Кирилл Коробко – Время действовать (страница 2)
– И ты до сих пор не могла мне этого сказать? Зато трещала, без умолку, свои сплетни… Я жду этих известий уже много дней!
– Но я же сказала вам!
– Ладно, не будем обвинять друг друга. Я хочу немедленно увидеть этого человека.
– А как же молебен?
– Никуда молебен не денется, – перебил ее брат Гуго. – Я хочу увидеть этого Адольфа Штауффенберга. Немедленно!
Анна, закусив губу, посмотрела на священника недоверчиво. Что может быть важнее молебна? Ведь на молебне она сможет увидеть Артура…
Тем не менее, сделав книксен, она повела францисканца по верхней галерее, опоясывающей двор, спустилась по винтовой лестнице и вывела святого отца к задним воротам.
Адольф Штауффенберг
Францисканец сразу увидел фельдфебеля Штауффенберга. Тот стоял посреди двора, беседуя о чем-то с капитаном охраны, гасконцем Арно де Сестаком.
Брат Гуго торопился на литургию, поэтому позволил себе бесцеремонно прервать беседу:
– Доброе утро, господин де Сестак. Доброе утро, Адольф.
Оба воина повернулись к нему.
– Guten Morgen, Euer Ehrwürden3, – почтительно сказал Штауффенберг.
– Доброе утро, святой отец, – не менее почтительно сказал гасконец. В его зеленых глазах снова мелькнула так знакомая брату Гуго смешинка. – Мне доложили о событиях, произошедших вчера в городе. Это произвело на меня сильнейшее впечатление. Если вы вознамеритесь еще раз провернуть нечто в том же духе, ваше преосвященство, я не стану посылать своих людей, чтобы раздвинуть для вас кусты. Я сам почту за честь подставить вам спину, чтобы вы могли прыгнуть через забор!
Францисканец рассмеялся. Этот человек ему нравился. Он сказал, улыбаясь:
– Буду иметь в виду, сын мой! Однако, я спешу. Я должен провести молебен. Меня уже ждут люди. Позвольте, я скажу пару слов Адольфу Штауффенбергу.
Они с фельдфебелем отошли в сторону.
– В чем дело, Адольф? – тон брата Гуго стал резким. – Вы так быстро вернулись! Что с капитаном фон Гейделицем? Не томите, скажите мне сразу!
– С капитаном все в порядке, – ответил фельдфебель. – Он прибыл сегодня, рано утром, в Авиньон, на корабле. Корабль называется «Золотая макрель». Капитан послал меня разыскать вас. Он просил передать вам, что груз доставлен. Этот груз, под надежной охраной, находится на борту корабля. Герр капитан спрашивает, нашли ли вы место, где разместить оборудование?
От этих слов брат Гуго испытал огромное облегчение. Он переживал за исход операции, за груз, но больше всего он переживал за своего друга Иосифа. У него сразу улучшилось настроение. Итак, до начала турнира шесть дней. Если поторопиться, то они могут успеть!
Он сказал:
– Передай капитану, что две «точки» найдены. Скажи ему, что он может перенести груз сюда, в особняк. Я уже договорился с маркизой.
Тут ему пришло в голову, что, несмотря на арест кардинала Русо, город все еще наводнен легионом папских шпионов. Он добавил:
– Еще скажи капитану, чтобы нанял карету и перевез груз скрытно, под надежной охраной. Чем меньше посторонних глаз увидят наши сундуки, тем лучше. Я сейчас должен провести литургию. После этого я переоденусь и немедленно разыщу этот корабль. Там мы с капитаном фон Гейделицем и решим, что делать дальше.
Благословив фельдфебеля, он отправился во флигель, вести литургию.
С души свалилась огромная тяжесть. Фон Гейделиц жив, груз доставлен. Остальное он выяснит потом, когда поговорит с Иосифом с глазу на глаз.
Молебен
Литургию францисканец решил посвятить Пресвятой Богородице. После известий, принесенных Штауффенбергом, у него было хорошее настроение. Он воодушевлено пел гимны, одновременно наблюдая, что происходит в толпе молящихся.
Маркиза, преклоняя колена на подушечку, отказалась принять помощь маркиза, отбросив его руку. Маркиз де Каверак тоже был мрачен. Похоже, эти двое, едва увидев друг друга утром, уже успели поссориться.
Анне, во время молебна, было положено стоять за спиной маркизы, держа ее шлейф. Находясь под прикрытием своей хозяйки, она стреляла глазками в Артура. Тот находился в другом конце зала, за спиной у де Антре. Артур, пользуясь тем, что комтур4 его не мог видеть, устроил демонстрацию разных фигур: посылал Анне воздушные поцелуи, прижимал руки к сердцу, возводил очи гóре, рисовал в воздухе сердечко, утирал несуществующую слезу… Анна, от такого представления, отчаянно заливалась краской. Этого спектакля не увидел бы только слепой…
Сам де Антре, покручивая усы, не сводил глаз с маркизы. Причем (в этом брат Гуго был готов поклясться) сама маркиза нет-нет, да посматривала на рыцаря-тамплиера. Неужели слухи, циркулирующие среди прислуги, все-таки оказались правдой?
Месса шла заведенным порядком. После общей молитвы, когда присутствующие провозгласили «Ora pro nobis»5, францисканец предложил спеть «Salve Regina»6. Это был знак собравшимся, что литания подходит к концу.
Ему самому не терпелось скорее скинуть с себя тяжелое, шитое золотом, облачение и одеть привычную рясу и сутану. Он хотел бежать на пристань, разыскать «Золотую макрель» и выспросить у фон Гейделица все подробности его длительной задержки. Кроме того, следовало обсудить с капитаном дальнейшие действия, по осуществлению их плана.
Дженифер
Едва он поднялся в ризницу и стал расстегивать застежки облачения, в дверь постучали. Он вполголоса выругался. Положительно, сегодня его вниманием хотели завладеть все, кому ни лень, мешая скорее увидится с капитаном фон Гейделицем.
Тем не менее, он постарался стереть с лица выражение досады, нацепив маску доброжелательности. Он подошел к двери и открыл ее.
За дверью стояла маркиза. Францисканец удивился. Что ей тут делать? Он коротко поклонился:
– Ваше сиятельство! Рад лицезреть вам, мадам! Прошу вас, составьте мне компанию!
Маркиза шагнула в ризницу и тщательно закрыла за собой дверь.
Она еще не успела переодеться после молебна, только сняла алый плащ со шлейфом, который был на плечах маркизы во время литургии.
На лице Дженифер было странное выражение. Словно она собиралась чихнуть, но все не могла собраться. Ее глаза блестели. Францисканец сразу понял – что-то случилось.
– Что произошло, Дженифер? Вы опять поругались с мужем?
Она помолчала, подбирая слова:
– Мишель… скажите мне честно… что за человек этот… де Антре?
Францисканец изобразил удивление.
– С чего вы взяли, мадам, что я что-то знаю про него?
– Ну как же… Вы появились в Кавераке вместе с ним, причем оба вели себя, как хорошие друзья… Мне д’Бюрри и дю Перш рассказали…
Майкл решил не говорить ей, что «разрабатывал» де Антре уже больше полугода. Он непринужденно соврал:
– Вы ошиблись, Дженифер. Я познакомился де Антре накануне, в постоялом дворе «Железный вепрь». Это произошло случайно, просто наши пути пересеклись. Я остановился в гостинице, потому что мой конь валился с ног от усталости. Потом приехал рыцарь. Мы с ним перекинулись парой слов. Он рассказал о себе, а я – поведал ему свою историю… А затем нагрянул фон Гейделиц, с раненым Теодором на руках. Мы с де Антре поехали проверять его рассказ о засаде, вот и все…
– Жаль… Я бы хотела побольше разузнать про него… Он такой галантный кавалер…
Брат Гуго понимающе улыбнулся:
– Ну, еще бы… Едет, куда хочет, говорит, что хочет. Флиртует направо и налево, да еще кошельки набиты золотом и серебром…
Дженифер не заметила сарказма, прозвучавшего в голосе святого отца. Она спросила:
– Он же занимает какую-то высокую должность у тамплиеров? Иначе, почему он разъезжает по турнирам, да еще с оруженосцем?
Майкл внимательно посмотрел на Дженифер. Похоже, слухи, циркулирующие среди прислуги, оказались точны. Маркиза находилась в состоянии эйфории, сопровождающей влюбленность. Этого еще не хватало! Известно, что романтические чувства лишают людей рациональности, заставляя совершать глупые, безумные поступки. О которых потом жалеют. И расплачиваются всю жизнь. Он решил раз и навсегда положить конец этому безумию. Он сказал:
– Разве вы не знаете, мадам, что как раз оруженосец Артур и является причиной такого привилегированного положения нашего рыцаря?
Подвижная мордочка Дженифер приняла озадаченное выражение:
– Оруженосец? Артур? Как так? Объясните!
– Дело в том, что Артур – сирота, который должен унаследовать значительные земли. Орден Храма вознамерился эти земли присоединить к своим владениям, сделав Артура рыцарем-храмовником. Пока Артур несовершеннолетний, он не может вступить в права наследования. Соответственно, и Орден это наследство не может заграбастать.
– А при чем тут де Антре?
– Он опекун Артура. Как только Артур достигнет совершеннолетия, привилегированное положение де Антре исчезнет. Поэтому сейчас он наслаждается жизнью, как может.
Услышав эти сведения, маркиза нахмурилась. Ее горящие глаза погасли. Она опустила голову.
– Вот оно что… – горько сказала она.
Казалось, маркиза сейчас расплачется. Глаза Дженифер предательски заблестели.
Брат Гуго взял ее за руку: