Кира Резник – Свидетель (страница 9)

- К ней.

- Её нет.

- Знаю.

- А эти уже были.

Надя не двинулась. Камеру не опустила.

- Какие эти?

Женщина спустилась на две ступеньки, держась за перила. Перила были липкие от старой краски и чужих ладоней. Она посмотрела на пакет, плюнула себе под ноги, но аккуратно, будто даже плевок у неё был по уставу.

- Один в форме. Второй в куртке. Не наша полиция, наши тут так быстро не ходят. Наши сначала домофон ломают, потом спрашивают, кто открыл.

- Когда?

- Минут сорок назад. Может, час. У меня часы в комнате отстают, а телефон сегодня вообще как идиот. Сын звонит, я слышу только «мам, мам», и всё. Думала, помирает. Оказалось, интернет.

- Они заходили в квартиру?

- Нет. У двери стояли. Один фотографировал. Второй повесил вот эту гадость. Я спросила, чего надо. Он сказал, проверка.

- Как выглядел?

Женщина прищурилась.

- Тот, что в форме, молодой. Лицо гладкое, будто ещё не понял, куда попал. Второй постарше. Не толстый, не худой. Глаза спокойные. Слишком спокойные. С такими глазами мужики алименты не платят и чайник чужой уносят как свой.

- Фамилии не называли?

- Ага, сейчас. Они ж прям мне отчитаются, гражданке пенсионного возраста с повышенной наблюдательностью.

Надя посмотрела на неё внимательнее.

- Как вас зовут?

- Тамара Ивановна. Только вы меня в бумагу не суйте. У меня давление, кот и внучка в ипотеке.

- Я не буду вас никуда совать без вашего согласия.

- Это все так говорят, пока ручка не появится.

Надя кивнула. Хорошая формулировка. Живая. Значит, женщина не пересказывала чужую инструкцию.

- Тамара Ивановна, вы дверь трогали?

- Нет. Я ж не дура. Ритка меня один раз так выучила, что я теперь даже чужие пакеты глазами открываю.

- Она вам ключи оставляла?

- Нет. Она меня любит, но не настолько, чтобы доверять мне свою жизнь. Правильно делает.

Снизу хлопнула дверь подъезда. Надя повернула телефон вниз. По лестнице поднимался мужчина в серой жилетке управляющей компании. На груди бейджик, в руке планшет. Он увидел Надю, увидел пакет, потом очень быстро сделал лицо человека, который ошибся подъездом.

- Вам кого? - спросила Надя.

- Заявка по стояку.

- В какой квартире?

- Пятьдесят восьмая.

- Это другой подъезд.

Мужчина посмотрел на планшет, будто планшет мог взять вину на себя.

- Система так показала.

- Система сегодня много чего показывает.

Он начал спускаться. Не побежал. Люди, которых учат, не бегут сразу, если на них смотрят. Они уходят обычным шагом, оставляя себе видимость бытовой ошибки. Надя сняла его спину, ботинки, планшет, грязный край жилетки. Камера на телефоне вдруг затемнила картинку, автофокус поплыл.

- Эй, - сказала Тамара Ивановна сверху. - Это тот второй.

Мужчина остановился на полсекунды. Всего на полсекунды. Потом пошёл быстрее.

Надя не бросилась за ним. Она уже один раз потеряла живого свидетеля из-за двух секунд и чужого велосипеда. Второй раз ей предлагали потерять дверь Риты. Она осталась на площадке.

Телефон завибрировал. Паша.

- Слушаю, - сказала она.

- У нас пытаются увезти тело.

Голос шёл плохо, с провалами, но главные слова добрались.

- Кто?

- Район говорит, что место открытое, санитарные основания, надо везти. Я держу. Криминалист на месте, но Метельский оформляет параллельно. Женщину-понятую увели в машину поговорить.

- Её нельзя оставлять одну.

- Знаю.

- Там пакет у Ритиной двери. Пустой, вещдок. Наклейка уже оформлена так, будто ручку изъяли при свидетеле.

Пауза. Потом Паша коротко выдохнул.

- Не трогала?

- Нет.

- Хорошо.

- Уходил человек под управляющую компанию. Похож на того, кто вешал пакет. Снимаю локально. Связи почти нет.

- Не входи в квартиру.

- Я не маленькая.

- Я не об этом.

- Знаю.

Связь просела. Пашин голос распался на куски: «...если... пакет... тебя... свидетель...» Потом вызов оборвался.

Надя стояла перед дверью Риты, держала телефон и чувствовала редкую, неприятную неподвижность ситуации. Любое действие уже было чужим предложением. Снять пакет - вмешательство. Оставить - риск. Позвать участкового - пустить внутрь тех, кто, возможно, уже здесь был. Ждать - дать времени сделать свою работу.

Из квартиры Тамары Ивановны раздался котовий вопль.

- Извините, - сказала женщина. - Он у меня тоже против власти, только через желудок.

- У вас есть стационарный телефон?

- Был. Внук сказал, пережиток. Теперь вот пережиток живёт спокойнее нас всех.

Надя посмотрела на домофонную камеру.