Кира Пент – Вне кадра (страница 4)

Он, конечно, сначала сопротивляется. Еда – святое. Но потом, вздохнув, закрывает контейнер.

– Ладно, давайте сюда ваши примеры.

Я стою рядом, он объясняет, и я киваю, хотя многое всё равно не улавливаю. Главное – старание.

Через минут сорок он хвалит меня. Я улыбаюсь – по-настоящему. Вроде бы ерунда, но для меня это важно. Мне редко говорят, что я молодец.

Я уже на выходе, дверь чуть приоткрыта, и тут – бац. Кто-то сталкивается со мной. Книги и тетради высыпаются из рук, как карты из разбитой колоды.

– Ой, прости! – раздаётся голос.

Я поднимаю глаза – мальчик. Высокий, лохматые тёмные волосы, кудри падают на лоб. Глаза…

Блин.

– Ничего, – бурчу я, приседая и собирая учебники. Он помогает, и от его движения тянет лёгким ароматом дерева и кофе.

– Я совсем не смотрел, куда иду.

Я молчу. Главное – не смотреть на него. Не говорить. Пройдёт мимо. Всё забудется.

– Всё в порядке? – вдруг спрашивает он, и я впервые смотрю на него прямо.

Что-то в этом взгляде странно знакомое.

Я киваю и почти бегом ухожу в коридор, где никто не видит.

Сердце колотится.

Сегодняшний день выдался не из лёгких. Сначала я чуть не перепутала кабинет, потом столкнулась с этим мальчиком – да ещё и уронила свои учебники. Такого внимания я совсем не люблю, оно сбивает меня с толку и заставляет хотеть спрятаться. Весь день казался неловким, будто всё шло не так.

Когда уроки закончились, я решила немного прогуляться – пройтись по знакомым улочкам Сиэтла, дышать прохладным вечерним воздухом и просто побыть наедине с собой. Город вокруг менялся с наступлением вечера: загорались фонари, по тротуарам шли спешащие домой люди, а я шагала медленно, погружённая в свои мысли. Мне хотелось, чтобы этот день скорее закончился, чтобы завтра было легче, чтобы я могла перестать притворяться и наконец стать собой.

Я постаралась не задерживаться, чтобы бабушка не начала волноваться. Её спокойствие – ещё одна редкая опора в моей жизни. Я тихо зашла в квартиру, сняла куртку и включила ноутбук. Сегодня вечером у меня было много чего, о чём хотелось поговорить – с теми, кто меня действительно понимает, хоть и далеко.

Открываю чат. Алекс онлайн.

Он присылает голосовое.

– У меня сегодня такой шебутной день был. Я чуть девочку в школе не сбил, с ней учебники собирали потом на полу. Блин, она такая испуганная была. Я подумал, наверное, я ей жутким показался.

Я замираю.

Это был он.

Это был Алекс.

Я прижимаю ладонь к губам, чтобы не вырвался нервный смешок или, не дай бог, всхлип. Все эмоции – в один миг. Радость. Ужас. Стыд. Восторг.

Как такое возможно?

Случайность? Совпадение?

– Ты… – начинаю я печатать, но останавливаюсь.

Нет. Пока нет.

Пока – просто оставлю всё так.

Но теперь я знаю: он ближе, чем я думала. И я не одна.

Глава 5. Никому не доверяй

Это был он.

Парень из коридора. Тот, с кем я столкнулась в школе, уронив учебники.

Это был Алекс.

Чёрт.

Я уставилась на экран, перечитывая его сообщение снова и снова.

«Сегодня был чумовой день. Я чуть не снес девочку в школе, когда вылетел из кабинета. Кажется, она испугалась меня больше, чем я её».

Да, Алекс. Это была я.

И мне понадобилось несколько минут, чтобы просто… дышать.

Какое совпадение. Слишком странное, слишком точное. Моя первая мысль была: это какая-то ловушка. Проверка. Кто-то что-то знает обо мне. Может, журналисты? Может, мама всё же просекла, что я веду какую-то жизнь в интернете и решила проверить, насколько далеко я зашла.

Но чем дольше я смотрела в монитор, тем больше понимала: он не врёт. Он не играет. Просто… случай. Просто мир, в котором ты внезапно сталкиваешься с кем-то, кто не должен был появиться.

Но я не умею вот так сразу верить.

Может, потому что у меня никогда не было примера, как это – любить и быть любимой. Как доверять.

Ибо воспитала бабушка. А мама… мама выбрала не меня.

Она много лет была в браке. У её мужа – деньги, власть, слава. Он её продюсер, её сцена, её имя на афишах. Я не знаю, была ли у них любовь – или просто тандем. Но однажды, где-то между гастролями и фотосессиями, мама изменила ему. С моим отцом.

У моей матери долгое время был роман с ним. Не просто мимолётный роман или случайная интрижка, а именно бурный, затяжной роман, такой, в котором чувства переплетаются с болью, а страсть – с невозможностью быть вместе. Он не был её мужем. Мама тогда уже жила с другим – с тем, кого знала ещё со студенческих времён, кого выбрала для "карьеры", как потом сказала бабушка. А этот… Этот был совсем другим. Говорят, он был мягкий, но упрямый. Горячий в душе, но спокойный в словах. И он по-настоящему любил её.

И я появилась именно по любви. Не по расчёту. Не по графику. Я – результат самой настоящей человеческой привязанности, страсти, вины и, возможно, даже счастья… короткого, украденного у реальности.

Этот роман длился не одну неделю. Не один месяц. Годы. Они встречались тайком. Проводили ночи в мотелях, прятались от камер, скрывались от знакомых. Он хотел, чтобы она ушла от мужа. Но мама боялась – не только за карьеру, но и за свою репутацию, за свои контракты, за образ «идеальной семьи» на обложках журналов.

Я – результат этой измены.

Когда её муж узнал об измене, он поставил перед мамой жёсткий ультиматум, который нельзя было проигнорировать. Он сказал, что если она не избавится от меня – то раскроет всем правду о её измене, разрушит её репутацию, кардинально уничтожит всю ту картинку, которую она так долго строила для публики. Он пообещал, что никто больше не посмотрит на неё без осуждения, что её имя станет грязью.

Мама была запугана, но аборт сделать не могла – её убеждения не позволяли. Вместо этого она родила меня и сразу отдала бабушке, словно пытаясь спрятать меня от мира и от мужа.

Сказала, что я – опасность для её жизни, её карьеры, её имени. Скрыла. Удалила. Как ненужную ошибку.

А бабушка приняла. И с тех пор я живу в этой скрипучей квартире на третьем этаже, где пахнет пылью и мятой. Я и бабушка.

А моего отца больше никто не видел. Может, ему заплатили. Может, его просто убрали из жизни – не физически, конечно, а… репутационно.

Бабушка говорила, он не из богатой семьи, и я не злюсь на него. Может, он просто не мог иначе. Может, принял деньги, чтобы молчать. Чтобы выжить.

Но иногда мне хочется – совсем чуть-чуть – узнать, какой он. Умеет ли он улыбаться, как смеётся, любит ли дождь.

А теперь вот Алекс.

И я не знаю, что с этим делать.

Я так долго пряталась, что даже не уверена, как живут на свету.

Но я уже в разговоре с ним. Уже вижу его в чате. Уже чувствую, как сердце начинает стучать быстрее, когда вижу его ник в чате.

Боюсь, но не могу остановиться.

Может, впервые за много лет мне правда хочется, чтобы кто-то увидел – не легенду, не маску, не Сиеру… А меня.

– Ха, интересно. Наверное, та девочка была в шоке.

Так безопаснее. Так проще.