Кирилл Коробко – Время действовать (страница 1)
Кирилл Коробко
Время действовать
Дженифер
Карета, гремя колесами по булыжной мостовой, неторопливо двигалась по лабиринту узких улочек Авиньона. Брат Гуго всю дорогу посматривал на своего собрата-священника. Старый кюре Леонард молчал. Он, закрыв глаза, играл желваками на скулах. Его руки судорожно перебирали четки. Очевидно, отец Леонард все еще переживал события сегодняшнего дня.
Францисканец понимал его. Он тоже чувствовал душевное опустошение. Он откинулся на подушки сиденья и задумался.
Теперь Папский турнир будет отменен. Папа не приедет в Авиньон, чтобы лично, своим присутствием, распространить на съехавшихся рыцарей благословение Святого престола.
Впрочем, его светлость, граф Раймунд Беренгар Четвертый, владетель Прованса, пообещал, что вместо отмененного Папского турнира власти проведут другой. Слишком много сил, денег и времени правители потратили на организацию турнира, чтобы попросту его отменить. К тому же, если турнир отменить, съехавшиеся со всего мира рыцари будут крайне недовольны.
Что означает эта новость? Для него самого и проводимой им операции?
Это означало, что главная цель операции – Папа Григорий Девятый – теперь недостижим. Он не приедет в Авиньон и останется в Риме. Он все также будет рассылать свои фанатичные буллы, поощряя одержимых «чистотой религии» святош по всему миру… Чего только стоит его булла «Excommunicamus»1, изданная весной этого года…
Зато, похоже, достигнута вторая, не менее важная цель – удалось выманить противника на Остров. Поход на Британию состоится. Пусть и без благословения Папы. Брат Гуго своими ушами слышал, что командующий войсками вторжения уже назначен. Это кузен короля Филиппа, герцог Рауль де Гиз, владетель Лотарингии.
Францисканец не сомневался, что Яков приготовил интервентам отменную ловушку. Войска вторжения получат хорошую трепку. Это враз охладит горячие головы, мечтающие о восстановлении в Англии старых порядков, которые царили при покойном короле Иоанне Безземельном…
Конечно, об этой новости следует немедленно оповестить метрополию. А во-вторых, убедить Дженифер поубавить пыл в вербовке желающих поучаствовать в крестовом походе. Она свое дело уже сделала…
И куда, черт возьми, запропастился Иосиф? До начала Папского турнира оставалась неделя, если считать сегодняшний день. А этот день заканчивается… А оборудование все еще не доставлено…
Майкл решил отложить решение всех этих вопросов на завтра. Сегодня он слишком устал…Устал и духовно, и физически. Не так то и просто изображать собой наживку….
К особняку на Епископской площади карета с гербами Ле Виган подкатила, когда уже начало темнеть.
Святые отцы выбрались из нее и поднялись на крыльцо. Привратник, открыв им, сказал, что ужин уже закончился, но господа еще спать не легли.
– Мы можем увидеть ее светлость? – спросил отец Леонард. – У нас для маркизы небольшая новость. Думаю, она перед сном будет рада услышать ее.
Привратник звякнул в серебряный колокольчик.
– Поднимись в покои госпожи, – сказал привратник вышедшей девушке, – и спроси, соблаговолит ли она принять двух святых отцов? У них для маркизы есть новость.
Через несколько минут их позвали. Дженифер уже готовилась ко сну. Она сидела на круглой банкетке перед зеркалом. Служанки расчесывали ей волосы.
– Что за новость вы принесли, святые отцы? – спросила она. – Надеюсь, не дурную?
– Самую что ни на есть приятную, мадам, – ответил старый кюре, поклонившись. – Ваш недруг, кардинал Русо, сегодня был задержан властями. Думаю, его вышлют из Авиньона. Больше он терзать и пугать вас не будет.
Маркиза бросила осторожный взгляд на служанок. Отец Леонард понял, что она не хочет обсуждать эту новость при них.
– Это отличная новость, ваше преподобие, – сказала Дженифер. – Что-то еще?
Старый кюре развел руками:
– Думаю, остальное потерпит до утра. Я имею ввиду, конечно, подробности сегодняшнего дня. Мы с братом Гуго зашли сказать вам это, чтобы вы спали спокойно и не терзались.
Дженифер улыбнулась. Ее улыбка была холодной и надменной. Так улыбается светская дама, когда получает то, что считает своим по праву.
– В таком случае, святые отцы, позвольте пожелать вам покойной ночи. Надеюсь, мы завтра увидимся на молебне. Кто из вас проведет литургию? Вы, отец Леонард?
– К сожалению, мадам, я уже обещал провести службу в доме де Лебрана, – с поклоном ответил отец Леонард.
– Значит, литургию проведу я, – сказал брат Гуго, до сих пор молчавший.
– Прекрасно, ваше преподобие. Увидимся завтра.
И Дженифер сделала величественный жест, что аудиенция окончена.
Анна
Наступило утро мессы.
Брат Гуго как раз облачался в ризнице к литургии, когда в дверь постучали.
Он открыл дверь. Там стояла Анна.
Юная фрейлина маркизы успела переодеться к молитве: вместо розового с белым пышного платья на ней было скромное темно-коричневое одеяние, с белым передником. На голове – скромный коричневый чепчик.
– Хорошо, что ты зашла, дочь моя. Помоги мне надеть альбу2!
Девушка стала за спиной у Майкла и стала расправлять ему складки ткани, образовавшиеся на спине. Он спросила, как бы между прочим:
– Святой отец, вы поговорили с Артуром?
– Да. Могу тебе сказать, молодой человек тоже проникся энтузиазмом, когда я передал ему твою просьбу встретиться и поговорить.
Девушка захлопала в ладоши:
– Ой, как здорово, как здорово! Это значит, мы будем счастливы?
Брат Гуго с ехидцей спросил:
– А твоя хозяйка знает об этом?
Анна совершенно не заметила саркастического тона. Она воскликнула:
– Маркиза де Каверак – чудесная женщина!
– Ты так думаешь?
– Да! Она всегда с пониманием относится к прислуге. Может, это потому, что у нее самой брак несчастлив?
– Откуда ты знаешь?
– Ну, это сразу видно. Она, с его сиятельством, если и разговаривает, то только когда это необходимо. Обычно они проводят время порознь. Его сиятельство в своих покоях – она в своих. Кроме того, маркиза, думая, что осталась одна, частенько плачет.
– Может, она скучает по родине? Она ведь англичанка!
– Мадам наполовину француженка. Ее покойная мама была из Франции. Нет, она плачет не по этой причине.
– Мне очень жаль, что ее сиятельство несчастна. Я поговорю с ней.
– О, в последнее время она плачет меньше. Я бы даже сказала, она приободрилась. Это случилось после той поездки в Барселону. Нет, позже… после того, как маркиза ненадолго съездила в Люнель…
Брат Гуго решил выведать, что известно прислуге. Он спросил озадаченным тоном:
– И что произошло в Люнеле? Ты не знаешь?
– Не знаю, святой отец. Но я думаю, ее светлость повстречала того, кому смогла отдать свое сердце…
Анна трещала без умолку. Она рассказала о слухах, которые предавались фрейлинами из уст в уста. Из этих слухов следовало, что у ее светлости возникли романтические чувства… к кому бы вы думали? К рыцарю Храма, шевалье Сент-Жаку де Антре! Францисканцу стало ясно, что в этих слухах полно вымысла, но ни капли фактов. Ему пришлось прервать этот фонтан словоизлияния.
– Дочь моя, мы опаздываем на молитву. Негоже заставлять прихожан ждать. Помоги мне закончить облачение.
Анна, не переставая трещать, помогла застегнуть ему застежки плаща. Теперь он был готов.
Они вышли из ризницы и стали спускаться по лестнице.
– О! Ваше преосвященство! Я должна кое-что еще сказать вам… – вдруг вспомнила Анна.
– Ну, так говори!
– Сегодня рано утром в ворота флигеля постучал человек. Он назвался фельдфебелем Адольфом Штауффенбергом. Он сказал, что прибыл из Арля на корабле и срочно разыскивает вас. Говорит, у него есть известия.
Брат Гуго чуть не выругался вслух: