Кирилл Берендеев – Перпендикулярное кино. 100 рецензий на фильмы за пределами Голливуда (страница 8)

Обыкновенный расизм

Американский кинематограф со дня своего появления обращался к теме расизма; как видим, несмотря на прошедший век, она все еще злободневна. Новый фильм «Преступники в системе правительства» (Perpetrators in Government Systems, 2023) рассказывает до боли знакомую историю.

Эту картину можно назвать инди: ее спродюсировал, срежиссировал, смонтировал, написал сценарий и музыку один человек, Аарон Спеллс. Однако, от этого она не стала ни проходной, ни вторичной, напротив. Несмотря на так себе название, картина в значительной степени связана с другими представителями жанра, давно ставшими культовыми, прежде всего «Пинки» и «Выхода нет».

Судите сами: история начинается в недалеком прошлом, когда отца семейства Шакуров, видного негритянского активиста, убивают вломившиеся в дом агенты ФБР, мотивируя свою внезапную агрессию «вооруженным сопротивлением». Тогда им все сходит с рук, хотя оружия в доме найти так и не смогли, даже не подбросили. По прошествии десяти лет двое выживших сыновей постепенно входят в новую жизнь, кажущуюся им светлей и желанней. Старший Траст стал адвокатом, вышел в люди, теперь уважаемый человек в городе, младший Эйс готовится поступить в колледж Лиги плюща как будущий математик. Все идет более-менее гладко, пока их машину не останавливают полицейские, заподозрившие в поездке двух чернокожих в центр города, охваченного негритянскими протестами, пополнение рядов бузотеров.

Стороннему наблюдателю редко доводится ощутить на своей шкуре жизнь гетто, Спеллс предоставляет нам подобную возможность в полной мере. Здесь мало что переменилось в времен «Пинки», да что там, за последние пару веков, разве способы общения стали другими. Но по-прежнему люди забиты, унижены и отчаянно сплочены против ополчившегося на них мира. Они как в давнопрошедшем рабстве называют друг друга «королями» и «королевами», смотрится это и грустно и горько, по-прежнему слушают однообразные проповеди пастора о любви, всепрощении и терпении, все так же стараются общаться лишь с братьями по крови, с подозрением косясь на всякого чужака иного цвета кожи. И надеются на лучшее время, до которого ну хоть в этот раз осталось совсем чуть-чуть. Вот только в старом городе ничего не меняется.

Полицейские убивают Эйса во время обыска машины, причины которого они сидевшему за рулем адвокату так и не сумели объяснить. Как думаете, какой вердикт вынес суд? Нет даже смысла отвечать на этот вопрос. Другой уместней – как отреагировала на это община, семья, Траст, наконец. Какое решение принял он о своей дальнейшей судьбе вроде бы стороннего человека, умудренного сводом законов и правил поведения, усвоившего лучшую жизнь, из которой его попросили одним движением пальца, положенного на спусковой крючок.

Уместно вспомнить аналогичную сцену в «Пинки», когда полицейские сперва с уважением подходят к вроде бы белой женщине, спорившей о чем-то с посмевшей той возразить негритянке. И как же переменяются они, поняв, что перед ними выродок, белокожая черная. Траст внезапно оказался ровно в той же ситуации, отброшенный во времена сегрегации, если не дальше.

Ну а дальше история вильнет в сторону «Выхода нет». И ответ окажется ничуть не менее драматическим, хотя и более интимным, посмотрев, вы поймете, о чем я. Финал же закономерен. Спеллс сознательно идет на обострение, выкладывая все припасенные козыри, но и не давая однозначных ответов на высказанные вопросы. Он лишь обрисовывает ситуацию, в которой оказалось столь хорошо знакомое ему общество, а выход должен найти всякий самостоятельно. Ведь что мы для других, как ни ходячие ярлыки, по которым нас судят, как книгу по обложке, не заглядывая в самый корень. Нам дают прозвания, чаще оскорбительные, нас презирают или боятся, мы отвечаем схожим образом, так же не задумываясь о причинах и следствиях, походя чураясь и оскорбляя. Вопрос в том, кто первым вынырнет из порочного круга, из той чашки Петри в которую превратилась наша зацикленная на обобщениях и штампах жизнь. Кто первым посмотрит на мир без стереотипов, кто протянет руку, наконец.

Спеллс на главные роли в свой фильм сознательно взял малоизвестных актеров, и справились они ничуть не хуже маститых, приглашенных в эпизоды. В этом он оказался прав, новички показали мир, каков он есть, а не каким бы его хотели видеть или могли воспроизвести. Дело осталось за малым – прислушаться к их словам.

Четыреста лет засухи

Снимать фильмы от лица детей всегда непросто, достаточно чуть сфальшивить, чтоб самый хороший замысел с треском провалился. Но когда все получается, выходят шедевры, от «Жестяного барабана» до «Мио, мой Мио», от трагедии до сказки, а ведь оба вышеприведенных рассказывают об одном и том же. Вот и чилийская картина «Расскажи мне кино» (La contadora de películas, 2023) не теряется в этом ряду.

Эта лента еще и история взросления, она охватывает полтора десятка лет. А все начинается в 1966 году, в глухом чилийском поселке в самой сухой пустыне мира, Атакаме, где последний раз дождь выпадал еще в позднем Средневековье. У большинства его жителей одна работа – добыча селитры по будням, и одна радость – поход в кино в воскресенье. Вот только когда одни зарабатывают, другие получают, хозяева шахт постоянно урезают выплаты, вводят поборы и сдают фанерные коробки в качестве жилья в аренду. Именно в такой ютится семья Марии Маргариты: отец, начальник смены, домохозяйка мать и трое ее братьев. Когда с отцом происходит несчастный случай, от правления шахт он получает лишь инвалидное кресло. Теперь семейство вынуждено жестко экономить и сдавать в ломбард последнее. Но забывать о единственной радости в жизни никак нельзя. Чтоб выкрутиться, семейство стало отправлять в синема единственного делегата: кто лучше расскажет увиденную картину, тот и будет в дальнейшем смотреть за всех кино.

Режиссером картины стала датчанка Лоне Шерфиг, удивительная космополитка, прежде снимавшая у себя на родине, к примеру, «Итальянский для начинающих», после перебралась за океан, порадовав мир «Одним днем», ныне перебралась в соседнее полушарие и творит уже там. Команду она так же собрала интернациональную: мать Марии Маргариты играет Беренис Бежо, памятная нам по «Артисту», отца – Антонио де ла Торре из «Возвращения», хозяина шахт Даниэль Брюль, «Гуд-бай, Ленин!». В работе над адаптацией романа Эрнана Летелье, по которой и снята картина, ей помогали Рафа Руссо («Человек с дождем в ботинках»), Изабель Койшет («Тайная жизнь слов») и Уолтер Саллес («Город бога»). Кажется, такая пестрая компания обязательно напортачит, но ничего подобного. Фильм получился ровный, аккуратный, без швов и несуразностей. Выдержан и стиль романа, чья фабула бережно перенесена в сценарий, и атмосфера времени, вплоть до мелких деталей. Особенно это касается фильмов, которые крутят в тамошнем кинотеатре: в основном голливудские и французские картины. Их пересказывать получается именно у Марии Маргариты, да так дивно, что многие соседи стали приходить послушать юное дарование, отчего доходы местного синема резко упали. А тут новая напасть, не выдержав предельной нищеты, в которую впало семейство, в город сбежала их мать. Мария Маргарита решается просить плату за свои рассказы и фактически становится единственной представительницей рабочего класса в кинотеатре.

Режиссер пошла на хитрость, картины, которые смотрит главная героиня, всегда неслучайны. В день трагедии, случившейся с отцом, Мария Маргарита видела «На Западном фронте без перемен», когда сбежала мать – «Завтрак у Тиффани», а когда среди шахтеров начались волнения – «Спартак». Были еще «Человек, который застрелил Либерти Валланса», «Шербурские зонтики», «Отныне и во веки веков». Жизнь Марии Маргариты столь тесно переплетается с кино, что с течением времени оказывается как бы сращенной с ним. Неудивительно, ведь картины становятся частью ее жизни, а судьба показывается каюрами черно-белых лент. Сценаристы не стали шлифовать и подстраиваться, показав историю потерь и разочарований, приправленную горькой иронией, куда ж без комедии в драме? Именно она спасает героиню от невзгод год за годом. Мария Маргарита растет, взрослеет, отбрасывая прежние верования и желания, обретая себя заново в новом, но таком знакомом мире, где – как в фильме «Христос остановился в Эболи», все застыло в тягостной неизменности, из коей, кажется, вовсе нет выхода. Консерваторы в стране уходят, их сменяет Альенде, затем приходит Пиночет – а на шахтах продолжают трудиться, умирать и нищенствовать. Те же люди, те же фразы. Вот только в домах вдруг появился телевизор.

Усмешка напоследок, своего рода пинок судьбы, дающий старт поискам новой себя. Время рассказов подошло к концу, пора оглянуться и выбрать иную стезю. Остаться или следовать путями братьев, разлетевшихся по стране? Отдаться шахтам или уйти насовсем? Только последняя сцена, похожая на сцену первую, но отличающейся от нее на 15 лет, даст ответ на извечный вопрос.

Достичь Нормандии

Иногда бывает так, что идентичные сценарии попадают в разные студии, случается, что и фильмы по ним выходят почти одновременно. Трудно сказать, причина тому в жадности сценаристов или чем другом, но подобное случалось не раз в прежние годы, взять хоть приснопамятное противостояние «Армагеддона» и «Столкновения с бездной»; подобное вышло и в этом году. Два фильма, при этом основанные на реальных событиях совместно принялись штурмовать кинотеатры: американский «Великий беглец» и британский «Последний стрелок» (The Last Rifleman, 2023). При этом первый удостоился внимания ведущих мировых студий Англии, Франции и США, а вот второй оказался куда скромнее, но, возможно, от этого только выиграл. И в противостоянии Майкла Кейна и Пирса Броснана для меня победил последний. О «Стрелке» и расскажу.