Кирилл Филатов – Дело 147-А (страница 6)

– Это угроза?

– Это констатация факта. Вы старый человек. Сердце – штука ненадёжная.

Градов встал.

– Спасибо за беседу, Марат Сабирович.

– Не за что, – Ахмеджанов уже смотрел в монитор. – И больше не приходите.

Градов вышел из здания и долго стоял на тротуаре, глядя на заснеженную улицу. Двое из четырёх сказали одно и то же: Трофимов. И оба предупредили.

Он достал телефон. Набрал номер Ковалёва.

– Борис Игоревич, это Градов.

– Лев Осипович, – голос Ковалёва звучал устало. – Я как раз собирался вам звонить.

– Есть результаты?

– Токсикология показала аномально высокий уровень калия в крови. Такой уровень не мог образоваться естественным путём. Эксперт говорит, что это могло быть введено внутривенно за несколько минут до остановки сердца.

Градов закрыл глаза.

– Убийство.

– Похоже на то. Я только что подписал постановление о возбуждении уголовного дела. – Ковалёв помолчал. – Лев Осипович, мне нужно, чтобы вы принесли то письмо. Официально.

– Принесу. Но сначала мне нужно кое-что сделать.

– Что именно?

– Поговорить с человеком, которого не посадили двенадцать лет назад.

Ковалёв замер на том конце провода.

– О ком вы?

– О Сергее Владимировиче Трофимове.

Пауза. Длинная. Когда Ковалёв заговорил снова, голос его изменился – стал осторожным, почти шёпотом.

– Лев Осипович, вы уверены? Трофимов – это… он не просто свидетель. У него связи, влияние. Если вы начнёте его допрашивать без оснований…

– У меня есть основания. Пожарский назвал его в письме?

– В письме нет имён. Только текст, который вы уже знаете.

– Тогда я найду другие основания.

– Лев Осипович, прошу вас. Дайте мне время. Я сам проверю эту линию. Официально. В рамках дела.

– Вы проверите, Борис Игоревич. Я в вас не сомневаюсь. Но вы проверите через неделю. А Трофимов знал, что Пожарский вернулся, ещё до того, как он написал мне письмо. Я хочу понять, откуда.

– И как вы это сделаете?

– Пойду к нему домой и спрошу.

Ковалёв вздохнул. Тяжело. С обречённостью человека, который понимает, что спорить бесполезно.

– Хотя бы не один, – сказал он. – Я пришлю кого-нибудь.

– Не надо. Если я приду с полицейским, он просто не откроет дверь. А так – я старый профессор, который хочет поговорить о прошлом.

– Он знает, кто вы.

– Именно. Он знает, кто я. И он знает, что я ничего не могу ему сделать. Поэтому, возможно, он будет говорить.

– Или не будет.

– Или не будет, – согласился Градов. – Но я должен попробовать.

Он сбросил вызов.

Вторая линия. Тот, кто не опоздал.

Он сидел в машине на другой стороне улицы, когда Градов вышел из офиса Ахмеджанова. Видел, как старик достаёт телефон, как набирает номер, как замирает, слушая ответ.

– Он уже был у Круглова, – сказал он в трубку.

– Теперь у Ахмеджанова. Движется по списку.

– Кто следующий? – спросил голос на том конце.

– Сорокин. Или сразу Трофимов. Судя по его лицу – Трофимов.

– Это плохо.

– Я знаю.

– Ты можешь его остановить? Не грубо. Мягко. Напугать. Заставить понять, что ему не стоит продолжать.

– Он старый мент. Таких не напугать.

– У всех есть слабости. Найди.

Звонок прервался.

Он смотрел, как Градов садится в такси и называет адрес. Дом Трофимова.

– Ну что ж, профессор, – сказал он тихо. – Посмотрим, как вы заговорите, когда увидите его вживую.

Машина тронулась следом.

Дом полковника Трофимова стоял в тихом переулке в центре города. Трёхэтажный особняк из красного кирпича, высокий забор, камеры по периметру. Всё говорило о том, что хозяин ценит покой и умеет его обеспечивать.

Градов подошёл к воротам. Нажал кнопку домофона.

– Слушаю, – раздался голос. Мужской, спокойный, с лёгкой хрипотцой.

– Сергей Владимирович, это Лев Осипович Градов. Нам нужно поговорить.

Тишина. Градов уже подумал, что ему не откроют, когда замок щёлкнул, и калитка приоткрылась.

– Проходите.

Он вошёл во двор. Дорожки расчищены, кусты подстрижены, всё аккуратно, по-военному. На крыльце стоял мужчина лет семидесяти, в тёмном свитере и брюках. Сухой, подтянутый, с седыми висками и тяжёлым взглядом.

Полковник Сергей Владимирович Трофимов.– Градов, – сказал он, рассматривая гостя.

– Не ждал. Выглядите… постаревшим.

– Война, – ответил Градов.

– Какая война?

– Та, что двенадцать лет назад вы выиграли. А я проиграл.

Трофимов усмехнулся. Жёстко.