Кира Калинина – Fabula rasa, или Машина желаний (страница 5)

— Вы не могли бы побольше надуть пузырь? Иногда, знаете ли, хочется постоять, — он поднял глаза и по очереди поглядел на каждого, даже на Сонанту. — Или вы нарочно причиняете мне неудобство?

Венатик кашлянул.

— Доктор Формоза считает, что вам пока рано вставать, но если вы настаиваете…

Он пожал плечами. Через свой мини-блок Сонанта почувствовала, как изменяются размеры поля. Она инстинктивно попятилась, а чужак поднял голову, улыбнулся и вскочил на ноги.

— В прошлый раз вы утверждали, что владеете необычными способностями, — сказал Руана. — Если это так, разве вы сами не могли подрегулировать поле, как вам удобно, или вовсе убрать его?

— Мог бы, — ответил Атур, — но не хочу, чтобы меня заподозрили во враждебных намерениях. А вы кто, капитан?

— Увы, нет, — Руана усмехнулся. — Всего лишь третий помощник. Но в необычных ситуациях, вроде вашей, капитан полагается на мои советы.

— А-а… Значит, мне надо произвести на вас впечатление? — Атур снова забрался в медбокс и сел, задрав колени.

— Попытайтесь.

Венатик сформировал табуреты. Атур не отрывая глаз следил, как из светло-серого пола растут три плоских овала, каждый на тонкой ножке.

— Интересная технология.

— У мерзов такого нет? — спросил Венатик.

— Я не видел, — Атур пожал плечами. — Я вообще мало что видел у них.

Табуреты закончили рост, офицеры сели.

— А вы не сможете это повторить? — полюбопытствовал Руана. — Соорудить ещё одну такую табуреточку?

— Я не умею перестраивать структуру материи, — сказал Атур.

— Вам и не нужно. Достаточно только отдать приказ компьютеру. Вы ведь отключили гомеостатическое поле — разве это не то же самое?

— Не совсем. Я не чувствую всех взаимосвязей. Слишком сложно. А поле я не отключил, просто разрушил. Хотя отключить что-то легче всего, но я тогда не понимал, как это сделать.

— А сейчас понимаете?

— Пожалуй.

— И можете отключить?

— Мог бы, но не буду.

— Почему?

Атур вздохнул.

— Вы правильно угадали: чтобы воздействовать на чужое поле, мне надо создать своё. Ваше оружие управляется дистанционно, с компьютера, вам довольно только захотеть, и мой мозг превратится в маленький ядерный реактор… я предпочту не рисковать.

Надо отдать Руане должное, он перенёс разоблачение достойно. Его лицо осталось бесстрастным, рука не спеша извлекла из кармана чуть изогнутую узкую пластину длиной с ладонь. Венатик глянул на третьего помощника возмущённо, но догадался промолчать. Пластина матово поблёскивала и была совершенно гладкой, только в её передней части угадывались тоненькие шовчики.

— Как вы узнали, что у меня с собой оружие? — спросил Руана спокойно.

— Почувствовал.

— А обезвредить могли бы?

— Уже смог.

Руана быстро глянул на пластиночку, перехватил поудобнее, подержал несколько секунд, плотно сжав губы, и стал царапать там, где швы. Пока он царапал, Сонанта разглядела на самом конце, в углу, крошечный индикатор — просто тёмное пятнышко. Сонанту владению этим специфическим оружием не обучали, она и не видела его до сегодняшнего дня. Наверное, индикатор должен был гореть.

Руана отковырнул крышечку, под которой нашлась панель ручного управления, и принялся давить на кнопки, всё время взглядывая на индикатор. Но огонёк так и не зажёгся, кнопочки на панели тоже мёртво чернели.

Венатик вскочил.

— Не надо! — бросил Руана.

Сонанта поняла, что Венатик хотел вызвать охрану, — но поняла только после того, как второй помощник сел. А Руана, подумала она, догадался сразу. От этого ей стало досадно. Но Венатик ещё больший дурак — мог бы не показывать виду, а просто подать сигнал тревоги через мини-блок, Руана тогда не успел бы помешать. Хотя если бы Венатик не хотел послушаться Руану, то и не послушался бы, он ведь выше должностью, потому — не дурак, а начальник. Это у Сонанты в голове не сработало…

— Я могу включить его снова, — нерешительно произнёс Атур.

— Уж будьте любезны, — сказал Руана отрывисто.

На пластинке, в уголке, вспыхнула оранжевая искра. Руана сунул отражатель в карман. Он был бледен.

— Вот видите, — пожаловался Атур. — Стоило мне показать свои возможности, как вы подумали, не лучше ли меня застрелить.

Он поглядел на Венатика. Тот сидел мрачный, будто окаменевший.

— А вы ещё и мысли читаете? — спросил Руана.

— Ну что вы, — Атуро грустно улыбнулся, отчего стал похож на доброго оленя из детской сказки. — Если бы читал, разве сейчас сидел бы здесь?

— Кто знает, — пробормотал третий помощник, поднимаясь.

Он отошёл к рабочему столу Формозы, а вернулся с двумя её приборами в руках. Приборы мигали пронзительными огнями. Руана протянул Атуру один из них, не больше отражателя.

— Этот отключить сможете?

— Сию секунду.

Атур сказал это, и приборчик потух, став похожим на спящую летучую мышь, — лапки кверху, крылышки в растопырку.

— Теперь включите.

Летучая мышь обернулась весёлой рождественской ёлочкой.

— А этот? — Руана поднял с колен другую машинку Формозы, точь-в-точь электронный скворечник, даже дырка посередине есть, а вокруг неё — белый светящийся ободок.

Ободок погас, исчезли данные с двух дисплеев. Интересно, что скажет Формоза, когда не найдёт их там, где оставила? Вдруг это что-то важное, результат долгой работы, какое-нибудь медицинское исследование… Когда Атур включил прибор, на дисплее опять появились цифры и специальные значки, но те ли, что были раньше или нет, Сонанта сказать не могла.

Руана отнёс приборы на место. Сев, он протянул Атуру руку.

— Как насчёт этого?

Атур, прищурившись, взглянул на Руану и кивнул.

Венатик тихо ахнул, когда красный и зелёный огоньки на мини-блоке Руаны померкли. А сам Руана, показалось Сонанте, перестал дышать. Глаза его широко раскрылись, кровь отхлынула от щёк.

Каково это — лишиться поддержки компьютера, гадала Сонанта с замиранием сердца. Наверно, всё равно как если бы тебе вдруг отключили ногу или руку. Или хуже — зрение и слух. Или часть мозга, так, что ты ни чувствовать, ни думать ясно не в состоянии… Но если Сонанта, которая носила мини-блок всего несколько лет, и то цепенела от ужаса, то Руана вырос на Централи, где к сети подключают с рождения, — ему-то каково?

— Включите, — шёпотом попросил третий помощник. И провёл рукой по лицу, когда огоньки опять загорелись. Сонанте показалось, что пальцы у него дрожат.

Венатик не стесняясь с шумом выдохнул. Даже Сонанта, не удержавшись, произвела на свет облегчённое «уф-ф». Она больше не чувствовала себя сторонним наблюдателем, тем более стулом, ей стало страшно. Одно дело умом понимать, что чужак опасен, а другое — увидеть своими глазами. Сонанта редко вспоминала Аркадию, свою родную планету, но сейчас ей захотелось оказаться как раз в таком месте, откуда космос видится далёким и недостижимым, а потому совершенно безопасным, то есть дома, — более заброшенного и отсталого мира Сонанта не знала. Оставалось только надеяться, что Руана после сегодняшнего приключения присоветует Камингсу что-нибудь очень негуманное, но благоразумное.

Руана молчал с полминуты, приходя в себя и задумчиво разглядывая Атура.

— Очень убедительно, — проговорил он наконец, неестественно растягивая слова и с хрипотцой в голосе. — Очень. Хотя эксперимент и нельзя считать вполне научным. Но, — Руана нахмурился, — если вы боялись нас встревожить, и вполне обоснованно боялись, зачем вообще рассказали о своём странном таланте?

Атура этот вопрос как будто огорчил. Он отвернулся от Руаны и со вздохом ответил:

— Хотел, чтобы мне доверяли. Вы… ваши учёные всё равно разгадали бы правду. А мне бы во всём пришлось врать вам — объясняя, кто я, откуда и что хотели от меня мерзы. Вы же потом, дознавшись, обязательно заподозрили бы злой умысел. Я не хочу, чтобы меня убили, и сам убивать не хочу…

— А приходилось? — быстро спросил Руана.

— Приходилось, — сказал Атур, мрачно блеснув глазами.

Приглядевшись, Сонанта решила, что глаза у Атура со вчерашнего дня потемнели ещё больше. Теперь они были тёмно-карими, почти чёрными, и оттого зловещими.