Кира Резник – Черновик (страница 19)
- Я передам формулировку.
- Передайте точно. Я очень нервничаю, когда меня плохо цитируют.
Он отключил звонок.
Рита выдохнула.
- Лазарев, я сейчас почти прослезилась. Канцелярский каминг-аут рычага.
- Не надо.
- Не буду. У меня слёз нет, только ядовитая жидкость.
Надя вошла в кабинет сразу после звонка. Она не слышала всего, но видела лица. Этого хватило.
- Что?
Паша посмотрел на неё.
- Меня вызывают. Пытаются оформить как нарушение вокруг тебя.
- Я видела уведомление.
- Какое?
Она показала телефон.
Перевод давления: Лазарев П. И.
Суханов встал.
- Значит, они поняли, что через мать не вышло.
- Не вышло? - спросила Надя.
Паша не ответил сразу. Он смотрел на неё, и в этом взгляде не было ни жалости, ни просьбы. Только тяжёлая бережность, от которой защищаться сложнее, чем от грубости.
- Ты вышла, - сказал он. - Этого они не ждали.
Надя перевела взгляд на закрытый почти до конца ноутбук.
- Что сказала Мария?
В комнате стало слишком тихо.
Рита первой нарушила молчание.
- Много плохого. И ни одной удобной вещи.
- Мне нужно знать.
- Узнаешь, - сказал Суханов. - Но не так, как они хотят.
Надя посмотрела на него. В другой день она бы спорила. Сейчас спор уже был предусмотрен, посчитан, вписан в ветку. Надя вдруг почувствовала усталость не телом, а характером: как будто даже её привычка биться за право знать была давно снята, размечена и вложена в чужой интерфейс.
- Хорошо, - сказала она.
Это слово оказалось труднее, чем крик.
Морозов в наушнике вдруг ожил:
- У нас проблема похуже эмоциональной зрелости. Пока вы слушали, я снял часть системного слоя с файла. Там две дорожки.
- Две записи? - спросил Паша.
- Нет. Одна настоящая. Вторая - сборка. Синтетическая. Очень хорошая. На базе той же Марии. И угадайте, какую имели включить первой для Нади?
Надя почувствовала, как воздух снова стал плотным.
- Синтетическую, - сказала она.
- Да. Фрагмент ноль, который прозвучал сам, похоже, настоящий. Или ближе к настоящему, чем остальное. Но «обращение к дочери», которое они хотели поставить первым, собрано. Не полностью, кусками, с живыми вставками. Там будет её голос. Её дыхание. Её бытовые слова. И ложный порядок.
Рита закрыла глаза.
- То есть теперь даже мёртвая мать может говорить фейком.
- Не фейком, - сказал Морозов зло. - Это хуже. Фейк легко презирать. Тут настоящие куски. Их просто заставили служить другой фразе.
Нина тихо сказала:
- Я видела такую пометку. «Эмоциональная достоверность выше фактической». Я не понимала...
Рита повернулась к ней.
- Не заканчивай. Не надо нам ещё одного музея непонимания.
На экране компьютера, несмотря на почти закрытую крышку, что-то мигнуло. Нина осторожно приподняла её.
Появилось новое окно.
Реакционный материал: Климова Н. А.
Стадия: голос.
Результат: сорвано.
Ниже:
Перенос авторского воздействия.
Новый объект давления: Лазарев П. И.
Способ: процессуальная изоляция.
Паша прочёл вслух, спокойно:
- Процессуальная изоляция.
Суханов посмотрел на дверь.
- Они хотят выдернуть тебя из команды.
- Да.
- И сделать это официально.
- Да.
Надя сказала:
- Не пойдёшь.
Паша повернулся к ней.
- Пойду.
- Паша.