекте: стремлении насадить у крестьян психологию частной собственности.) Лидеры эсеров заверили крестьян в том, что наказы будут учтены, и под давлением делегатов вписали в резолюцию съезда положение о том, что до Учредительного собрания «все земли без исключения должны перейти в ведение земельных комитетов» с правом последних определять порядок обработки и уборки полей, укоса лугов и т. п.[223] После съезда крестьяне, ссылаясь на его решения, стали передавать землю помещиков волостным земельным комитетам. По сути, I Всероссийский крестьянский съезд положил начало аграрной революции.
Важно отметить, что аграрные требования крестьян были столь же рациональны, как и требование прекратить войну. Их реализация создавала более благоприятные условия для жизни миллионов крестьян. Конечно, уравнительный передел земли был болезненным для крупных земельных собственников, однако крестьянские наказы предусматривали различные формы социальной поддержки бывшим собственникам земли, прежде всего – нетрудоспособным. Была ли аграрная революция экономически ущербна в связи с тем, что разрушалось крупное товарное производство? Многие ученые-аграрники, такие как А. В. Чаянов и Н. Д. Кондратьев, и многие социалисты, начиная от правых эсеров, кончая большевиками, полагали, что такой ущерб будет временным и незначительным в силу непроизводительного потребления большей части доходов, который получал помещик от своей земли. И потери будут быстро компенсированы развитием различных форм крестьянской кооперации, вплоть до производственной[224]. При поддержке со стороны демократического государства в деревне открывалась возможность создания эффективной многоукладной экономики, отвечающей местным хозяйственным условиям и основанной на принципе социальной справедливости.
В июне состоялся I Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, который также поддержал программу коалиционного правительства («за» голосовали 543 делегата, «против» – 126 при 52 воздержавшихся). По вопросу о мире съезд занял противоречивую позицию. С одной стороны, он поручил правительству обеспечить быстрое заключение демократического мира. С другой стороны, делегатов убедили высказаться в пользу проведения наступления на фронте, а это решение шло вразрез с позицией солдат, которая сразу после революции выразилась в формуле: «фронт держать, в наступление не идти»[225]. Съезд избрал Всероссийский центральный исполнительный комитет (ВЦИК или ЦИК) Советов, в котором преобладали меньшевики и эсеры: 123 меньшевика, 119 эсеров, 58 большевиков, 13 «объединенных социал-демократов», 7 прочих. Председателем ВЦИК был избран меньшевик Н. С. Чхеидзе.
Июньская демонстрация. Решения съезда вызвали недовольство радикальной части рабочих и солдат Петрограда. Реагируя на это недовольство, большевики назначили на 10 июня демонстрацию под лозунгами «Вся власть Советам», стремясь показать делегатам съезда нежелание рабочих и солдат столицы поддерживать правительство с участием кадетов. Лидеры Совета, узнав об этих планах, провели на съезде решение о запрете всех демонстраций на три дня. Большевики подчинились. Но запрет компрометировал съезд, и он назначил демонстрацию на 18 июня, надеясь провести ее под лозунгом поддержки коалиционного правительства. Однако в Петрограде, Москве и других городах демонстрации прошли под лозунгами «Вся власть Советам», «Долой 10 министров-капиталистов», «Долой войну».
Июльские дни. В начале июля в стране возник правительственный кризис, который спровоцировали кадеты. Они вышли из правительства в знак протеста против действий министров-социалистов. Кадеты были против законопроекта о передаче земель в ведение земельных комитетов, который был внесен Черновым 29 июня на рассмотрение правительства, а также против его планов запретить куплю-продажу земли до Учредительного собрания. Кадеты критиковали министров-социалистов и за уступки, сделанные Центральной Раде Украины. Ее лидеры стремились к созданию национальной армии и к такой широкой автономии, которая превращала Россию в конфедерацию. Керенский на переговорах с деятелями Рады согласился на автономию Украины, но относил решение вопроса к компетенции Учредительного собрания. Смысл отставки кадетов: заставить министров-социалистов отказаться от выполнения принятой 5 мая программы коалиционного правительства. Остроту ситуации прибавили и первые сведения о неудачах июньского наступления на фронте: солдаты отказывались наступать.
Отставка кадетов поставила в повестку дня вопрос о формировании нового правительства, и это побудило радикальную часть рабочих и солдат столицы требовать перехода власти в руки Советов. Отметим, что они не требовали перехода власти в руки партии большевиков. Советы рассматривались рабочими и солдатами именно как многопартийные органы, отражающие интересы всех слоев рабочих, солдат и крестьян.
