Кира Пент – Вне кадра (страница 16)

– Ладно, – произнесла я, собирая мысли, – пошли.

Он кивнул, и мы двинулись вдоль тихих улиц. В пакете – фрукты и лекарства – символ заботы, доверия и того странного, нового ощущения, которое было только между нами.

Мы шли, смеясь над какими-то мелочами, и я заметила, как Алекс иногда останавливается, прислушиваясь к звукам парка – шаги, ветер в листьях, даже лай собак вдали. Он словно ловит каждый момент, будто ничего не пропустить.

– Ты всегда так внимателен? – спросила я, слегка удивлённо.

– Наверное, – ответил он, улыбнувшись. – Просто люблю видеть детали. Люди часто спешат мимо, а я люблю замечать. Даже когда тренируюсь или учусь, маленькие вещи помогают сосредоточиться.

Я посмотрела на него, и вдруг поняла, что в этом что-то особенное: он не просто забавный или заботливый, он умеет замечать жизнь вокруг, её мелочи. И это заставляет меня чувствовать, что рядом со мной не просто Алекс, а кто-то, кто может сделать любой момент значимым.

Мы шли, и я невольно замечала его привычки – как он слегка наклоняет голову, чтобы лучше слышать, как он играет пальцами с курткой, пока идёт. Всё это маленькие штрихи, которые делают его живым, настоящим, и каждый раз тёплым.

И вот, не замечая, мы дошли до того самого места в парке, где вчера был фонтан. Всё вокруг знакомо, но теперь ощущается иначе – словно мы уже не просто гуляем, а проживаем момент, который станет особенным.

Мы подошли к знакомому фонтану. Вода тихо журчала, отблески света играли на мокрой каменной поверхности. Алекс поставил фрукты и лекарства рядом на скамейку и посмотрел на меня с той лёгкой улыбкой, которая заставляет сердце биться быстрее.

– Ты выглядишь усталой, – тихо сказал он, с лёгкой заботой в голосе. – Надеюсь, я не слишком поздно пришёл.

– Нет… всё идеально, – ответила я, чувствуя, как смущение смешивается с радостью. – Спасибо тебе за всё это… – я кивнула на фрукты и лекарства.

Он присел рядом, и между нами возникла тихая пауза. Я заметила, как он слегка нервничает, перебирая пальцами край куртки.

– Знаешь… – начал он, – мне нравится, как ты улыбаешься, когда волнуешься. Даже в дождь вчера… это было… как магия.

Я почувствовала тепло в груди и тихо рассмеялась:

– Магия, да? Ну, тогда ты тоже магический – заставляешь меня забывать обо всём остальном.

Он улыбнулся и наклонился чуть ближе, его глаза искрились мягким светом. Я замерла на мгновение, ловя каждый вздох, каждый взгляд.

– Может… я могу ещё раз проверить? – тихо спросил он, словно ища разрешение.

Я кивнула, не в силах произнести слово, и он осторожно приблизился. Наши губы встретились в лёгком, нежном поцелуе. Вода фонтана тихо плескалась рядом, ветер слегка колыхал волосы, а мир словно замер вокруг нас.

Мы едва отдалились друг от друга, а в груди всё ещё бурлило от волнения. Сердце стучало так громко, что казалось, его слышно во всём парке. Это был мой первый поцелуй, и с Алекcом он ощущался… волшебно.

Я слегка рассмеялась, пытаясь скрыть смущение и неловкость:

– Ой… Алекс… кажется, я теперь заразила тебя своей простудой! – с улыбкой пробормотала я, прикрывая рот рукой и подёргивая плечами.

Он хмыкнул, улыбка расплылась по лицу, а глаза снова заблестели мягкой искоркой:

– Ну что ж… придётся терпеть последствия твоего волшебного поцелуя, – тихо сказал он, крепко держа мою руку.

Я рассмеялась снова, и смех растопил остатки тревоги. Внутри было тепло, радость и лёгкая игра: первый поцелуй, первая шутка вместе после него, и ощущение, что мы только начали узнавать друг друга по-настоящему.

Мы отстранились от фонтана, оставив лёгкий шум воды позади. Алекс слегка улыбнулся, и я заметила, как его взгляд задержался на моём лице, будто он пытался запомнить каждую деталь. Моё сердце всё ещё колотилось, а лёгкая дрожь от волнения не уходила.

– Пойдём? – тихо спросил он, беря меня за руку.

Я кивнула, чувствуя, как его пальцы крепко обвивают мои, и впервые за долгое время ощущение безопасности было почти осязаемым. Мы шли молча, но это молчание не было неловким – оно было тихим согласием, что этот момент наш, что мы можем наслаждаться им без слов.

Ночь была прохладной, но на лице появлялся румянец от недавнего поцелуя. Алекс время от времени бросал взгляд на меня, слегка улыбающийся, будто проверяя, всё ли в порядке.

– Ты точно не замёрзла? – наконец спросил он, слегка наклонившись, чтобы увидеть моё лицо.

– Нет, – тихо ответила я, —ты отлично меня согрел— попыталась я пошутить, хотя внутри смешались смущение и тепло.

Он хихикнул, качнув головой:

– Бедняжка, опять эта твоя шалость… Но мне нравится, – сказал он, слегка прижимая меня к себе на мгновение.

Мы шли по тихим улицам, огни фонарей отражались в мокрой брусчатке. Каждое наше движение было мягким, осторожным, будто мы боялись разбудить этот только что обретённый мир вдвоём. Я чувствовала, как легко с ним, как будто все заботы и тревоги исчезли хотя бы на время.

– Дом скоро? – спросила я, пытаясь вернуть разговор к повседневности.

– Да, совсем рядом, – кивнул Алекс. – А после… хочешь чай? Я могу остаться, пока не почувствуешь себя лучше.

Моё сердце ёкнуло. Остаться вместе – это было так заманчиво, но и немного страшно. Я кивнула отрицательно, не зная, как сказать, что я живу прям с тираном и Алекс лишь мягко улыбнулся, не давя на меня.

Мы подошли к дому. Тот самый порог, на который я так долго боялась смотреть – и тут я вдруг поняла, как много значит для меня этот человек, который сопровождает меня в ночи, держит за руку и не спешит уходить.

– Спасибо, что пришёл, – тихо сказала я, чувствуя лёгкую дрожь.

– За что? – он наклонился ближе, почти касаясь губами моего уха. – Просто хочу, чтобы ты была в порядке, Сиера.

Я посмотрела на него и вдруг поняла, что готова довериться, хотя бы на мгновение. Сердце билось быстрее, чем когда-либо. И пока мы стояли на пороге, ощущая друг друга и ночь вокруг, мир казался мягким и безопасным.

Алекс немного задержался на пороге, как будто хотел ещё сказать что-то, но слова застряли в горле. Я почувствовала лёгкую дрожь от того, что сейчас придётся расставаться, хоть и ненадолго.

– Ну… до встречи? – тихо спросила я, стараясь улыбнуться.

Он кивнул, сжав мою руку на прощание чуть крепче, чем нужно.

– До встречи, промокшая, – сказал он с лёгкой улыбкой, в которой проскальзывало что-то мягкое и защитное. – Спи спокойно, береги себя.

Я кивнула, отпуская его руку, и сделала шаг внутрь подъезда. Алекс стоял на улице, тихо наблюдая за мной, пока я закрывала дверь. Я повернулась и помахала ему рукой – он помахал в ответ, потом снова исчез в ночи.

Сердце всё ещё колотилось. Я оперлась спиной о дверь, глубоко вздохнула и ощутила, как только что пережитый момент растаял, оставив после себя тёплое, тихое сияние внутри. Лёгкая улыбка не сходила с лица, а мысли о поцелуе и его заботе ворочались в голове.

Я поднялась по лестнице в свою квартиру и, держа пакет с фруктами и лекарствами, тихо открыла дверь. Внутри было тепло и привычно – запах чая, слегка влажного от вчерашнего дождя пола, тишина, нарушаемая лишь еле слышным тиканием часов.

Я только успела поставить пакет с фруктами и лекарствами на стол на кухне, как бабушка ворвалась в комнату. Лицо красное, глаза сияли гневом.

– Вот это новости! – громко сказала она. – Куда это ты шляешься по ночам, Стэлла?!

Я замерла, чувствуя, как сердце колотится.

– Бабуль… – начала я тихо, но она перебила меня резким жестом руки.

– Не начинай! – воскликнула она. – Ты болеешь, а ты шляешься по ночам, рискуешь собой, и думаешь, что это нормально?!

– Я… я просто хотела немного… – заикнулась я, но слова застряли в горле.

– Проветриться?! В час ночи?! – она шагнула ко мне так близко, что я почувствовала запах её строгого парфюма. – Ты совсем не думаешь о последствиях! Разве тебе не ясно, что могла попасть в беду?!

Я чуть отступила, сжимая кулаки, пытаясь хоть как-то защитить себя.

– Я знаю, бабуль… – тихо произнесла я, – просто хотелось почувствовать свежий воздух…

– Свежий воздух?! – её голос стал ещё выше и резче. – Тебе стоит подумать о том, что вокруг могут быть опасные люди, а ты… ты бегаешь по улицам ночью, как будто ничего не случится!

Я молчала, ощущая смесь страха и ярости. С одной стороны – её слова били прямо в сердце, с другой – мне хотелось закричать, чтобы она хоть немного поняла меня.

– Ладно, хватит слов, – резко сказала она, наконец делая шаг назад. – Ты меня слушай! Никаких ночных прогулок. Поняла?!

Я кивнула, едва сдерживая слёзы и дрожь.

– Поняла, бабуль, – тихо выдохнула я, хотя внутри всё ещё бурлила смесь обиды, страха и вины.

Она снова бросила на меня взгляд, полный строгости, и ушла, хлопнув дверью. Я осталась одна, с пакетом на столе и сердцем, которое ещё долго не могло успокоиться.

Я опустилась на стул у кухонного стола, и минуты растянулись в мучительное молчание. Пальцы нервно теребили край стола, а мысли кружились вихрем, не давая покоя. Сердце ещё билось чаще обычного, воспоминания о поцелуе с Алексом смешивались с гневом и строгостью бабушки.

– Наверное, я действительно не права… – шептала я себе, пытаясь успокоиться. – Ходить ночью… это было глупо. Опасно.

Но внутри меня бушевало противоречие: желание свободы, стремление к маленьким радостям и забота о собственном сердце сталкивались с голосом разума, который твердил о последствиях.