Кира Фарди – Ярмарка невест (страница 5)
— Но… как же… у Зимана племянница в невесты попала, ее украли, у Брачина дочь тоже туда увезли. Еще мужики говорили…
— Твои мужики сами невест потом видели?
— Н-нет.
Голос отца звучал все неувереннее, казалось, он и сам уже не понимал, правду ему рассказал сосед или выдумку.
— Пап, поехали. Если опоздаем, будет хуже. Уже рассвело, слышишь, в колокол бьют.
Действительно, колокольный звон доносился издалека, приглашая поторопиться опаздывавших.
Отец глубоко вздохнул, дернул поводья и направил лошадь на дорогу. Дальше они ехали молча. Агнесса обдумывала услышанное. Конечно, если будет нападение на обоз, пострадают охранники, не невесты, ради которых это нападение кто-то организовал.
Что это даст ей? Возможность сбежать? Свободу? Но в поселение она точно не собиралась. И домой возвращаться тоже. Если и стремиться к свободе, то к полной. А под шумок можно исчезнуть незаметно и затеряться в лесу. Тогда все останутся при своих: родители не пострадают, они же будут не виноваты в разбойном нападении, зато она получит волю.
Приняв решение, Агнесса заулыбалась. Во весь рот заулыбалась. Теперь она четко видела перед собой цель.
На деревенской площади собрался народ. Отец кивком здоровался то с одним, то с другим. Каждый односельчанин обнимал свою дочь, матери, столпившиеся поодаль, плакали в голос. Складывалось впечатление, что все пришли на похороны.
Группа сборщиков стояла рядом со старостой и по свиткам проверяла каждую семью. Никому еще не удалось скрыться от сурового закона.
Агнесса узнала в этих людях всадников, чуть не сбивших их повозку на дороге. Негодование опять проснулось в душе, но, помня наказ отца, она лишь молча поглядывала на толпу, на чужаков.
Это было ее первое значимое событие за короткую жизнь, и она хотела насладиться каждой минутой.
— Кто? — коротко спросил высокий командир и встряхнул длинными волосами.
Они взвились под потоком воздуха, полностью открыв на миг холеное лицо господина и упали беспорядочными прядями. Агнесса судорожно втянула ноздри, уловив знакомый запах.
Воин лишь мельком взглянул на нее, зато девушка отметила, насколько он хорош собой. Высокий, мощный, обтянутый в доспехи из буйволиной кожи, он казался неискушенной сельчанке верхом мужественности и силы.
«Может, этого красавчика очаровать? — мелькнула шальная мысль. — Наверняка ему тоже нужна полевая жена».
Она уже протянула руку, чтобы коснуться незнакомца, но передумала: зачем он ей? Вожделенная свобода тут же помахала хвостиком и скрылась вдали только при одном упоминании о замужестве. Агнесса даже передернулась и порадовалась, что таком виде она может не соблазнить, а напугать до икоты.
Однако хорошее настроение не испортилось от мелкого огорчения.
«Эх, и почему я не владею даром морока? Морок на морок — любопытная бы получилась картинка», — весело подумала Агнесса.
Она с ног до головы еще раз окинула взглядом командира, в глазах того мелькнуло и пропало удивление.
— Чего молчишь? — рявкнул на отца, застывшего возле дочери, староста. — Отвечай господину!
— Агнесса, младшая дочь рода Годинов, — спохватился тот и дернул Агни за руку.
От резкого движения шаль упала на плечи девушки, воин вздрогнул, стражники вытаращили глаза. Агнесса мигом прикрыла лицо, пока староста, хорошо знакомый с ее семьей, не заметил. Но тот что-то отмечал в свитке и не смотрел на нее.
— Да чего же страшна! — командир передернулся и уставился на старосту. — Этой уродиной только непослушных детей пугать. Другие в семье есть?
— Есть, ваше сиятельство, — заторопился тот, не отрываясь от свитка. — Конечно, есть.
— Не надо других! — дерзко выкрикнула Агнесса, внезапно испугавшись, что вызовут сестер. Отец тоже побледнел и заволновался. — Я хочу служить своей стране!
— Служить? — острый взгляд прозрачных голубых глаз уставился на девушку, внутри зрачков мелькнула смешинка. — Ну-ну! Служить стране передним местом тоже кто-то должен.
— Уж тебе точно не дам, — пробурчала разозленная Агнесса и прикусила язык.
«Дура! Что ты несешь!» — чуть не убила она себя за всплеск протеста.
— Ты что-то сказала? — воин нахмурился и схватился за меч.
— Она со мной прощалась, — закрыл Агнессу собой отец и засуетился. — Сейчас я тебе узелок дам, забыл в повозке.
— Доброго вам дня, господин, — девушка слегка поклонилась, придерживая шаль. — Куда мне пройти?
— В отдельную повозку ее, пусть служит, — скривился командир и потерял к ней интерес.
«Ах, ты! — заскрежетала зубами Агнесса. — Погоди у меня!»
Теперь господин уже не казался таким привлекательным, как при первом взгляде. Она отметила его недовольный вид и брезгливую ухмылку. Пальцы зачесались, так захотелось прикоснуться к нему, заглянуть в его будущее, увидеть этого гада пронзенного копьем или разрубленного мечом, что Агнесса сцепила их в кулаки.
Они с отцом отошли в сторону, девушка отвернулась, дразнясь, высунула язык и тут же получила тычок в бок.
— Что ты делаешь? — прошипел отец. — Иди уже!
Агнесса шла и высматривала Лею, та должна была быть где-то здесь. Наконец она заметила подругу, которая стояла в кучке растерянных невест, рванулась к ней, но наткнулась на скрещенные мечи.
— Тебе не туда, — вызверился на нее сердитый длинный стражник.
Он его засаленных волос несло смрадом, во рту не хватало нескольких зубов, поэтому он картавил. Девушка задержала дыхание и спросила:
— Почему?
— Еще заразишь всех, — хмыкнул солдат и сплюнул. — Топай за мной.
— Дочка…
Дрожащий голос отца пробрал до печенок. Агнесса вдруг поняла, что последний раз видит эту деревню, ее жителей, отца. Она вскрикнула и бросилась к нему на шею.
— Прощай, пап, — вырвались из горла рыдания.
— Ох, дочка, — выдохнул отец и зашептал: — Помни, на караван нападут. Не пугайся, спрячься под повозкой. Все будет хо…
Стражник не дал ему договорить, схватил Агнессу за локоть и потащил к дальней повозке. Перед глазами замелькали картинки.
Солдат болтает с приземистым приятелем.
Зло кричит на кого-то.
Чистит ножом большую рыбу.
— Отпусти меня! — завизжала девушка, вырываясь.
Стражник отдернул руку, словно обжегся, быстро вытер ладони о штаны.
— Топай, уродина!
Заметив его испуг, Агнесса приободрилась: морок защитит ее не только от похотливых мужчин, но и от простых прикосновений. Не было желания погружаться в чужие жизни, пусть даже ненадолго в будущее. Этому чучелу в ближайшее время точно ничего не грозит.
— Как ты с королевским товаром обращаешься? — гордо задрала подбородок она и крикнула: — Господин командир!
— Тихо ты, дура! — дохнул смрадом на нее солдат, но тронуть не посмел. — Садись и не высовывайся.
— Благодарю вас! — церемонно ответила Агнесса, бросила в крытую повозку узелок, приподняла юбки и забралась сама.
Здесь она почувствовала себя в относительной безопасности. Треть драндулета была закрыта пологом, за которым сидела невеста, а остальное пространство занимали клети с курами и кроликами, мешки с крупами и фуражом для лошадей и другие, необходимые в походе вещи.
Агнесса огляделась, увидела в углу горку соломы и села, прислонившись к стенке.
— Неплохо, — пробормотала она. — Не замерзну, не умру от голода, — девушка высунула голову и посмотрела на несушек. — Девочки, вы поделитесь со мной яйцами?
Одна квочка подняла голову, уставилась на Агнессу круглым глазом, потом присела. Белое яйцо матово заблестело в лучах утреннего солнца. Девушка мгновенно высунула руку, ухватила его, спрятала в узелок и довольно улыбнулась: ее способность управлять живностью по-прежнему работает.
Агни выглянула в щель между полотнами. Подготовка к отъезду заканчивалась. Командир гарцевал на черном скакуне, его свита тоже была готова отправиться в путь.
— Дор-о-о-о-гу! — закричал распорядитель сбора и махнул рукой.
Лошади заржали, повозки заскрипели колесами. Родственники невест вытянулись длинной цепочкой вдоль дороги. Протяжный плач сопровождал караван, сердце девушки тоже обливалось кровью. Она не думала, что будет так взволнована расставанием. В душе шевельнулось сомнение: а не совершает ли она самую большую ошибку в своей жизни?