Клара Рутт – Пепел желания (страница 42)

И потому первым делом, сойдя на берег на рассвете следующего дня, Даркхан бросился в кузницу.

— Борен! Живо! Ты здесь?

— А-ась? — потягиваясь, зевнул кузнец. Но Даркхан растряс его за плечи:

— Нужен венок. Из меди. — Он подумал, а потом снял перчатку и шепотом добавил: — И хрусталя.

— Святой пепел Улдроша! — воскликнул мужчина. — Уверен, ваше величество?

— Выхода нет. Плавь!

Кузнец подчинился, но чем больше выходило хрусталя из ладони, тем яснее прослеживались его дорожки на запястье и по предплечью выше: так просто выплавить хрусталь из его тела не получилось. А смешать с медью в корыте у печи — еще как!

— Что с этим делаем? — спросил Борен, помешивая сплав и глядя, как Даркхан прячет руку в перчатку.

— Нужен венок из тончайшей меди, изящный, как роса, и крепкий, как металл. Срочно. Сделаешь?

Борен нахмурился, но вернулся к перемешиванию сплава и вдруг замер.

— Ваше величество… тут что-то еще. В меди ваша кровь. В хрустале слезы. Этот венок будет живым. Он будет помнить… жизнь.

Даркхан кивнул:

— Пусть помнит. Пусть знает, чего мне стоила эта любовь.

Борен ответить не успел. Набрал в легкие воздуха, а потом округлил глаза и замер истуканом. Через мгновение только нырнул под лавку и заголосил:

— Ложи-ись!

Кузнец успел: на его месте возникла стрела, а Даркхан отреагировал стремительно. Метнулся к выходу, но стрелявший уже скрылся в проеме — лишь тень мелькнула за поворотом кузницы. Мышцы снова заломило, в голове прорвался рычащий голос Улдроша:

— Убей мерзавца, Железный Клык…

Даркхан схватился за топор и ускорил шаг: тень шпиона виляла между домами. Но буквально через десяток шагов соединилась с горячей брусчаткой: в его спине зияла стрела.

— Кровь за кровь, как говорится, — раздался низкий хрипловатый голос. Женский.

— Велария… — Даркхан развернулся: девушка держала лук и смотрела сквозь него на жертву.

— За тобой слежка с самой пристани, — сказала она. — Я случайно заметила. Но ты был так сосредоточен, что смотрел только себе под ноги.

— С-спасибо, — буркнул Даркхан и сложил руки на груди. — Еще есть?

— Думаю, да. Особенно если вы с Лурианом обсуждали что-то серьезное, то… определенно.

Даркхан только кивнул:

— Тогда не убирай далеко свой лук, Велария Безликая. Объявим охоту?

Глава 24

Саррис вопросов не задавал. Видел мою отстраненность и смиренно принимал молчание. По возвращении из храма я закрылась у себя в спальне и никого не пускала. Мне нужны были эти минуты покоя. Мне нужно было принять, что мы расстались навсегда. А также то, что внутри Даркхана теперь Улдрош. Он так говорил, и я должна была смириться.

Но значило ли это, что теперь он сдерживал живого бога в себе, и Талгаару не грозил гнев Карнака? Как минимум, мой медальон служил ему сдерживанием, но что происходило у него внутри? Чем он снова заплатит за мир между нами⁈

— Мираэль! — Я коснулась поверхности Ока Истины на своем столе. — Найди Даркхана. Выстави за ним слежение — я должна быть уверена, что с ним все в порядке.

Я опустила взгляд на потухшее запястье и сжала кулак: мы сами упустили это, мы оба проявили слабость, и теперь… Святая Шарат, мы просто отсрочили неизбежное! Если бы огонек не потух, наши дары могли бы соединиться еще раньше!

Очи Истины моргнули: Мираэль получила послание. Ей нужно только распорядиться, а мне будет спокойнее. Даже в ущерб войне с Лисандрой.

Я отошла на шаг, мысленно позволяя себе спокойствие, но Очи Истины вдруг снова моргнули. Затем еще и еще. В глазах закололо, хрусталик заструился медным светом: это связь? Она отвечает? Или… он?

— Торн! — я окликнула воина и сама метнулась к входу. Он ворвался немедленно. — Где Мираэль? Ты ее сегодня видел?

Он покачал головой, я пробормотала:

— Значит, она скорее всего где-то на позициях Лисандры…

Хрусталик снова запульсировал, и я пошатнулась. Перед глазами возник образ медного дракона, и он звал меня. Торн подхватил мою руку и указал в сторону стола — Очи Истины играли разноцветьем: теперь сигнал шел непрерывно.

— Что она нам говорит? — спросила я испуганно. — Что это значит? Айла в курсе? Саррис? С кем она держала связь?

«Надо проверить», — жестом ответил Торн. — «Саррис знает, где она».

— Я еду. Сама. Готовьте повозку.

Я бросилась к шкафу за походной одеждой, Торн не шелохнулся, я прикрикнула:

— Торн, живо! Я должна найти это место! Это знак!

Хрусталик обжег, я ухватилась за стену: это точно связь! Это сигнал Даркхана! Выходит, Мираэль и так где-то рядом, но как связаны сообщения их обоих⁈

От усилий я зарычала: телом вдруг овладела слабость. Даркхан словно говорил мне «Не ходи!», а я впервые отчетливо понимала, что не могу не вмешаться — что бы ни значили послания Мираэль.

— Владычица! — На пороге возникла запыхавшаяся Айла. Я уже натягивала сапоги. — Мираэль шлет сигналы бедствия, Очи Истины с ума посходили…

— Я уже еду! Собирай отряд! Только тихо! Мы должны обойти все посты Лисандры.

— Это опасно, владычица! — воскликнула Айла. — Вам нельзя выезжать!

— Если я не поеду, то Мираэль, возможно, не выживет! — я повысила голос и строго посмотрела на речную волчицу. — У меня есть управа на врага, у вас нет. А потому и вы под угрозой!

— Это может быть ловушка, владычица… — осевшим голосом ответила девушка, но, считав мой решительный настрой, возражать больше не стала.

Мы вылетели из Иглы стрелой: я, Айла и Торн. Саррис встретил снаружи с отрядом разведчиков — в доспехах, с двумя клинками на поясе, готовый к сражению. Я покачала головой:

— Ты остаешься. Присмотри за Илмарисом. Ловушка может работать в обе стороны.

— Я не видел следов. Змеи тоже молчат.

— Змеи? — Я похолодела, а Саррис подтвердил:

— Мне удалось переманить некоторых на нашу сторону.

В горле застрял ком. Я должна была расплыться в благодарности за то, что он делал гораздо больше, чем требовалось, но что-то мешало: я не могла принять.

— Я должна поехать сама, будь здесь…

Хрусталик отозвался жжением, я чуть повела плечом, но для Сарриса это послужило ответом: он понял, почему я не могу остаться.

— Тогда… будь осторожна, — сказал он глухо. Я только кивнула. Он с поклоном открыл мне дорогу, и двое стражников сопроводили меня к повозке. Айла и Торн залезли следом. Мы рванули по извилистым тропинкам

Хрусталик разрывался. Глаз будто царапали изнутри когти дракона. Я хваталась за край сиденья, чтобы не крикнуть от боли, Айла подскакивала, но я возвращала ее назад. Если она узнает, что всему виной Даркхан, ни о каком спасении речи не пойдет. Но она даже не подозревает, что с ним происходит.

Возле сторожевых постов Илмариса мы подтянули с собой еще стражи и направились к южным границам, где вела слежку сама Мираэль. Но встали уже буквально через полчаса.

— В чем дело? — крикнула я, поднимаясь. Айла жестом приказала мне сесть и сама высунулась наружу.

— Что у вас? — спросила она у солдат, и тут же получила странный ответ:

— Дороги… размываются. Видите? Хрусталь… как будто иллюзия.

— Работа Мираэль, — выдохнула Айла и с сожалением обернулась на меня. — Она запутывала Лисандру, а запутала нас.

— Но она подает знак о помощи! — ответила я строго. — Значит, она должна быть где-то рядом!

Я не успела сказать, как меня скрутило. В живот будто пырнули раскаленным копьем, а ребра… вышли наружу. Я повалилась с ног, Торн меня подхватил. Грудь сдавило, и я еле выдохнула: