Клим Руднев – Арена времени - 1. Извлечение силы (страница 6)

Дариан координировал бой, его голос, холодный и властный, был единственной точкой опоры, якорем в этом безумии света, огня и гула. Он видел картину боя целиком, отмечал малейшие изменения.

— Таран, сместись на три метра влево! Дави на того, что за тобой, он заряжает тяжелый залп! Призрак, не лезь под лучи, обходи с фланга! Шум, быстрее, у нас нет времени! Лиса, Сапер, Док — прикрывайте Призрака и Тарана.

— У них не индивидуальные щиты! — задыхаясь, доложила Рита, едва увернувшись от луча, который содрал кусок камня с ее укрытия. — Они связаны в сеть! Энергетическая матрица распределена между всеми двенадцатью. Нужно бить по всем одновременно, чтобы перегрузить систему, или найти источник, питающий эту сеть! Это как нейросеть — пока активен узел, система восстанавливается!

Источник. Дариан бросил взгляд на центральный кристалл. Он пульсировал теперь в такт атакам стражей, как сердце, гонящее кровь к конечностям. С каждым их выстрелом он вспыхивал ярче, с каждым попаданием по ним — тускнел, будто забирая энергию на восстановление щитов.

— Понял. Таран! Призрак! — крикнул Дариан. — Концентрированный огонь по базе стражей! По ногам и точке опоры! Не дать им держать строй, нарушить их стабильность! Цельтесь в пол под ними, создавайте помехи!

Стражи, словно почувствовав изменение тактики, изменили и свою. Они перестали пассивно держать круг и вести дистанционный обстрел. Шесть из них, те, что были ближе, ринулись вперед, сближаясь для ближнего боя. Их посохи в одно мгновение трансформировались, энергия сконцентрировалась на концах, превратившись в длинные, изогнутые клинки чистого, белого пламени, от которых исходил невыносимый жар. Остальные шестеро остались на местах, обеспечивая прикрытие, ведя прицельный, методичный огонь, вынуждая бойцов Дариана оставаться в укрытиях.

Один из энергетических клинков, описанный молниеносной дугой, чиркнул по бронеплите на плече Тарана. Броня, рассчитанная на попадание осколков и импульсных зарядов, не выдержала. Материал не расплавился, а просто… исчез, испарился. Великан зарычал от внезапной, жгучей боли, но не отступил ни на шаг. Вместо этого он развернулся и поймал атакующую голограмму очередью в упор с расстояния в метр. Щит стража взвыл, замигал, и существо отлетело назад, врезавшись в стену, на миг потеряв форму.

Призрак вступил в фехтовальный поединок сразу с двумя противниками. Пистолеты полетели на пол. Марко выхватил два длинных ножа, что висели у него на поясе. Его кинжалы с переменным успехом парировали удары энергетических клинков, при каждом столкновении раздавался пронзительный визг и вспышки ослепительных искр. Он был быстр, нечеловечески быстр, его движения представляли собой смертоносный танец уклонов, выпадов и контратак. Но противники, связанные в единую сеть, читали его движения, предугадывали их. Они атаковали синхронно, заставляя его отступать, терять позицию.

— Майор! — закричала Рита, ее голос пробился сквозь грохот. — Я почти… есть слабая точка в их сети! Нестабильность! Восемь градусов от центральной оси кристалла, на отметке триста двадцать! Один из стражей на дальней позиции, тот, что у барельефа со спиралью!

Дариан уже видел это сам, отмечая неравномерность свечения. Связь с общим полем у одного из стражей была нестабильной, прерывистой. Его голографическая форма слегка дрожала, как плохо настроенный сигнал.

— Призрак, отвлекай тех двоих! Таран, огонь на мою команду по основному кругу! Рита, по готовности, импульс на широкой частоте, бей по слабому звену! Остальные огонь на подавление! Не дайте им защитить его!

Он прицелился из-за укрытия. Весь мир сузился до перекрестья мушки на визоре шлема, пульсирующей голограммы слабого стража и тихого, размеренного счета в голове. Его дыхание выровнялось, палец лег на спусковой крючок. Он ждал момента, когда Илья даст залп, чтобы отвлечь основное внимание сети.

И в этот самый момент Призрак, отбив очередной двойной удар и сделав головокружительный кульбит, совершил не запланированное, не согласованное с Дарианом стремительное движение. Не к уязвимому стражу. Не для отвлечения. Он рванулся к центру зала. К пьедесталу. К кристаллу.

— Призрак, стой! Что ты делаешь?! — рявкнул Дариан, инстинктивно опуская винтовку.

Но было поздно. Солдат, движимый слепым, дрессированным выполнением того самого панического приказа, проигнорировал все. Он проигнорировал луч энергии, который содрал ему часть брони на плече, оставив клубящийся дым и запах гари. Он проигнорировал крик командира. Он прыгнул.

— Приказ нужно выполнить, Ястреб! — его крик, полный какого-то странного, фанатичного рвения, прозвучал над грохотом боя, оглушительным диссонансом. — Код «Омега»! Они знают, что делают!

Его рука в бронированной перчатке, схватила вращающийся в воздухе кристалл.

Гул пулемета шипение лучей, звон клинков, вой кристалла — все смолкло. Голографические стражи замерли на полпути в движении, их формы начали дробиться, рассыпаться на миллионы светящихся пикселей, которые затем потухли, словно их никогда и не было. Пыль, поднятая в бою, повисла в воздухе неподвижно.

А потом кристалл вспыхнул.

Дариан не увидел вспышку: он ощутил ее всем своим существом, как удар по самой ткани реальности, как крик самой материи. Не было ни тепла, ни ультрафиолета — только чистое, нефильтрованное излучение активации.

Волна силы, не тепловой и не ударной в физическом смысле, а какой-то иной, фундаментальной, подхватила его, как щепку в цунами, и отшвырнула к дальней стене. Он ударился спиной о камень с такой силой, что даже усиленная броня треснула, и мир на миг почернел, заполнившись искрами боли. Сквозь оглушительный, высокочастотный звон в ушах он услышал обрывки криков: низкий, яростный рев Тарана, пронзительный, испуганный вскрик Риты, но они звучали приглушенно, далеко, как из-под толщи воды.

Он заставил себя открыть глаза, превозмогая тошноту, головокружение и острую боль в спине. Зрение возвращалось пятнами, полосами, медленно собираясь в картину.

Центральный зал… разрушался. Но не так, как должно разрушаться здание под ударами или взрывом. Стены не рушились внутрь, тяжелые плиты летели вниз. Они распадались по невидимым швам, и каменные блоки открывали то, что было за ними. И это «за ними» было не скальной породой, не коридорами, не чем-либо знакомым.

Дариан, собрав волю в кулак, поднял голову.

За разрушающимися стенами не было ничего. Там была пустота. Абсолютная, бездонная, всепоглощающая тьма. Дыра в реальности. Камни улетали в эту тьму и исчезали, не оставляя следа, не производя звука. Оттуда не дуло ветром, не исходило холода или тепла — оттуда исходило ничто.

Свет от кристалла, который все еще сжимал Призрак, бьющийся в конвульсиях, начинал гаснуть. Но он не тух, как гаснет лампочка. Он утекал, втягиваясь обратно в ядро кристалла, словно артефакт всасывал в себя всю выпущенную энергию, всю активацию. А затем, достигнув критической точки, свет исчез полностью.

И вместе со светом, в образовавшуюся пустоту, в разрушенный зал, хлынула тьма.

Она заливала пол, поднимаясь с пугающей скоростью, поглощая обломки, пьедестал, фигуру Призрака, все еще сжимающего уже потухший, мертвый на вид кристалл. Там, где она касалась предметов, они стирались, растворялись, переставали существовать.

Дариан попытался встать, оттолкнуться от стены, крикнуть своим людям, что-то приказать, но тьма уже добралась до него. Она коснулась его ног, и ощущение было ужасающим, не поддающимся описанию — не боль, не холод, не жжение. Это было полное исчезновение, растворение, аннигиляция. Его конечности перестали существовать для его же мозга. Он видел их, но не чувствовал, не мог ими пошевелить. Сигналы от нервов просто обрывались в этой черной субстанции.

Он откинулся назад, последним усилием воли пытаясь увидеть, понять, что происходит с его командой. Таран лежал неподвижно метрах в десяти от него, наполовину скрытый поднимающейся черной массой. Он не двигался. Рита, чуть ближе, пыталась ползти к великану, ее лицо искажено болью и ужасом, одна рука беспомощно протянута в его сторону. Ее рука, коснувшись тьмы, медленно, прямо на глазах исчезала, растворяясь от пальцев к запястью.

Их глаза встретились. Взгляд Риты, полный боли, вдруг прояснился. В нем стояло изумление, смешанное с какой-то странной, пронзительной догадкой, озарением, пришедшим в самый последний миг. Ее губы шевельнулись, но без толку. Потом тьма накрыла и ее.

Дариан попытался отыскать взглядом остальных, но ни Ланы, ни Тима, ни Дока он не увидел. Все было залито тьмой.

Наконец она накрыла Дариана с головой.

Он падал. Сквозь слои реальности, времени, памяти, личности. Как камень, брошенный в колодец без дна.

И в этом падении начались видения.

Они возникали прямо в его разуме, яркие, всеобъемлющие, неопровержимые, как воспоминания, которых у него никогда не было. Это было знание, влитое в него напрямую.

Глава 5

Глава 5. Бесконечная кузница: Отливки

Ничто. Пустота. Обволакивающая, как саван. Дариан попытался крикнуть, но рот только беззвучно открывался. Он махнул рукой перед лицом — ничего не увидел, лишь почувствовал странное сопротивление, будто плыл в черной смоле. Паника, холодная и острая, когтями впилась в горло. «Держать строй». «Не терять связь». Но строй рассыпался в небытии. Его команда исчезла.