Клара Рутт – Пепел желания (страница 43)

— Мы где-то… рядом. Неспроста нас не пускает. Надо выходить.

— Владычица! — Айла метнулась ко мне. — Что с вами? Вам надо назад, в Иглу. Мы с Торном прочешем местность и вернем Мираэль — в каком бы она ни была состоянии.

По сосредоточенному выражению лица Торна я поняла, что он согласен с речной волчицей, но только покачала головой:

— Без меня вы ее не найдете, Айла, — это вышло сипло, и я вдохнула глубже, ребра обожгло. — Мой дар… реагирует на ее иллюзии.

Говорить о том, что меня ведет Даркхан, с которым мы теперь связаны, не стоило. И, если честно, мне по-прежнему казалось, что он меня предупреждает. Настаивает, чтобы я не ходила. Но я сказала:

— Идем.

Меня облачили в чешуйчатый доспех, и я осмотрелась. На первый взгляд, обычные джунгли. Тропинка, выложенная хрусталем, размывается перед глазами, но в целом различима. Другое дело, что иллюзии Мираэль всегда были безупречны, никто бы не заподозрил, что что-то не так.

— Я пойду вперед, — возникла Айла. — Буду двигаться наощупь. Торн услышит любой странный звук за версту и даст знак. Вы держитесь поодаль. Стража рядом, по своим инструкциям.

Мы двинулись, хрусталь под ногами мерцал неестественными, слишком яркими бликами — зачарованный. Такие делала сотнями Лиресс.

Я содрогнулась: она могла по своему незнанию стать соучастницей заговора. Или… Лисандра намеренно подставляла ее?

Тропинка шла ровно и достаточно широко — тут вполне могла проехать и карета, и повозка, — другое дело, что в южной части Хрустальных Рощ таких широких дорожек не было: это точно было искусственным и, значит, вело совсем не туда, куда нужно.

— Стоп, — сказала я. — Идем в джунгли.

И первая раздвинула свисающие лианы. Торн поспешил занять место передо мной, следом тут же оказалась Айла. Но все же успела зло зыркнуть на меня снизу вверх. Но я чувствовала — путь сюда.

И правда. Первый удар изнутри по ребрам я ощутила уже через десяток шагов: Даркхан бесновался. Он… не пускал. И потому я должна была его найти! Значит, и Мираэль тоже.

Тяжелая влага джунглей обложила легкие, вмиг меня бросило в жар, и я тяжело задышала. Торн откликнулся сразу и подхватил меня на ходу. Я сказала:

— Продолжаем.

Огонь меня разрывал изнутри — я чувствовала то, что сейчас внутри Даркхана, мой хрусталик пульсировал тупой болью, но именно наша связь вела нас. И я знала — правильно. Потому что с Даркханом я не могла обмануться.

И я его увидела — осевшего у монстеры, запутанного в лианах, раненого и… чужого. Его грудь вздымалась от тяжелого дыхания, дорожки лавовых ран истекали кипящей кровью, на плечах проступила медная чешуя. А в районе лопаток…

Я приросла к земле, когда увидела, и грудь сдавило тугим прутом: там были крылья.

— Даркхан! — Наплевав на все инструкции оставаться среди своих телохранителей и стражников, я бросилась к нему. Айла рванула следом — явно намереваясь меня остановить, но я рыкнула что есть мочи: — Нет, Айла! Это только мое дело!

Девушка выпучила глаза и резко встала. Торн отвел ее, но на меня смотрел с укоризной. Я сказала:

— Оставайтесь поодаль, следите, чтобы никто не прорвался. — И бросилась к Даркхану.

Грудь кольнуло, когда я была в шаге от мужчины. Невольно я вздрогнула, а он обернулся.

Это были не его глаза — янтарные, огромные, с живым пламенем в глазницах и узкими черточками-зрачками. Он смотрел яростно, как зверь, прямо на меня, но будто не видел. Дышал тяжело, обливался струйками кипящего пота и слегка подрагивал крыльями. Это был не Даркхан. Это был Улдрош в его оболочке. Теперь я верила.

Грудь снова свело судорогой, я вдохнула и еще сделала шаг. Даркхан насупился.

— Это я, Даркхан… — я выдохнула и осторожно шагнула. В груди растекся жидкий огонь

— Назад, владычица, он кинется, — предостерегла Айла и остановилась в двух шагах у меня за спиной. Я подняла руки:

— Я не трону тебя, — тихо сказала. — Просто… уйми в себе Улдроша. Мы… победим, помнишь?

Даркхан зарычал и сделал рывок, сокращая расстояние между нами до шага. Айла метнулась ближе, но сохранила дистанцию.

А я отпрянула: он был холодным! Не было в нем того жара, как у Даркхана, даже пар, струящийся из его лавовых дорожек на коже, остыл. Улдрош забрал весь его огонь? Или…?

Лопатки пронзило той же болью. Зрачок показал образ медного дракона, пышущего огнем, грудь сдавило от безнадеги, но было поздно.

Даркхан бросился на меня в прыжке. Айла сбила меня с ног, Торн вступил в схватку.

— Нет! Нет! — я воскликнула, перебарывая Айлу и вскакивая на ноги, но она успела потянуть меня за руку, и я снова упала. А потом застыла на месте, охваченная потоком неподдельного ужаса: мужчины схватились. Торн набросился на него с мечом, Даркхан ударил наотмашь. Воин увернулся, подлез сбоку, но его выпад отбило упругое крыло, и на миг Торн отступил. Даркхан расправил крылья.

Казалось, мгновение — и он изойдется пламенем: вены уже светились лавой, из ноздрей шел пар, а его могучая грудь угрожающе вздымалась. Чешуйки на шее раскалились. Мои губы задрожали:

— Нет, милый… пожалуйста…

Торн услышал — у него был исключительный слух. И бесшумность движений.

Я не поняла, но Айла считала полукивок в ее сторону, нащупала камень и со всей силы метнула в джунгли. Даркхан отвлекся только на миг. Торн кувыркнулся, подлез под раскрытое крыло и… пронзил его сердце. Почти налету, сквозь чешую и толстую кожу.

Мгновение я пыталась осознать, что вижу. Пальцы задрожали, губы не слушались, из горла вырвались бессвязные звуки. Я прикрыла губы ладонью, но… удержать не смогла.

— Даркха-ан! — я воскликнула с надрывом, руки обессилели. Из глаз брызнули потоки неконтролируемых слез. По замершим джунглям разнеслось мое плаксивое эхо.

— Туда ему и дорога! — выкрикнула Айла. — Чтоб его медь Улдрош сожрал!

Даркхан еще протягивал руку к воину, но крылья уже осели. По его телу потекла медная кровь, Торн попятился, вынимая из его груди толстое лезвие. И мое тело пронзило нестерпимой болью.

Я выгнулась, из моего горла вырвался неистовый крик: мои кости ломало — как у него, я чувствовала это! Его крылья росли у меня из-под лопаток, его боль скрутила меня целиком, что я почти не дышала. Но ни один из ударов не пришел в сердце…

Айла сцепила меня крепкими объятиями и тихо приговаривала, не подозревая, что ее слова причиняют мне еще большую боль:

— Все закончилось, моя владычица, он вам больше не навредит, медный король мертв, и по заслугам…

Я зарычала на нее сквозь слезы:

— Не-ет, Айла, нет! Ты ничего не понимаешь!

Я взвыла еще сильнее, вырываясь из цепких объятий речной волчицы, и почувствовала еще одни — мужские — руки, которые меня сдерживали. А затем услышала ответ на свой крик — такой же отчаянный и безнадежный. Где-то совсем рядом. Не изнутри.

— Даркхан… — я прошептала и вмиг успокоилась. Посмотрела осознанно на обоих телохранителей. — Он здесь. Это…

Я обернулась на место сражения: тело Даркхана растаяло. Так же, как и образ ровной тропинки под ногами: кто-то уже прошел здесь не раз, на влажной почве следы виделись четко — разного размера.

— Иллюзия… — выдохнула за меня Айла. — Кто-то играет с нами.

— Кто-то схватил Мираэль, — сказала я твердо. — И использует ее дар против нас.

— Но мы же знаем, кто это, правда, владычица?

Мы поднялись, я осмотрелась: обычные джунгли. Тяжелый влажный воздух, уставшие монстеры и спутанные лианы у земли. Истоптанная почва — хаотично созданная тропка. Путь к логову мятежников.

— Солдатам быть наготове, — тихо сказала я. — Мы заходим в логово врага.

На этот раз первыми пошли и Торн, и Айла, следом я и двое стражников за моей спиной. Остальные распределились по местности. Боль временно отпустила, но я все время думала об этом видении: правда или иллюзия? Даркхан меня звал? Или это отголоски нашей связи, которая станет мне проклятием на всю жизнь?

— Осторожно, владычица, — отозвалась Айла. — Вижу просвет впереди. Это недобрый знак. Тут всегда были густые джунгли.

— Разве не было данных от разведки, что незаконно рубится лес?

— С этой стороны мало кто возвращался. А кто возвращался, так далеко не заходил, — со вздохом ответила девушка. Я нахмурилась: вот как? И Саррис молчал⁈ Он работал в связке с Мираэль! А теперь она… в опасности.

— Пекло Улдроша! — вдруг выругалась Айла и стрелой рванула вперед. Торн не успел ее одернуть от опрометчивого шага и кинулся за ней. Я — следом.

Но почти сразу все мы встали истуканом: перед нами было нечто, напоминающее ритуальный круг. Выложенный хрусталем внутри и снаружи, с тремя массивными вытянутыми зеркалами внутри, растущими прямо из его основания. И между ними — хрупкая, почти незаметная Мираэль, повисшая на стальных цепях, так бессовестно отливающих хрустальными бликами.

По периметру круга стояли Очи Истины — обработанный хрусталь с экстрактом моего дара — реакцией на ложь. Но здесь они были для одной цели — отражать способности моей зеркальщицы. Чтобы она не распуталась из своих же иллюзий.

Руки Мираэль были в крови — будто она пыталась разорвать цепи, создавать иллюзии, но заговоренные Очи Истины гасили каждую ее попытку. На ее лбу выступила испарина, губы потрескались. Она умирала — медленно, мучительно, но еще не сдавалась.

«Надо ее спасать», — сложил Торн знак из пальцев, Айла процедила:

— Рискуешь не выбраться, это ловушка. Мираэль прикована, потому что она бы различила реальность с иллюзией, но ты шагнешь за пределы круга и пропадешь навек — не докричимся. Ну, или кто-то из засады тебе нож в спину бросит, даже не увидишь.