Кирилл Фомичев – Подземное Солнце (страница 2)

Ее отец.

Руки в халате снова задвигались. Переставляли пробирки. В одной – мутная жидкость. В другой… что-то темное, почти черное, вязкое, пульсирующее слабым светом изнутри. Как этот камень. Руки соединили пробирки через шланг. На экране кривые взлетели вверх. Гул оборудования стал выше, напряженнее. Голос за кадром – низкий, усталый голос отца Люси: *«…нейронные связи стабилизируются. Поле синхронизации в пределах нормы. Испытуемый Кагорта-7 демонстрирует когерентность…»*

Внезапно – резкий звук сирены. Красное мигание. На экране – хаос из линий. Кривые рванули вверх, зашкаливая. Черная субстанция в пробирке взбухла, закипела. Голос отца стал резким, испуганным: «Прекращаем! Откачай смесь! Быс—»

Крик. Нечеловеческий, полный боли и ужаса. Не отца. Откуда-то из динамиков. Детский крик. Тот самый, что звучал в голове Сани.

– А-а-ах! – Саня дернулся, как от удара током. Артефакт выпал из его руки, ударился о камень пола с глухим стуком. Видение исчезло. Он снова сидел в темной щели, обливаясь холодным потом. Сердце колотилось, как молот. Перед глазами все еще стояло искаженное болью лицо на экране и этот детский вопль.

– Что? Что ты увидел? – Люся схватила его за руку, ее пальцы ледяные. – Саня!

Он с трудом перевел дух. Голова раскалывалась сильнее прежнего. – Твой… твой отец. Лаборатория. Он… что-то делал. С какой-то… черной жижей. Как этот камень. И… – Он посмотрел ей в глаза, не зная, как сказать. – Был крик. Детский крик. Как… как у Теней в голове.

Лицо Люси стало белым как мел. Она отпустила его руку, отпрянула. – Нет… Ты не понимаешь. Он… он искал способ общаться! Создать мост! Не причинить боль! – Голос ее дрожал, в нем звучали отчаяние и защита. – Испытуемые… добровольцы… из тех, кого Поверхность покалечила… Он хотел помочь!

– Помочь? – Саня хрипло засмеялся, поднимая теплый артефакт с пола. Он снова пульсировал в его руке, как сердце больного зверя. – Помочь кому, Люсь? Им? Тем теням? Они ведь и есть эти… «добровольцы»? Кагорта-7? – Он вспомнил голос: "Поиграть…" И крик. Один и тот же голос. – Что он с ними сделал? Что это такое? – Он потряс артефактом.

Люся не ответила. Она сидела, обхватив колени, уткнувшись лицом в колени. Плечи ее мелко дрожали. Саня видел не ученого-идеалиста, а отчаявшегося человека, который выпустил на волю то, чего не понимал. И это что-то теперь сводило с ума выживших в Подземелье.

Артефакт в его руке вдруг вспыхнул. Не светом, а резким, горячим импульсом, пронзившим ладонь до локтя. Саня вскрикнул от неожиданности и боли. На миг в его голове пронеслась не картинка, а… направление. Четкое, как стрелка компаса. Глубоко вниз. Туда, где должно гореть «Подземное Солнце». И вместе с этим – чувство голода. Чужого, холодного, направленного на него. На артефакт.

– Люсь… – прошептал он, вжимаясь в стену. – Мы… не одни. Он… – Он посмотрел на пульсирующий черный камень. – Он как маяк. Для них. Они знают, где мы.

Из темноты техпрохода, откуда они приползли, донесся звук. Не вой, не шепот. Шорох. Как будто что-то большое и влажное медленно, очень медленно ползет по камню. Навстречу теплу.

Глава 3: Лабиринт Тихого Ужаса

Щель вывела их не в туннель, не в штрек. Она вывалила их в… коридор.

Саня первым выкатился из тесного каменного горла техпрохода, ударившись локтем о гладкий, холодный пол. Боль пронзила руку, но он замер, затаив дыхание. Люся вылезла следом, тяжело дыша.

Тишина.

Не та гнетущая тишина перед появлением Теней. Другая. Глубокая, мертвая, как в гробу. Воздух был другим – суше, холоднее, с едва уловимым химическим запахом, напоминающим больницу. Пахло пылью и чем-то… стерильным, давно забытым.

Саня поднял голову. Они были в длинном, прямом коридоре. Стены и потолок – гладкий, серый бетон, местами облупившийся, но без следов грубых сварок или копоти, как в их секторе. По стенам шли аккуратные желоба для кабелей, ныне пустые и забитые пылью. Через равные промежутки в потолке были вмонтированы светильники. Мертвые. Лишь один, в дальнем конце коридора, слабо мигал тусклым, желтоватым светом, отбрасывая прыгающие тени. На стенах – следы былой системы: таблички с номерами, затертые надписи. Саня различил: «Сектор С-300. Доступ 3-Б».

– Где… это? – прошептала Люся, вставая и озираясь. Ее арбалет был наготове, но в этой тишине он казался игрушкой. – Я таких коридоров не знаю. Это не Архив, не Кузня… и не Гидропоника.

– Глубже, – хрипло сказал Саня, сжимая в кулаке теплый артефакт. Тот самый, пульсирующий слабым ответом на его страх. – Он вел сюда. Вниз. – Он ощущал направление как легкий магнитный толчок в груди – дальше по коридору, влево.

Но что-то было не так. Коридор был пуст. Чист. Слишком чист для Подземелья. Ни следов борьбы, ни трупов, ни мусора. Только пыль. Густая, нетронутая годами пыль на полу. И их следы, оставленные только что, казались кощунством.

– Тишина… – Люся вздрогнула. – Слишком тихо. Даже крыс не слышно.

– Может, они не заходят сюда? – предположил Саня, но сам не верил. Он помнил шорох в техпроходе, тот влажный, ползучий звук. Они ушли от него, но чувство преследования не отпускало. Артефакт в руке был как маяк. Теплый, живой маяк в мертвом месте.

Они двинулись вдоль коридора, шаги гулко отдавались в гробовой тишине. Саня вел, держа короткоствол наизготовку. Мигающий свет впереди бросал их искаженные тени на стены. С каждым шагом напряжение росло. Что-то висело в воздухе. Не шепот Теней, а… ожидание. Как будто стены смотрели.

Артефакт в руке Сани вдруг дернулся. Тепло сменилось коротким, резким жжением. В ушах – не голос, а ощущение: «Стой.»

Саня замер как вкопанный. Люся чуть не налетела на него.

– Что? – она прошептала.

– Не знаю… – Саня посмотрел на камень. Он снова пульсировал ровно, но в висках стоял звон. – Чувствую… ловушку? Или…

Он посмотрел на пол под ногами. Пыль. Их следы. И… чуть впереди, под мигающим светом, пыль была слегка взъерошена. Небольшой участок, будто кто-то недавно прошел и старательно замел следы, но не до конца.

– Там… – он кивнул.

Они осторожно обошли подозрительное место, прижавшись к стене. Прошли мигающий светильник. Коридор поворачивал налево. Туда, куда тянул артефакт.

За поворотом открылся такой же длинный, мертвый коридор. Но посередине него, метрах в двадцати, стояла… фигура.

Человек?

Саня пригнулся, втянув Люсю за собой в тень стены. Сердце колотилось. Фигура стояла неподвижно, спиной к ним. Высокая, худая, в какой-то длинной, темной, мешковатой одежде, напоминающей балахон. Голова была опущена. Руки висели вдоль тела. Никакого оружия видно не было. Но от нее веяло чем-то… нездоровым. Не агрессией. Апатией? Пустотой?

– Кто это? – еле слышно выдохнула Люся.

Саня пожал плечами. Никто из знакомых кланов так не одевался. Сектант? Но Служители носили робы с символами Реактора. Это было другое.

Фигура вдруг пошевелилась. Медленно, как манекен на заржавевшем шарнире, она начала поворачиваться. Не всем телом. Сначала голова. Потом плечи. Неестественно плавно, без рывков.

Саня замер, прицеливаясь. Люся натянула тетиву арбалета.

Лицо, обращенное к ним, было бледным, осунувшимся. Глаза… Глаза были открыты, но взгляд был пустым, устремленным куда-то в никуда, сквозь стены. Рот полуоткрыт. По щеке, из уголка глаза, струилась тонкая дорожка засохшей темной жидкости. Не кровь. Что-то похожее на масло или густую смолу.

Фигура закончила поворот. Теперь она смотрела прямо на их укрытие. Но в ее пустых глазах не было ни узнавания, ни угрозы. Просто… направленность. Как у Тени, но более физическая.

– Что с ней? – прошептала Люся. – Она… живая?

Фигура сделала шаг. Потом еще один. Неуверенно, будто заново учась ходить. Она шла прямо на них. Руки все так же висели плетьми.

– Стой! – крикнул Саня, выходя из тени. Короткоствол был направлен на грудь незнакомца. – Кто ты? Откуда?

Фигура не остановилась. Не изменила выражения лица. Не замедлила шаг. Пустые глаза смотрели сквозь него. Шаг. Еще шаг. Расстояние сокращалось. От нее несло запахом пыли, старой ткани и… сладковатой химической горечью.

Артефакт в руке Сани снова дернулся. На этот раз не жжением, а волной холода. И в голову ворвался не голос, а какофония шепотов, слившихся в один гулкий, безличный фон: «…не шуми… не мешай… слушай… слушай… слышишь?…»

– Тени… – с ужасом поняла Люся. – Она… слышит их? Они в ней?

Фигура была уже в десяти шагах. Ее рука медленно поднялась. Не для удара. Она протягивала руку, как слепой, пытаясь нащупать невидимое препятствие. Пальцы дрожали.

– Отойди! – рявкнул Саня, отступая. Его палец дрогнул на спуске. Стрелять? В кого? В пустую оболочку?

Внезапно, в пустом взгляде фигуры мелькнуло что-то. Крайне краткое. Искра? Паника? Боль? Ее губы шевельнулись, выдавливая хриплый, беззвучный шепот:

– …у…бей…

И тут же искра погасла. Пустота вернулась. Рука потянулась к Сане, пальцы судорожно сжались, как клешни. Шаги ускорились. Из полуоткрытого рта вырвалось булькающее, нечеловеческое шипение.

– Люсь! – крикнул Саня, отпрыгивая в сторону. Арбалет Люси щелкнул. Болт с глухим стуком вонзился фигуре в плечо. Та даже не вздрогнула. Не остановилась. Она повернулась к Люсе, ее движения стали резче, целеустремленнее.

Саня выстрелил. Грохот гулко прокатился по коридору. Пуля ударила в грудь. Фигура качнулась, сделала шаг назад. Темная, маслянистая жидкость сочилась из раны. Но она не упала. Она снова двинулась вперед, шипя, сжимая пальцы. Ее глаза были по-прежнему пусты.