Кирилл Блинов – Эклипсион. Книга 1. Часть 2 (страница 12)
Он вспоминал лица тех, кто пал, и чувствовал, как вина разъедает его изнутри. Каждый павший был для него не просто солдатом, а человеком, которому он дал обещание вернуть его домой. И теперь эти обещания превратились в ничто.
– Что же нам делать дальше? – думал он. Как я смогу смотреть им в глаза и говорить о мире, когда сам едва удерживаюсь на краю?
Но вместе с этой болью в нём рождалось и понимание. Он знал, что не может позволить себе пасть духом. Его люди нуждались в нём, как в лидере, который сможет провести их через эту тьму. Он глубоко вздохнул, собирая силы.
– Мы пережили эту ночь, и мы переживём следующую, – решил он про себя. Я не позволю, чтобы эти потери были напрасны. Пусть эта боль научит нас ценить жизнь больше прежнего. И пусть те, кого мы потеряли, будут жить в нашей памяти.
С этими мыслями Таргельд выпрямился и, бросив последний взгляд на ночное небо, направился к своему шатру, зная, что впереди их ждёт ещё много испытаний.
Когда Таргельд вошёл в свой шатёр, там его уже ждал Арвин, сосредоточенный и немного взволнованный. Он сразу перешёл к делу, спросив о численности и запасах. Таргельд кивнул и ответил:
– У нас примерно две тысячи бойцов. И запасов, в принципе, хватит на месяц, так что голод нам не грозит. Главное – вернуться в земли Сенарии без новых потерь.
Арвин облегчённо вздохнул и продолжил:
– У меня под крылом три тысячи всадников. Они пришли налегке, так что провизии у нас почти нет, только то, что в походниках. Мы отойдём в замок Элдреанор. Там мы сможем принять всех людей и переждать, пока не решим, как двигаться дальше.
Таргельд кивнул, услышав это звучное название, словно из древних легенд. Элдреанор – имя города, которое звучало величественно и внушало надежду.
– Хорошо, – сказал Таргельд. Мы отойдём в Элдреанор. Там мы сможем перегруппироваться и дать людям передышку.
Так, договорившись, они начали готовиться к отходу в замок Элдреанор – надёжную крепость, которая могла стать временным приютом и первым шагом к возвращению домой.
Утро взошло над полем битвы, озаряя его холодным, безжалостным светом. Тысячи тел усеивали землю – как павшие сенарийцы, так и кочевники, и над ними уже кружили хищные птицы. Вороньё слеталось на пир, каркая и пикируя вниз, и зрелище было мрачным и угнетающим. Таргельд вышел из шатра, чувствуя, как утренний воздух обжигает лёгкие, и медленно пошёл по полю, останавливаясь у тел своих погибших капитанов. Каждый из них был для него не просто подчинённым, а другом и товарищем.
Таргельд приказал своим воинам собрать тела капитанов немедленно и укутать их с почестями. Он не мог позволить оставить их на съедение птицам. Затем он отдал распоряжение собрать и остальные тела сенарийцев, чтобы сжечь их по обычаю, не оставляя никого на этом проклятом поле. Они не могли уйти, пока не выполнят этот долг.
Работа была тяжёлой и скорбной. Воины молча собирали тела своих павших товарищей, укутывали их в плащи и складывали на погребальные костры. Над полем поднимался горький дым, и Таргельд стоял в стороне, молча наблюдая, как огонь охватывает останки его людей. Он понимал, что это был их последний путь, и что этот долг он должен был исполнить, прежде чем уйти.
Пламя погребальных костров уже ярко полыхало, когда к Таргельду тихо подошёл Арвин. Таргельд стоял, опустив голову, и думал о каждом своём друге, чьё имя теперь было отдано огню. Он обернулся к Арвину, и на мгновение в его глазах мелькнула усталость.
– Знаешь, я в этой суматохе совсем забыл спросить тебя, – тихо начал Таргельд. – Как ты нас вообще нашёл? И почему ты здесь, Арвин?
Арвин вздохнул и посмотрел на костры, а потом снова на Таргельда.
– Твой вопрос справедлив. На самом деле всё просто. Короли Сенарии, отправляя вас в эти степи за головами кочевников, поступили, мягко говоря, безрассудно. Мой король, Лотар, понимал это лучше других. Именно поэтому он отправил нас к вам на поддержку. Мне жаль, что мы пришли слишком поздно.
Таргельд покачал головой, но на его лице мелькнула тень благодарности.
– Пусть так, но я всё равно рад, что ты здесь. Без вас мы бы все погибли.
Арвин кивнул, а затем добавил:
– Понимаешь, Таргельд, наши короли забыли, что их долг – защищать собственные земли, а не ввязываться в чужие конфликты с Валдорией и Драгхеймом. Пока они думают о чужих войнах, их собственные люди умирают здесь, вдали от дома.
Когда слова затихли, Арвин и Таргельд на мгновение просто молча смотрели на тлеющие костры. Затем Арвин тихо, но твёрдо положил руку на плечо Таргельда, давая понять, что время скорби подходит к концу.
– Нам пора возвращаться, друг мой, – сказал Арвин. – Как бы тяжело ни было покидать это место, но мы должны идти. Враги ещё могут вернуться, а нам нужно сохранить тех, кто ещё остался в живых.
Таргельд взглянул на него и, хоть в его глазах всё ещё была печаль, он кивнул, соглашаясь.
– Ты прав. Мы сделали всё, что могли для павших. Теперь наш долг – защитить живых. Пусть память о павших ведёт нас вперёд.
С этими словами они повернулись и начали собирать людей в путь. Постепенно отряды сенарийцев двинулись прочь с этого печального поля, оставляя позади тлеющие костры и тяжёлые воспоминания.
Ночь над валдорийскими землями выдалась холодной и беспокойной. Ветер с севера гнал клочья тумана над лагерем драгхеймской армии, обдавая шатры холодной сыростью. Вдали, за холмами, тлели остатки разрушенных селений, а над ними нависло безмолвное небо, словно предчувствующее беду. В главном шатре командования было куда жарче, чем снаружи. Здесь пылали масляные лампы, отбрасывая длинные тени на разбросанные по столу карты и пергаменты. Воздух был густ от запаха перегретого воска, мокрых плащей и напряжённого спора, который вот уже добрый час не утихал между командирами армии.
– Это безумие! – воскликнул генерал Торвальд, широкий мужчина с густой чёрной бородой. Его тяжёлая рука со злостью ударила по столу. – Как мы, по-вашему, должны продвигаться, когда король отрезал нас от припасов? Наши люди уже голодают, и их боевой дух угасает на глазах!
– Торвальд прав, – холодно произнёс генерал Арман де Грей, высокий и худощавый командир с острым, словно лезвие, взглядом. Он откинулся на спинку тяжёлого походного кресла и сцепил пальцы в замок. – Это не просто сложность, это катастрофа. Мы загнаны в ловушку, и если снабжение не восстановится, то через неделю мы окажемся в худшем положении, чем сами валдорийцы!
– Глупцы, – с раздражением бросил генерал Лауренс. Вы действительно верите, что король намеренно оставил нас без снабжения? Какой в этом смысл? Драгхейм не может позволить себе поражение в этой войне. Значит, либо произошла ошибка, либо… – он оборвал себя и нахмурился.
В этот момент полог шатра распахнулся, впуская порыв ледяного ночного ветра. Все трое генералов замолчали и одновременно повернули головы. В проёме появился лорд Хельмгольд – высокий мужчина в чёрном дорожном плаще, под которым сверкнула серебряная цепь его звания. Его холодный взгляд скользнул по присутствующим, а затем он шагнул вперёд.
– Лорд Хельмгольд? – подал голос Лауренс, узнавая вошедшего. Его суровое лицо нахмурилось. – Чем обязаны вашим визитом?
Наступила тяжёлая тишина, в которой слышался лишь треск фитиля в лампе. Командиры ждали ответа, и в их взглядах читалась тревога. Генералы, ещё мгновение назад спорившие между собой, теперь все как один уставились на лорда Хельмгольда, ожидая его объяснений. Ветер вновь трепыхнул полог шатра, но никто не обратил на это внимания. Хельмгольд медленно снял перчатки и положил их на край стола, окинув взглядом сидящих за картами командиров. Его лицо оставалось бесстрастным, но в голосе звучала едва уловимая серьёзность.
– До меня дошли вести, – начал он, сцепив руки за спиной, – что король прекратил снабжение войск.
Его слова прозвучали как гром среди ясного неба. Генералы обменялись удивлёнными взглядами. Первым заговорил генерал Лауренс, пристально глядя на Хельмгольда исподлобья:
– И кто же принёс вам такую весть?
Хельмгольд не дрогнул.
– Один из моих знакомых капитанов, который служит в западной армии, – ответил он спокойно. – Я доверяю ему, но не стану называть его имя.
Лауренс прищурился.
– Как угодно, – процедил он. – А может, тогда вы объясните нам, почему король пошёл на столь радикальное решение?
Хельмгольд выдержал паузу. Затем медленно наклонился вперёд, уперев руки в стол, и холодным голосом сказал:
– Если честно, я не уверен, что этот приказ вообще отдал король Эдгар III.
Эти слова, казалось, пробили тишину шатра, как удар молота по наковальне.
– Что вы хотите этим сказать? – резко поднял голову генерал Торвальд.
– Короля нет в столице, – продолжил Хельмгольд. – Он оставил вместо себя наместника Хельмира, и именно он сейчас отдаёт приказы.
Генералы молчали, переваривая услышанное.
– Вы намекаете, что это Хельмир отдал подобный указ? – осторожно спросил Арман де Грей, склонив голову набок.
– Я не утверждаю этого, – медленно ответил Хельмгольд. – Но я допускаю такую возможность.
Наступила тяжёлая тишина. Все трое генералов переглянулись.
– Куда направился король? – наконец спросил Лауренс, голос его звучал напряжённо.
Хельмгольд посмотрел на него и произнёс: