Китти Френч – Мелоди Биттерсвит и агентство охотниц на призраков (ЛП) (страница 4)

Я с сочувствием кивнула, все еще не понимая смысла его рассказа.

— И вы пришли ко мне из-за Маленького Арта, потому что…? — я пыталась его натолкнуть на мысль, потому что глаза старика стали туманными, и я знала, что будет потом, если я не остановлю его. Он умер недавно, так что еще не привык к этой мысли, так что мог сорваться.

— Просто Арта, — напомнил он хмуро, вытирая рукой глаза, хотя не мог плакать.

Я кивнула и быстро сказала:

— Да, Арт, — можете звать меня жестокой, но если был хоть малейший шанс быстро разобраться с Большим Артом, я могла бы скорее закрыть глаза и ухватиться за сон с Робертом Дауни-младшим. Железный человек еще стоял на колене и ждал моего ответа, но он не мог задерживаться надолго.

— Ему нужна работа.

Я прищурилась, понимая, куда он клонит. Я убью бабушку.

— Арту нужна работа?

Большой Арт кивнул.

— Он ничего не знает о призраках, конечно, но он хороший, а мама беспокоиться за него. Мы беспокоимся. Потому я, наверное, застрял здесь. Стыдно, но сегодня день рождения моей матери, и я хотел удивить ее, прийти, хотя не проведывал пятнадцать лет. Здесь устраивают вечеринки?

Я пыталась уловить смысл разговора.

— Боюсь, я немного не понимаю.

Он вскинул брови.

— Твоя бабушка сказала, что ты поймешь. Тебе ведь нужен кто-то, кто будет носить сумки и делать чай? — Арт смотрел на меня умоляюще, хоть и был мертвым алкоголиком. — Не нужно платить ему много, его мама хорошо его кормит. Просто ему нужна работа и небольшой доход, чтобы он был рад. Других желающих, может, и не найдешь.

— Слушайте, Большой Арт, — я старалась говорить вежливо. — Если бы я искала помощника на рынке, Арт был бы первым в очереди, но это не так. Но я буду помнить о нем, ладно?

Он помрачнел.

— Я подвел его. Единственный сын, а я бросил его, так ведь?

— Не вините себя, — попросила я. — Это неудача. Такое нельзя предсказать.

Он обхватил руками голову.

— Было ужасно больно.

— Представляю.

— Запишешь его имя на всякий случай?

— Я запомню. Младший Артур Элиотт.

— Ты не знаешь, где он живет.

Я встала с кресла и села за стол, открыла там выдвижной ящик. Марина положила туда все необходимые предметы. Чистый блокнот А4 в линию был готов к работе. Заточенные карандаши. Новый ластик. Ряд синих, черных и красных ручек. Как я ее люблю.

Я схватила блокнот и карандаш и записала «Артур Элиотт» на первой строке. Большой Арт продиктовал мне адрес, я улыбнулась, карандаш замер. Мне нравилось писать за столом, так казалось, что я за работой.

— Я должна знать что-то еще? У него есть какие-то навыки?

Я пожевала конец карандаша и посмотрела на Большого Арта, а он сдерживал слезы.

— Никаких, — прошептал он.

— Никаких? — повторила я громе. — Даже работать по дереву не умеет?

— Чертовы хулиганы! — вырвалось у Большого Арта. — Мой Арти мягкий, а они не могла оставить его в покое. Он всегда оказывался в стороне. Мы с его мамой ничего не знали, пока нас не вызвали, чтобы узнать, почему он прогуливает.

— Над ним издевались?

Большой Арт кивнул.

— Из-за пустяков. Прыщи, рост. Ты знаешь, как это — бросаются как собаки на кость. Ему было бы все равно, будь у него друг, но он никак никого не найдет.

Никто не понимал одиночества изгоя лучше меня. Если бы у меня не было Марины, моя жизнь в школе была бы такой же, как у Маленького Арта. Я посмотрела на печального краснощекого мужчину перед собой и достала из ящика еще чистой бумаги.

— Сядьте, Арт.

Через полчаса он изменился. Вместе мы написали письмо Артуру Элиотту-младшему, предлагая ему место помощника, заявляя, что его рекомендовали, и что он должен прийти на собеседование к Мелоди Биттерсвит, владелице «Агентства охотниц на призраков» на улице Чейплвик. Из-за названия мы с Мариной спорили неделю. Она настаивала на этом варианте, хотя я все еще боялась, что клиенты будут ожидать от нас ужасные белые объемные костюмы и засасывание призраков в колбу за спиной.

Большой Арт просиял, когда я сложила письмо пополам.

— Маленький Арт любит Гарри Поттера, так что ему понравятся эти загадки.

— Боюсь, у меня нет совы, чтобы доставить письмо, — сказала я, облизнула марку и приклеила на конверт.

Большой Арт передо мной таял.

— Похоже, вы успеете на день рождения матери, — прошептала я.

— Присмотри за ним за меня.

— Постараюсь, — сказала я, отогнав жалость. Я положила письмо на лоток для исходящих писем, чтобы потом отправить. Только посмотрите, что я использую! Я замерла на миг, наслаждаясь ощущением работы за столом в первый раз, а потом схватила конверт и нацарапала: «Руководство с сожалением сообщает, что приносить с собой рептилий запрещено» внизу красными печатными буквами. Обещаю, что если Артур Элиотт придет с питоном, он не пройдет во входную дверь.

Глава третья:

— Я забыла пончики.

До девяти утра оставалось две минуты, я с ужасом посмотрела на Марину и уткнулась головой в стол.

— Мы обречены.

Она рассмеялась и вытащила милую винтажную банку для печений от Амаретти Вирджиниа из большой сумки и сбросила жакет.

— Это сойдет? Нонна приготовила их только этим утром специально для тебя.

Я радостно застонала:

— Я люблю твою бабушку сильнее своей. Моя в лучшем случае приготовит липкие булочки на занятии, — я подняла крышку блестящей лаймово-золотой коробки и радостно посмотрела на сияющее чудо — глазированные булочки Нонны Малонэ.

Я с довольным видом втянула воздух.

— Лимон?

— Булочки с лимонным ликером.

Небесные ароматы, что пропитывали дом Марины, наполнили офис, успокаивая. Я задумалась, не рано ли начинать поедать сладкое в девять утра. Марина решила за меня, опустив крышку на место и отодвинув коробку подальше от меня. Она хорошо меня знала: я не могла остановиться, когда дело касалось сладкого. Я радостно съела бы всю коробку, а потом валялась бы под столом.

— Что-то слышно от Маленького Арта?

Я покачала головой.

— Нет. Но прошло всего два дня, если не считать выходные.

— Наверное, то письмо испугало его. Если он что-то понял, он прячется сейчас в чулане под лестницей, — улыбнулась Марина, устраиваясь в кресле, что уже было очищено от пыли. Она пришла на работу в черных узких джинсах и шифоновой блузке в черный горошек, ее темные волосы волнами ниспадали на плечи. Я посмотрела на свою одежду: джинсы цвета индиго и футболка с длинными рукавами синего и белого цвета. В последний миг я накинула на шею красный шарф, и, между нами, я думала, что мы похожи на парижских девушек. Разница между нами была лишь в том, что Марина несла себя на высоких каблуках, а я — на плоской подошве. В моем шкафу было полно балеток и кедов, и это радовало меня больше, чем других женщин — шкатулки с драгоценностями.

— Разве предложение пугающее? — было сложно судить, ведь мое понимание странного было сформировано в странной семье.

Лицо Марины говорило «да, это самое страшное и странное письмо, что получали в Чейплвике».

— Ты работаешь здесь, и ты нормальная, — возразила я, хотя Марина не была такой уж правильной. Она не ответила, я прищурилась и подумала. — Гленда! — я прокричала ее имя. — Гленда нормальная.

Смех Марины сочился сарказмом.

— Гленда невероятная. И под ее одеждой точно есть облегающий костюм супергероини.