Кира Хо – Где шепчет опасность (страница 3)

Меня скрывали. Очистили дом под предлогом плохого самочувствия матери – на которую отцу было плевать – и искали способы “исправить” меня. Лишь единицы знали о том, что дочь Нави Омега, а когда всё немного устаканилось, отправили в закрытый пансион для девочек. Не исключаю, что и среди них были такие же, как я.

– Возможно, истинность или потомство поможет заблокировать то, что из тебя хлещет фонтаном, – бросает отец через какое-то время, а я морщусь от его тона.

– А у Дэвисов есть метка? – задаю ещё вопрос, на который и так знаю ответ, лишь бы разрядить гнетущее молчание.

– Серьёзно хочешь обсудить это? – вскидывает бровь отец.

Неопределённо качаю головой, но всё замолкаю. Ненадолго.

– Ты жалеешь, что у вас с мамой нет метки? – тяну задумчиво.

Лицо отца вытягивается, но он ничего не отвечает, однако от меня не ускользает, как он в очередной раз морщится.

Когда мы подъезжаем к особняку Дэвисов, я чувствую присутствие Альфы, прежде чем машина останавливается, а мы выходим. Но как только водитель открывает мне дверь и я оказываюсь на улице, то словно по команде опускаю голову и глаза в пол, чтобы не пересекаться взглядами с главой семейства Дэвисов. Так работают чёртовы гены – склониться перед сильнейшим, пока он не позволит взглянуть на себя. Я прям рада, что с родным отцом это не работает, а то, чувствую, шея бы затекла.

Не вижу, но улавливаю шевеления, а после слышу голос отца:

– Давно не виделись, Майкл.

– Даже слишком, – ещё один мужской голос. Низкий, грубый, пробирающий до костей. – Это Сара – моя жена.

– Очень приятно, – отец говорит это слегка удивлённо, но судя по интонации, старается не показать вида. – Моя дочь Верити.

Всё ещё смотрю в тёмный асфальт, хотя мне до чёртиков хочется посмотреть, чему там удивился отец. Но как только в поле моего зрения появляются носки дорогих ботинок – напрягаюсь всем телом, потому что под кожу словно резко загнали тысячу иголок и все они попали чётко в нервы.

– Подними голову, девочка, – обращается ко мне всё тот же низкий голос, а после властные пальцы обхватывают мой подбородок и немного приподнимают моё лицо.

Стоит только столкнуться со взглядом синих глаз, как желудок тут же скручивает от страха. Он… красив, несмотря на то, что годы буквально с силой отпечатались на его лице. В мелких морщинках под глазами, между бровей и у носа. Видимо, морщится он так же часто, как мой отец. Его глаза будто пытаются проникнуть в душу, а пухлые губы растягиваются в еле заметной улыбке. Даже седина на висках, которая словно затерялась среди тёмных коротких волос, идёт ему.

Буквально задерживаю дыхание, пока Дэвис-старший стоит так близко и молча оглядывает меня с ног до головы, но стоит ему сделать шаг назад, как воздух вылетает из моих лёгких. Увожу взгляд в сторону и натыкаюсь им на… совершенство. За спиной Майкла Дэвиса стоит невероятно красивая женщина с чёрными, длинными, прямыми волосами и хищным взглядом. Сначала я думаю, что вижу на её запястье браслет и только потом понимаю, что это нечто вроде татуировки. Точно такая же татуировка украшает руку Майкла. Метка.

Девочки в пансионе часто обсуждали их, показывали фотографии своих родителей и каждая как одна мечтали когда-то найти своего истинного. Все, но не я. Даже тут вышла косячной.

Сара одета в простое чёрное платье в пол, и единственное, что выдаёт её статус – глаза, которые направлены чётко на моего отца. Вот что его так удивило – женщина, которая не склонилась перед ним.

Чувствую, как голова снова тянется к земле, но она приподнимает руку ладонью ко мне и коротко говорит:

– Не нужно.

И я снова протяжно выдыхаю.

– Ну что, не будем задерживать друг друга? – спрашивает Майкл и, не дожидаясь ответа, разворачивается на пятках, а после идёт к входу в особняк.

Хотя я бы назвала его дворцом. Он растягивается в разные стороны так, что в темноте я даже не могу сказать наверняка, есть ли у этого трёхэтажного здания конец. Тёмный камень, по которому со всех сторон тянутся ветви плюща, почти чёрная черепица, на которой, как я думаю, в ясные ночи отливает луна.

Вот этим Дэвисы и славятся. Вся стая живёт в одном доме. Но, уверена, для главной семьи выделено отдельное крыло.

Мы с отцом следуем за Майклом, пересекая коридор за коридором, и, признаюсь, я уже заблудилась, так что просто сдаюсь и иду, куда ведут. Даже пространство не оглядываю, отсчитывая секунды до конца этого представления, но как только мы, наконец, задерживаемся в просторном помещении, тут же навостряю уши, чтобы уловить что-нибудь интересное.

– Дамиан вернулся? – спрашивает Майкл у какого-то парня, который возник из ниоткуда, как только мы зашли в комнату.

– Да. Позвать?

– И пусть поторопится, – кивает Дэвис-старший.

Парень мгновенно скрывается за дверью, а Майкл переключает своё внимание на моего отца, уводя его куда-то в сторону.

Чувствую себя… будто меня как собачонку бросили и мне бы искать поддержки у Сары, но, судя по виду, она не из тех, кто охотно заводит друзей. Да и… не стоит.

Наконец, оглядываюсь по сторонам. Такой роскоши я никогда не видела. Обстановка светлая, простая, но каждая деталь, будь то бра, ковёр или картина буквально вопят о состоянии, вложенном в них.

Я не жалуюсь. Мы живём не бедно, но практически каждый новый день – испытание для моего отца. Да только он никогда не объявит это во всеуслышание. Немыслимо. Отчасти я понимаю, почему он так горит мыслью отдать меня Дэвисам. Уверена, они готовы заплатить одним из бизнесов, чтобы Омега была в их числе. Ещё одна. Тогда точно никто не подумает о попытке их сдвинуть.