Клим Руднев – Маг красного знамени 5. Последняя битва (страница 33)

Маша смотрела на экраны, на карту боя, где красные точки врага неумолимо приближались к центру. Она видела, как падают големы, как истребитель Сержа, изрешеченный, уплывает дальше в космос, как поля Алексы ослабевают. Она понимала, что они проигрывают.

– Отступаем, – произнесла она, ее голос был едва слышен. – Всем, кто слышит, отступаем к резервным бункерам. Уровень обороны – критический. Подготовить эвакуацию.

Но она знала, что это начало конца. Цитадель горела. И вместе с ней, казалось, горела вся их надежда.

Зал управления Цитаделью, некогда сияющий кристаллическими панелями и пульсирующий энергией Наблюдателей, теперь был похож на растерзанное тело. Осколки кристаллов усеивали пол, словно битое стекло, а из трещин в стенах сочился зловонный пар, свидетельствующий о грубом вторжении. Маша стояла у центральной консоли, ее лицо, еще недавно полное решимости, теперь исказилось отчаянием. На главном экране, сквозь дым и искры, виднелись приближающиеся силуэты кораблей Предтеч. Их методичные, безжалостные удары сотрясали стены Цитадели, подобно ударам молота по наковальне, разрушая ее древнюю структуру.

– Они прорываются, – тихо сказала она, ее голос дрожал. – Мы не сможем удержать их долго.

Рядом с ней стояли Гидеон и Алекса. Их лица были покрыты копотью и кровью, но в их глазах горел огонь. Они были последними, кто остался в этом секторе, защищая путь к сердцу Цитадели.

– Маша, это безумие! – воскликнул Гидеон, его голос был надтреснутым. – Ты не можешь остаться здесь! Мы должны уходить!

– Да, Маша! – поддержала его Алекса, ее голос был более спокойным, но полон решимости. – Мы можем уйти. Нас ждут. Мы нужны там, у Ивана…

– Нет. – Маша покачала головой, не отрываясь от экрана. – Мне нужно выиграть им время. Если я уйду, шансов на победу не останется. И тогда все будет кончено.

Она повернулась к ним, ее глаза, обычно полные юношеской искры, теперь горели холодной, взрослой решимостью.

– Вы должны уводить учеников. В самые глубокие бункеры. Профессор Смит, вы знаете путь. Профессор Мираталь, вы поможете ему.

– Но… – начал Гидеон.

– Никаких «но»! – Ее голос стал резче. – Вам нужно выжить. Вам нужно сохранить их. Это мой последний приказ. Я остаюсь здесь.

Она подошла к консоли управления, ее пальцы коснулись кристаллических клавиш.

– Я подключусь к системе. Дам им команду на самоуничтожение комплекса.

– Ты хочешь… взорвать Цитадель? – Алекса была в ужасе. – Но ведь…

– Это единственный способ. Если я подпущу их достаточно близко… взрыв уничтожит их флот. Или, по крайней мере, заставит отступить. Мне нужно выиграть время. Время, которое они смогут использовать.

– Маша, нет! – Гидеон схватил ее за руку. – Ты не должна жертвовать собой! Что мы скажем Ивану?

– Профессор, не надо, – она мягко отстранила его руку. – Я видела, как они убивали. Как они стирали миры. Я видела, как они несут только смерть. Я не могу дать им победить. Папа оставил меня за главную, он доверился мне, и я его не подведу.

Она повернулась к ним, ее взгляд был полон решимости, которая пугала своей окончательностью.

– Уходите. Сейчас же. Не тратьте мое время. И… позаботьтесь об учениках.

Гидеон и Алекса переглянулись. В их глазах была боль, но и понимание. Они знали, что спорить бесполезно. Маша была так же упряма, как и Иван.

– Мы позаботимся о них, Маша, – тихо сказал Гидеон. – Но… ты обещаешь, что попытаешься уйти, если появится хоть малейший шанс?

Маша лишь кивнула, не давая никаких обещаний. Она снова повернулась к консоли, ее пальцы замелькали над кристаллическими клавишами.

– Идите. Быстро. Я дам вам столько времени, сколько смогу!

Гидеон и Алекса, с тяжелым сердцем, покинули зал. Они знали, что видят ее в последний раз. В коридоре, ведущем к бункерам, их ждали ученики, напуганные, но собранные. Они шли стройным рядами, их лица были бледны, но в глазах горела решимость. Они шли за Гидеоном и Алексой, чувствуя, что их ведут не просто в укрытие, а в последний бой.

Маша осталась одна. Стены Цитадели вокруг нее сотрясались от ударов. Каждый из них попадал в ее собственное сердце. Она видела на экране, как корабли Предтеч, похожие на гигантских механических насекомых, методично разрушали защитные барьеры, пробивались сквозь древние стены. Они приближались. К тому месту, где хранились знания, к тому, что давало силу.

– Ну что ж, Предтечи, – прошептала она, ее голос был почти неслышен. – Посмотрим, как вам понравится сюрприз.

Она начала вводить код. Сложный, многоуровневый, требующий точной последовательности действий. Цитадель, послушная воле новой хозяйки, услужливо подсказывала, что и где нажимать и что вводить. Маша, будто ощутила дух этого места, его волю и теперь следовала за его указаниями. Взрыв должен был поглотить весь комплекс.

В этот момент в зал управления, разрушив одну из стен, ввалился человек. Его одежда была порвана, лицо покрыто пылью и кровью, но глаза горели лихорадочным, безумным огнем. Это был Серж. Чудом выживший в безумной и безрассудной битве с флотом Предтеч, он был поглощен желанием искупить свою вину.

– Нет! – крикнул он, его голос был хриплым и надтреснутым. – Не делай этого!

Маша обернулась, ее глаза расширились от удивления.

– Профессор Герасимов? Как вы…

– Я видел, – перебил ее Серж, его дыхание было тяжелым. – Я видел, что они сделали с моими людьми. Я видел, как я не смог их защитить. Я… я виноват.

Он подошел ближе, его взгляд был полон боли и отчаяния.

– Я потерял их. Я не смог. Я должен искупить это. Позволь мне.

Он подошел к консоли, почти отстранив ее.

– Я займу твое место. Я активирую бомбу. Я… я хочу умереть за них. За это место.

Маша смотрела на него, пораженная. Она видела в его глазах ту же боль, что чувствовала в себе. Ту же жажду искупления. Но ее жертва была запланирована. Его – спонтанна, вызвана отчаянием.

– Профессор, нет, – сказала она, ее голос стал мягче. – Вы не должны…

– Я должен! – прокричал он. – Я видел, как они умирали, потому что я не смог остановить беду. Я видел их страх. Я не хочу, чтобы кто-то еще это пережил. Я хочу… я хочу, чтобы моя смерть что-то значила. Чтобы она дала вам всем шанс.

Он посмотрел на нее, и в его глазах была мольба.

– Пожалуйста, Маша. Это мой единственный шанс. Мой единственный путь.

Маша колебалась. Она видела его боль. Она чувствовала его решимость. И она понимала, что он прав. Его жертва, его искупление могли дать ту самую надежду, которой им так не хватало.

– Я… я не могу позволить вам… – начала она.

– Ты должна спастись! – перебил он ее. – Ты должна спасти остальных. Ты должна жить. Я… я уже ничего не потеряю.

Маша посмотрела на него, затем на экран, где корабли Предтеч уже пробивали последние барьеры. Она видела, как ломаются стены, как сыпется пыль. Время уходило.

– Хорошо, – сказала она, уступая. – Но вы должны сделать это быстро. И… я надеюсь, вы обретете покой.

Маша назвала Сержу последовательность команд на консоли, тот кивнул, давая понять, что все запомнил.

Она отошла от консоли. Серж бросился к управлению, его пальцы, дрожащие от волнения, начали вводить код. Маша же, не теряя ни секунды, побежала к спусковой шахте. Стены Цитадели вокруг нее рушились, камни падали, воздух наполнялся запахом гари и смерти. Она слышала грохот взрывов, вой сирен, крики.

Она успела добраться до шахты, где ждала спусковая кабина. В последний момент, когда она запрыгнула внутрь, стены вокруг нее затряслись с чудовищной силой. Зал управления, где остался Серж, был уничтожен.

Маша закрыла глаза, прижимаясь к холодной металлической стене кабины. Она чувствовала, как ударная волна пронеслась по Цитадели, как затихли звуки битвы, как все погрузилось в оглушительный, всепоглощающий рев.

Серж наверняка погиб. Он сделал то, что хотел. Он искупил свою вину, обменявшись с ней билетом в один конец.

Когда кабина начала стремительно спускаться вниз, в глубокие, безопасные бункеры, Маша была уверена в одном: они будут сражаться до победного. За Сержа. За Луку и Степу. За Ивана и Майю. За всех, кто погиб. За всех, кого они любили. За мир, который они хотели сохранить.

Глава 19. Самая темная ночь

Стены мира, в котором Иван и Майя пытались выжить, потекли, словно воск, под натиском Архитектора. Он не сражался с ними в открытую – он играл. Играл с их жизнями, с их надеждами, с самой тканью их существования.

– Ты думаешь, это битва? – услышал Иван голос Архитектора, холодный и насмешливый, звучащий одновременно отовсюду и ниоткуда конкретно. – Это лишь разминка. Изучение противника. Понимание его… примитивных реакций.

В следующее мгновение они оказались в мире, залитом багровым светом. Небо было бурлящей лавой, а земля – острыми, как бритва, кристаллами. Из дымящихся расщелин поднялись драконы. Не те сказочные существа из легенд, а воплощение первобытной ярости и огня. Их чешуя отливала черным металлом, глаза горели адским пламенем, а из пастей вырывались потоки расплавленной плоти.

– Сражайся, герой, – раздался голос Архитектора, теперь звучащий из каждого драконьего рыка. – Покажи мне, на что способен тот, кто осмелился бросить вызов порядку.

Иван и Майя сражались. Иван, опираясь на инстинкты и отчаяние, уворачивался от огненных струй, пытался найти уязвимые места в броне исполинов. Майя рассекала воздух мечом, оставляя за собой шлейфы тьмы. Она действовала быстрее, чем Иван, ее движения были отточены, лишены всякой жалости. Меч, казалось, сам вел ее руку, жаждая крови, любой крови. Они убили одного дракона, затем второго. Но на их место появлялись новые, еще более свирепые.