Кир Брен – Атиров меч. Книга первая. Сказ о Дайири (страница 13)

– Ой, все! Иди, – скривившись пророкотал верзила, отстранив танцовщицу рукой, не глядя, как та, не мешкая забрала награду и исчезла в людской кутерьме.

Ош, опершись локтями на стол, смотрел на охотника. Дор, поправляя под столом порты, кряхтя от неудобства, повторил вопрос:

– Ну? Что ты тут делаешь?

– Тоже что и все. Я мастер изделий из серебра. Я могу ковать мечи не хуже твоего.

Дор инстинктивно положил руку на рюкзак у стены. Ош ухмыльнулся:

– Видел я его, не елозь руками лишнего. Видишь же – этот город не любит лишнего. В этом городе не нужна красота и не нужны хорошие мечи, – Ош опустил взгляд, нахмурив брови.

– Так найди другой город,– посоветовал Дор.

– Хватит и этого,– взгляд великана стал тяжелым. Казалось, что хмель отпустил его.

– Что-то я не все понимаю, – потерев лицо ладонью, попытался добиться ответа Дор.

– Хватит! Хватит того, что я уже поменял одно на другое. Хватит того, что я уже оставил. Здесь я хмелён и весел… это хотя бы не напоминает ее имя.

Ош был похож на грозовую тучу. Тусклый взгляд, кучно громоздившийся торс над столом, нахмуренное лицо и слегка подрагивающая то ли от злости, то ли от воспоминаний щека.

– Её? Попробуй рассказать то, что держишь внутри… может, полегчает.

Сказав это, Дор отвернулся, задумавшись: не себе ли был обращен его вопрос?

– Почему ты ушел из родных мест? – еле выдавил из себя вопрос Дор Ийса, казалось, обоим давшийся тяжело.

– Что ты знаешь о своих корнях, чужеземец? Легко ли тебе дастся неволя? Каково тебе будет сидеть в затхлом застенке за спор с гнусным рёвеном, устанавливающим свои порядки на правах наместника? На правах наместника… Покровителя – Императора Воймаза! – проревел Ош.

– Воинской славы!!! Гоо!!! – проревел многоголосый зал бардака.

– Они не чтят своих усопших,– продолжал Ош, уставив взгляд в стол,– они не боятся мора, раскопанного в рудниках, сражающего соплеменников. И не уважают никого. Особо тех, кто ничего не может дать ничего в обмен на стальной кругляшек. В оковы и в рудник! Хоть брат, хоть мать! Как так жить, Дор? И на это же согласился он – тот, кто без тени сомнения согласился служить Империи. Служить всем, что у нас есть. Это отродье погрозилось продать мою Тьёлу, как рабыню в бардак… За что он и получил по зубам. Ни одна клеть меня не остановит повторить это… одна лишь светлая женщина кормила меня и давала воду. И не смотря на то, что пришлая с обозами примакарахов и рёвеном из этого позорного похода.

Ош поднял тяжелый взгляд на Дор Ийсу.

– У нее был такой же оберег, как у тебя на шее – половина луны, обвитая змеем.

От этих слов Дор подскочил, как ошпаренный.

– Ты знал, как её зовут?!

– Кажется Гая… Гая Имра… или Итра?.. – шевеля хмельные мысли, заслонившие память, попытался вспомнить верзила. – Тьфу ты, трехсложные имена!

Дор вцепился руками в отвороты рубахи великана, глаза его горели яростью.

– Как ты сказал?! Гая Итра?! Моя Гая Итра?!

– А мне-то почем знать – твоя или не твоя? Отпусти рубаху, смельчак. Или размеров моих не разбираешь? – уставив удивленный взгляд, пророкотал Ош, отрывая руку охотника от своего одеяния.

Дор, бормоча себе что-то под нос, медленно опускался на табурет. Хмель, пеленавший сознание охотника, крутил помещение, меняя верх с низом. Нутро мутило, ему становилось тяжело дышать. Дор вскочил и, сшибая на пути нерасторопных гостей, побежал к выходу, на воздух. Отбежав до угла бардака, охотник почувствовал, как его выворачивает наружу, всем нутром, до саднящей боли в горле и ощущения пустынных колючек в животе. Когда жижа вышла полностью, Дор, еле отдышавшись, отер губы тыльной стороной ладони.

– Жива моя Гая Итра… Путь не окончен, охотник.

5

Еле дойдя до стола, ощущая саднящий кислый привкус хмельной бурды на зубах и в горле, Дор сел на табурет. Ош уже лежал лицом в пустой миске – двенадцать кружек даже для него было много. Дор огляделся и, вскинув руку, поймал за запястье пробегавшую мимо прислужку-девчуху, ту самую, которая подавала им с утра.

– Принеси что-нибудь поесть. И воду принеси, хозяйка – с этими словами он сунул ей в ладошку серебряный слиток.

Девчонка, разжав худенький кулачок, посмотрела на плату. Дор Ийсе показалось, что во взгляде прислужки дрогнул испуг на мгновенье, но разобрать толком так и не успел. Девчонка быстро сунула слиток в рот и скрылась в толпе гуляющих гостей, оставив охотника наедине со своими мыслями и спящим хмельным верзилой, храпящим так, что пол под ногами гудел. «И что теперь?.. одному в этот путь или с ним?.. С ним. Не просто так это…»

Мысли прервала появившаяся девчонка, несшая на подносе миску ароматно парящей мясной похлебки и большую кружку с водой. Проворно протерев стол все той же тряпкой, на которой прибавилось сизых разводов в двое больше, чем с утра, девчонка поставила миску и кружку на стол и тут же скрылась из виду. Жидкая, почти свободная от приправы привычными овощами и травами похлебка, оказалась наваристо сготовленная на мясе тура. Само мясо попадалось не в каждой ложке, зачерпнутой охотником из миски, но Дор и не ждал сильно сытный обед. И этого хватит. Оно, может, так и лучше – с каждым глотком нутро принимало сытный бульон с благодарностью. Освежая и выгоняя остатки без меры выпитой браги через испарину на лбу и липкий пот на спине. Отчего Дор и не торопился уже доедать. Смаковал, отдыхал после каждой ложки.

Когда похлебки оставалось уже на пару ложек – на самом дне миски уже плавал осадок от долго томимого на огне мяса и невнятного происхождения листок буро-зеленого цвета, по форме напоминавший ивовый – охотник увидел вновь явившуюся прислужку-девчонку. Она деловито протерла стол и не поднимая глаза на охотника проворно уставила пустые кружки на поднос.

– Мне бы умыться… Можно тут где?.. – пытаясь привлечь внимание девчонки спросил Дор, легко коснувшись пальцами руки девчонки.

Прислужка сжала руку в кулак, так, что на худой кисти побелели костяшки. Вынув изо рта и потерев пальцами серебряный слиток, протянула плату охотнику, в попытке вернуть.

– Чего ты?.. Тебе это. Мало?.. – забубнил охотник, уже шаря по карманам.

Девчонка лишь сунула слиток обратно в рот и, подхватив Дор Ийсу под локоть и потащила охотника через зал. Там за верстаком прилавка, спрятанный стеной бочек, был тесный проход с небольшими дверками. Девчонка лишь на мгновенье замедлилась в проходе, подняв взгляд на внимательно наблюдавшего за ее действиями торгована, стоявшего за прилавком. Крупный, дородный мужичина прищурил взгляд еле различимых на толстом лице глаз, одобрительно кивнув прислуге своего заведения. Девчонка с силой сжала руку охотника и вновь поволокла его за собой с упрямством паука, волочащего муху в свою нору.

За первой в проходе дверцей находилась тесная коморка. В коморке был чан с водой, в котором плескался деревянный черпак, а в полу была дыра, со стопу размером. Дор, уже не глядя ни на что, кроме этого черпака, стянул с себя рубаху с безрукавкой через голову и услышал, как дверь коморки закрылась. «Надо было попросить, чтобы полила сверху… ладно, сам справлюсь…» Доски пола за спиной легонько скрипнули. Охотник обернулся. Девчонка, стояла у двери, опустив взгляд в пол. Тонкие дрожащие пальцы потянулись к ее шее, развязывая узелок ее скудных одеяний. Дрожа всем телом и не глядя в глаза охотнику, прислужка скидывала с себя одежду на пол. Дор Ийсу взяла оторопь. Открыв рот и округлив от удивления глаза он только и делал, что стоял и смотрел, как ее руки потянулись к завязкам порток охотника.

– Ты это чего? – спросил Дор в недоумении,– ты это брось, слышишь, дочка? Брось, ну-ка!..

На глазах девчонки налились слезы и она, тихо всхлипнув, как смогла, прикрыла свое нагое тело ладонями. «Вот тебе… Что за?..» Охотник наклонился и подтянул ее одежду, с трудом справившись с завязками. Девчушка едва совладав с плачем, юркнула за дверь. Дор, шумно выдохнул, чтобы сбросить оторопь от увиденного, принялся поливать себя из ковша, свободной рукой растирая запыленное, вспотевшее без меры тело. Вода очень кстати была холодной.

С долей облегчения охотник рода Серых вернулся за стол. Великан еще не просыпался. Его массивное тело мертвой хваткой под своей щекой держало миску, содержимое которой Дор Ийса так и не разглядел. Руки безвольно болтались под столом. «Так и будет здесь?.. Разбужу, интересно?..»

– Эй, проснись? – охотник потрепал великана за плечо.

Ош даже громкость храпа не изменил. «Повезло…»

Скоро на Идолим опустится вечер, а за ним будет ночь. Усталость брала вверх и над охотником, говоря о том, что нужно где-то отдохнуть и выспаться. «Найду я ее?.. Или совсем от стыда сгорела?..» Девчушка уже крутилась у столов, прислуживая и, стараясь, увернутся от, хватавших ее за одежду и локти, сальных неумытых рук разгулявшихся, хмельных гостей бардака. Он встретился с ней взглядом и подозвал еле заметным движением руки.

– Нам бы с этим верзилой отоспаться бы.

Прислужка кивнула и убежала. Вскоре, вернувшись, потащила Дор Ийсу с собой.

– Погоди, не так просто…

Дор, скрипя от натуги, еле оторвав от стола хмельное массивное тело, взгромоздил Оша на плечо и потащился следом за прислужкой. Благо великан еще как-то мог передвигать ногами. Только часто задевал гостей, сбивая с ног гуляющих воинов Империи и сметая со столов пустые кружки. Охотнику оставалось лишь виновато улыбаться и кивать. Отчего и не возникло ссор, пока девчонка вела охотника с его поклажей все в тот же проход за прилавком. Следующие коморки были чуть больше первой. Только не все свободные – не первый сморенный хмелем, да и танцовщиц поубавилось в зале бардака.