Кира Туманова – Развод. Ваша честь, я возражаю! (страница 11)
– Не переживайте, я сама виновата. У вас же есть во что переодеться?
– Да, но вы сказали, что в своём будете.
– В общем так, Кристина, – она расплывается при звуке своего имени, – сейчас ты меня приводишь в порядок, и я иду к вашей Соне, или как её там?
– Да, Соня – костюмер.
– Шарфик у неё найдётся, думаю?
– Да, конечно.
Успокоившаяся Кристина шустро закалывает мне волосы у лица. И, видимо в благодарность за мою лояльность, сегодня готова делиться сплетнями не с подружками, а со мной.
– Ваш оппонент, кстати, тоже выглядит не очень, – заговорщицки понижает она голос.
– Что, кобель недостаточно кобелист? – не удерживаюсь от шпильки, но тут же кусаю язык, увидев её вытянувшееся лицо. – Прости, забудь. Не будем об этом.
– Нет, он просто... – она берет меня за подбородок, поворачивает лицо к свету и недовольно морщится. – Что-то вы сегодня бледненькая... – Она игриво подхихикивает, наклоняясь к моему плечу, и её следующий выпад попадает точно в цель. – Но другой адвокат выглядит так, будто вообще не спал. Надеюсь, что ночью из него законы соки высосали, а не Лея.
Внутри же что-то мелко и противно царапается.
Возможно, если бы я не сидела прямо перед зеркалом, на моём лице тут же расцвела бы кривая гримаса. Но я вижу своё отражение, и потому мои черты остаются безупречно-бесстрастными.
– Думаешь, она слишком требовательная клиентка? – подыгрываю я, растягивая слова.
– О, нет, я не об этом... – Кристина многозначительно закатывает глаза. – Просто Лея теперь везде с ним ходит. Чуть ли не за ручку. Мне вот интересно, ночью они расстаются?
– Это невозможно, – говорю я с лёгкостью, которой не чувствую. – Антон профессионал, это запрещено.
– Ох, вы же взрослая женщина, понимаете, что мужчины часто думают не верхней головой, а нижней.
С удивлением кошусь на Кристину.
Сколько ей лет, интересно? Двадцать пять, не больше? Если бы я в своё время постигла эту мудрость, то вряд ли бы обзавелась разбитым сердцем и стойким недоверием к мужчинам.
С коллегами тоже романы не крутят, во всяком случае, Антон когда-то клялся мне в любви и убеждал, что на работе только в документы заглядывает, а не в декольте сотрудницам.
– Лея же секси, кто тут устоит? – продолжает болтать Кристина, вбивая мне в скулы тональный крем. – Фигура, внешность, голос... Ну что я вам рассказываю – сами видели. И смотрятся они вместе хорошо. Не морщитесь...
«Не морщитесь». Легко ей говорить. Как тут не морщиться человеку, про которого в лучшем случае скажут «умная».
«Секси» – это не про меня. Это про тех, у кого есть и фигура, и смелость эту фигуру демонстрировать. Как у той Карины-Регины, которая много лет назад пришла ко мне просить отпустить к ней Антона в откровенной блузке с просвечивающим кружевным бельем.
Главный мужской секрет Кристине, видимо, выдали при рождении, а вот с женскими комплексами она еще не разобралась.
Пусть я на этом шоу не главный герой, а статист, но, когда поют дифирамбы чужой сексуальности, поневоле чувствуешь себя убогой.
– Кристина, – хрипло произношу я. – Сделай макияж... ярче. Не «естественную красоту», а так, чтобы смотреть не отрываясь.
Кристина замирает на секунду, а потом на ее лице расцветает понимающая улыбка.
– Поняла вас. Будет невозможно отвести взгляд.
Она деловито щёлкает кистями, заставляя меня то смотреть в разные углы комнаты, то округлять рот. Спустя полчаса на меня из зеркала смотрит роковая женщина. Усталости как не бывало, во взгляде – дьявольские искорки.
– Сейчас я вам волосы в высокий хвост соберу, – говорит Кристина. – Огонь будет, все очумеют.
– Не сомневаюсь, – выдыхаю я, поправляя в уголке губ вишнёвую помаду. – А где костюмерная?
В костюмерную я вхожу без стука. Не знаю, как это работает, но я чувствую себя уверенной и грациозной пантерой.
Замотанная женщина с сантиметром на шее поднимает на меня взгляд.
– Я адвокат Кирилла, – деловито сообщаю, окидывая взглядом стойки с одеждой.
– Да, я знаю. Что-то строгое подобрать? – она тяжело поднимается со стула.
– Нет, найдите мне что-то... убийственное. Такой образ, чтобы при одном взгляде на меня у оппонента перехватывало дыхание. И чтобы это было не от ужаса.
15. Защита от клеветы и зефира
Я выхожу к дверям с сияющими молоточками последней, в сопровождении администратора Вадима.
Там в ожидании уже топчется Лея в бледно-розовом воздушном платье, издалека похожая на зефирку. Рядом с ней Антон и несколько ассистентов в бежевой униформе.
Легко ступая на высоких каблуках, я приветливо взмахиваю рукой своему доверителю, Кириллу. При моём появлении он слегка присвистывает, оглядывая меня с ног до головы.
– Надо же, решили сменить образ? А вам, чёрт возьми, идёт.
Я благодарю его лёгким кивком и сухо протягиваю ладонь бывшему мужу.
Замечаю, как его взгляд на секунду теряет профессиональную холодность и непроизвольно скользит к моему декольте. Под пиджаком с острыми плечами – лишь тонкая шелковая майка-бюстье с вызывающе глубоким вырезом.
– Добрый день, удачной защиты, – сухо произношу.
Антон резко отводит глаза, будто обжёгшись.
– И вам тоже...
Лея с приклеенной к лицу слащавой улыбкой чуть шире растягивает уголки губ:
– Отлично выглядите
Провожу ладонью по бедру, поправляя и без того идеально сидящие кожаные брюки.
– Спасибо, вы тоже.
Рядом с её кукольной нежностью я чувствую себя готовой к бою амазонкой. Отлично, такого эффекта я и добивалась.
Ассистенты синхронно прижимают пальцы к наушникам:
– Участники, на выход!
Молоточки вспыхивают ослепительным зеленым. Мы выходим под шквал аплодисментов в слепящий свет, а голос с потолка, как глас божий, вещает: «Встречайте! Ослепительная Лея и её верный рыцарь!» Следом про нас: «И... загадочный Кирилл со своей грозной защитницей!»
Даже имен адвокатов в этот раз не называют. Словно мы не юристы, а декорации. Приятно, ничего сказать.
Я уверенно занимаю своё кресло. Сегодня Кирилл садится рядом – мы уже знакомы, поэтому феерии с разворачивающимися креслами не будет. Напротив – Лея и Антон.
На сцену выскакивает ведущий в пиджаке такого кислотного цвета, что у меня перед глазами рябит.
– Добрый вечер, страна! – его голос гремит, как фанфары. – Снова с вами шоу, где рушатся сердца, но крепчают рейтинги – «Ваша честь, я возражаю»! Наша звёздная пара Лея и Кирилл снова в студии, а их бракоразводная сага продолжает будоражить умы! Богатые тоже плачут! Увы, но это так...
Я морщусь. Ну вот, началось...
Под проникновенную музыку идут кадры их счастливой семейной жизни. Нетерпеливо притоптываю каблуком под столом. Подано так трогательно, что вот-вот расплачусь от жалости к этим «несчастным».
– Но прежде, чем адвокаты скрестят шпаги, давайте выслушаем мнение экспертов! Что творится в душах наших героев?
Зал погружается в полумрак, и на экране возникает психолог со скорбным взглядом.
– Лея пережила глубокую экзистенциальную травму, – занудно вещает он. – Разрушение семьи – это крушение всего мира. В такой момент женщине жизненно необходим друг, опора... и я искренне рад, что Лея нашла такого друга в лице своего адвоката.