Коллектив авторов – Fil tír n-aill… О плаваниях к иным мирам в средневековой Ирландии. Исследования и тексты (страница 57)
«Разве могу я тебе отказать, королева юная, златоволосая, ты мой выбор средь жен всего мира, с охотой поеду я в Страну Юности».
На спину коня мы уселись вместе, дева сидела передо мною, она сказала: «Ойсин, пора, поскачем же к берегу моря великого».
Быстрый конь поспешил в дорогу, вскоре мы прибыли к берегу моря, и чудный скакун продолжил свой бег, устремившись в бурные волны прилива.
Когда увидели Финн и фении3, как конь устремился в бурное море, рассекая грудью волны прилива, трижды вскричали горестным криком.
Промолвил Финн печально и грустно: «Знаю, меня ты покинул навеки, уж я не надеюсь тебя увидеть, ко мне вернувшимся с славной победой».
Лик исказился горем, и слезы текли обильно и падали наземь. А грудь исторгла печальный возглас: «Мой славный Ойсин меня покинул».
О Патрик, грустна правдивая повесть, рассказ о том, как мы расставались, разлука навеки отца и сына, исполнены оба мрака и боли.
Я обнял отца, прильнул к нему нежно, и меня обвили сильные руки, прощайте фении – я воскликнул, и слезы текли по моим щекам.
Много дней провели мы с Финном, с милыми фениями-друзьями, в играх, забавах, играя в фидхелл, вкушая музыки сладкую власть.
На охоту ходили по нежным равнинам, своры псов устремлялись за нами, случались и битвы, и наши герои побеждали врагов в боях и схватках.
Патрик:
Ойсин безумный, скажи нам скорее, забудь о фиане, поведай же дале, как ты прибыл в Страну Юности!
Ойсин:
Наш конь устремился в открытое море, к земле спиною, глядя на запад, вокруг шумели бурные волны, нас пропуская по водной равнине.
Много чудес пред нами предстало: селенья и замки, дворцы и башни, белые стены валов крепостных, за ними палаты, дворы и светлицы.
Еще я увидел дивное диво: безрогая лань, избежавшая лова, скакала пред нами, и свора псов, белых с пурпурными ушами, за ней летела веселой гонкой.
Еще я увидел, правдива повесть, юную деву на гнедом скакуне, с яблоком из чистого злата в руке, несущуюся по волнам.
Еще я увидел, как скачет за нею юный воин на белом коне, в легком плаще из алого шелка, с мечом златоверхим в правой руке.
«Кто эти двое, что скачут поодаль, моя королева, поведай о них мне, кто же эта прекрасная дева и кто этот всадник на белом коне?»
«На них не гляди, ты их и не видел, милый Ойсин, ты их не заметил, правду узнаешь, когда мы прибудем в Страну Юности»4.
Еще я увидел: предстал перед нами прекрасный замок, залитый светом, поверь, не случалось мне видеть раньше красивее дома, чем этот замок.
«Что это за замок, прекрасный и светлый? Туда ли мы едем? И кто живет в нем? И кто владеет чудесным замком, которому равных я раньше не видел?»
«Дочь короля Страны Живых владеет этим прекрасным замком. Ее похитил фомор Буллях, из Ледяной Горы, и держит там силой.
Но гейс наложила она на героя: не сможет он ее мужем стать, пока не появится храбрый воин и с ним не сразится рука об руку».
«Хвала же тебе, златовласая Ниав, поверь, не слышал я музыки слаще, чем речь твоя и твой нежный голос, хоть и печальна была твоя речь.
Сейчас мы поедем к плененной деве и, может статься, судьба решила, что мне достанется этот подвиг, и выпал мне жребий свершить деянье».
И мы поспешили в прекрасный замок, навстречу нам вышла светлая дева, подобная солнцу лицом и обличьем, с улыбкой промолвив нам сто приветов.
На ней был плащ из желтого шелка, на королеве, прекрасной ликом, подобно лебедю над волною была ее кожа, а щеки – как розы.
Были волосы ее золотыми, были синими очи ее без изъяна, были сладкими губы, как ягоды летом, и темные брови в чудесном изгибе.
Мы сели рядом на золоченых скамьях, нам слуги вынесли много еды, а пиво пенилось светлой пеной и выливалось из тонких чаш.
Мы вдоволь поели и выпили вдоволь, горького пива и сладкого вина, и тут промолвила нам королева: «Теперь же послушайте повесть мою».
Она нам поведала горькую повесть, и слезы текли по ее щекам, она сказала: «Мне не вернуться в мою страну, пока жив Мудрец».
«Молчи, о юная королевна, свою печаль ты доверила мне, я же, клянусь – вот моя рука, – сумею силою зло победить».
«Не встречалось раньше такого героя, под солнцем, под небом и на земле, кто вышел со славою и с победой, сразившись с ним рука об руку».
«Поверь же мне, королевна милая, меня не страшит встреча с героем, либо он падет от руки моей сильной, либо я погибну, спасая тебя».
Недолго мы ждали, как он появился, прежде таких я и не видел, на нем был плащ из шкуры оленьей, железный чекан он сжимал в руке.
Он нас не приветствовал, не кивнул, лишь вгляделся в лицо юной девы, к битве он звал, к поединку стремился, храбро я вышел ему навстречу.
Три ночи мы бились, три дня сражались, поверь, то была великая схватка, хоть и был он силен, но мне удалось ударом срубить его голову с плеч.
Когда увидели юные девы, как могучий герой лежит и недвижим, трижды вскричали они и радость смешалась со страхом в этом их крике.
Мы поспешили в прекрасный замок, еле я шел, ослаблен битвой, алая кровь текла рекою из ран моих, нанесенных героем.
Но дочь Короля Живых излечила раны мои чудесным бальзамом, травы волшебные к ним приложила, и скоро я был здоров, как и ране.
Мы вдоволь поели, нам весело стало, в прекрасном замке нас ждали покои, расставлены были мягкие ложа с перинами теплыми нежного пуха.
Герою сильному, что был повержен, мы приготовили смертное ложе: под камнем широким, гладким и светлым, где я написал его имя огамом.
Ранним утром, лишь солнце сверкнуло, меня разбудила прекрасная дева. «Пора, просыпайся, покинь свое ложе, пора нам ехать в нашу страну».
И мы поспешили в путь, лишь успели слова привета сказать королеве Страны Живых. Печально мне было прощаться с девой, подобной солнцу.
И я не знаю, поверь мне, Патрик, что было далее с той королевной. Смогла ли вернуться в Страну Живых, увы, я больше ее не видел.
Патрик:
Но ты не сказал нам, любезный Ойсин, как назывался край, где вы были, открой нам скорее имя страны, а после продолжишь ты свою повесть.
Ойсин:
Край тот зовется: Страна Победы, не напрасно свое получил он имя, славен героями, битвами славен, хвала и слава – восхвалим же Господа.
Наш белый скакун понес нас дале, легкий, как ветер, что дует в марте, свежий, как ветер, что сгибает к земле цветы наперстянки на горных вершинах.
Темнело море и меркло небо, ветер нас нес среди облаков, и скоро мы оказались во мраке, где не было видно солнца лучей.
Но мы устремились вверх и достигли покойных небес, где не было бури, где солнце сверкало, и звезды светили, и Феб озарял нас светом своим.
И тут предстал у нас на пути, край цветущих душистых цветов, теплый ветер играл лучами и замок стоял на пологом холме.
Все цвета, привычные глазу, синий, зеленый, белый, пурпурный, все сверкали в убранстве замка, прежде подобного я и не видел.
Рядом с замком стояли поодаль покои светлые из гладкого камня, видно искусным был мастер, который сумел их украсить венком самоцветов.
К нам вышли навстречу с добрым приветом трижды пятьдесят славных героев, статных, красивых, ловких в сраженьях, открыли ворота.
«Что за прекрасный невиданный край, дева юная златоволосая, это ли место, куда мы спешили, это ли – Страна Юности?»
«Ты не ошибся, о мудрый Ойсин, теперь ты видишь своими глазами обещанный край, нет ему равных, и все, что видишь, твое навеки».
К нам вышли из замка прекрасные девы, одетые в шелк, блестящий на солнце. Ровно сотня была их, поверь мне, и все сияли красой и убранством.
За ними спешили статные воины, в блестящих доспехах, прекрасные ликом, и славный правитель, юный и мудрый был среди них, король Страны Юности.
В желтой рубахе из тонкого шелка, в легком плаще, расшитом камнями, с чудом сверкающим – дивной короной, что как солнце сияла на его кудрях.
И тут я увидел: ступает за ним вослед королева чудной страны. Юным было ее лицо, и юные девы окружали ее.
Они приблизились, и мне улыбнулся король Страны Юности и сказал мне: «Вижу, что прибыл к нам Ойсин сын Финна, милый супруг златовласой Ниав».
Он взял меня за руку и провозгласил так громко, что слышали все вокруг: «О храбрый Ойсин, сын короля, сто тысяч приветов от нас тебе.