KingOfWolk Sapher – Проект "Короли". Часть первая (страница 6)
Я знал, что артефакт в скрытой нише тронного зала. Я ускорил шаг.
Влетел в зал, отодвинул глыбу, за которой был спрятан артефакт, и схватил Сердце Башни.
Оно пульсировало в руках, излучая мягкий, тяжёлый свет – будто живое.
Но тут же из пролома в стене ввалился Одноглазый.
– Ну, здравствуй, демон, – оскалился он. – Я ждал этой встречи.
Он рванулся вперёд так быстро, что я едва успел блокировать удар. Клинок срезал мне часть шлема… а потом – пронзил лицо, вырывая глаз.
Боль взорвалась в черепе.
Мир окрасился в багрово-чёрные тона.
– Не убью быстро, – прошипел он. – Хочу, чтобы ты страдал.
В этот момент подошёл Мэлвин Толстопуз.
Тяжело сопя, он выхватил артефакт прямо у меня из рук и заржал, как ребёнок, который нашёл чужую игрушку.
– Моё! Теперь моё! Отнесу в Спелые Холмы – пусть пылится у меня в кладовой!
Я выдохнул сквозь зубы и, зажимая кровоточащую пустую глазницу, сотворил взрывное заклинание. Колонны треснули. Потолок обрушился, погребая часть зала.
В грохоте и пыли Мэлвин скрылся, прижимая Сердце к груди.
Одноглазый остался жив. Его силуэт мелькнул среди огня. Он отступил, но крикнул:
– Это не конец, Гнарл! Запад от Кутёжа – вот где ты меня найдёшь. Если доживёшь!
И тогда я заметил ещё одну фигуру – Виктора, бывшего шута нашего Повелителя. Он стоял рядом с Мэлвином и что-то нашёптывал ему. Позже я узнал: этот предатель стал его правой рукой.
С тех пор я клянусь: верну Сердце Башни, уничтожу Мэлвина… а Одноглазого заставлю пожалеть, что он вообще появился на свет.
Гнарл закончил, сделал глоток из фляги и указал на затопленную нишу в конце зала.
– Это место для телепортации. Когда вернём Сердце Башни – оно снова заработает. Я знаю, где искать: в землях Мэлвина Толстопуза.
Я подошёл к воде.
На поверхности отразился я сам – в ржавых доспехах, с топором в руке. И на мгновение мне показалось, что рядом с отражением, где-то на уровне груди, мерцает знакомая мысль-метка: 261. Не надпись – ощущение, будто цифра вбита в судьбу.
– Готовы, повелитель? – спросил Гнарл.
Я глубоко вдохнул.
И шагнул в холодную гладь.
Мир вокруг исчез.
Третья глава
Свет ударил в глаза так резко, что я зашипел и вскинул руку, будто мог оттолкнуть его ладонью. В голове звенело, будто меня выдернули из темноты за волосы и бросили прямо под прожектор. Я моргнул – раз, второй – и белизна наконец отпустила.
Передо мной открылся новый мир.
Не мрак башни. Не холодные коридоры, не копоть на камне и не запах старой крови.
Здесь было… лето.
Солнце лилось с неба ровным золотом, мягко касаясь зелёных холмов. Трава волнами ходила по лугу, как вода. Птицы перекликались в кронах, и этот звук – живой, настоящий – ударил по мне сильнее, чем любой клинок. На дальнем склоне паслись овцы: белые точки на изумрудном полотне.
Сердце сжалось так болезненно, что на мгновение я действительно поверил: всё закончилось. Что я снова дома. В парке, где можно просто сидеть и слушать ветер.
Но это чувство прожило ровно столько, сколько нужно, чтобы его раздавили.
– Повелитель… – прохрипел Гнарл рядом, и его голос был как ржавый крюк, вцепившийся в иллюзию. – Это не сон. Мы в мире людей. Здесь ходят дозоры одного из «Молнии». Если нас заметят – нам конец.
Он сплюнул в траву, будто сама зелень была ему противна.
– Но сперва… идём. Я покажу вам, как приумножить армию.
Слово армия прозвучало слишком легко. Я хотел спросить про Розу, про портал, про то, почему мир вокруг настолько мирный, будто не знает смерти. Хотел – и не успел. Гнарл уже шагал вниз по склону, а за ним шуршала наша демоническая мелочь – тени на солнце, чужие на этом лугу.
Мы спустились ближе к стаду. Овцы лениво жевали траву и поглядывали на нас без тревоги – как на очередных пастухов. На секунду мне стало даже стыдно за доспехи: ржавые пластины скрипели при каждом шаге, топор тянул руку вниз, и вся моя «власть» выглядела как плохая театральная маска.
Гнарл вдруг взвизгнул – именно взвизгнул, по-детски, мерзко – подпрыгнул и… оседлал овцу, как лошадь.
– Йо-хей! – заорал он, размахивая посохом, будто участник ярмарки.
Я непроизвольно фыркнул. Даже улыбка почти вылезла наружу – на одну короткую секунду.
И тут Гнарл резко опустил посох.
Дерево с рунами вошло в животное с глухим, влажным звуком. Овца дёрнулась, всхлипнула – да, именно так, как будто попыталась сказать слово – и рухнула в траву.
Улыбка умерла во рту.
Из раны, вместо крови, поднялось нечто странное: сфера – жёлтая, сияющая, как сгусток закатного света. Она пульсировала, будто внутри билось маленькое сердце. Сфера всплыла над тушей и на мгновение зависла, как вопрос, на который мир не хочет отвечать.
Гнарл снял её с воздуха, как яблоко с ветки, и протянул мне.
– Это жизнь, повелитель. Одна смерть – один новый слуга.
Я не сразу взял. Смотрел на свет в его ладони и думал, что мне снова предлагают кнопку «Да» и «Нет» – только теперь цена не абстрактная.
– Бери, – настойчиво сказал он. – Ты должен привыкнуть.
Я коснулся сферы.
Она исчезла в моей броне – не провалилась, не растворилась, а будто её втянули внутрь. На груди кольнуло холодом. За спиной стало теснее – словно в мир добавилась новая тень.
И действительно: позади меня, на шаг, стоял свежий демон – ещё мелкий, ещё недосформированный, но уже живой. Он моргнул красными глазами и склонил голову, будто признавая хозяина.
Меня передёрнуло.
– Что это за… устройство? – выдохнул я. – Как смерть становится силой?
Гнарл прищурился, и в его единственном глазу мелькнуло что-то похожее на память. Не воспоминание – ожог.
– В нашем мире всегда существовала цена за жизнь, – начал он глухо. – Только никто не умел её собирать. Души погибших вспыхивали искрой и исчезали. Так было веками… пока не появился он.
Башня дрожала от ударов врагов. Мы готовились к последнему бою. И тогда тьма в углу тронного зала сгустилась, вытекла клубами дыма – и из дыма вышел Клык.
Высокий. Закутанный в плащ. В глазах – холодный огонь, от которого умирают молитвы. В руке он держал странный обруч, весь покрытый знаками. Эти знаки словно шевелились, если смотреть на них слишком долго, будто там написано не буквами, а живыми червями.
– Я Клык. Король Ада, – сказал он так спокойно, будто назвал погоду. – Я пришёл предложить сделку.
Мой господин сжал руку на подлокотнике трона.
– Сделку? С кем? С демоном?